Проект: Полиморф. Созданный монстр. Том 2 (СИ)
- Да, мы проверили все кристаллы, которые ты прислал, - сидя с ногами на диване и прислоняясь к подлокотнику, заявил Эйнаор. - С какими-то пришлось повозиться почти неделю. Настолько глубоко уснула там личность. Результаты не утешительные, признаюсь.
- Хуже, чем военные, признанные погибшими в бою? - спросил Лаккомо, сидя напротив в аналогичной позе, с той лишь разницей, что в руке он вращательным движением помешивал тёплый ягодный компот в термосе, из которого периодически пил.
- Военные - это полбеды, - отмахнулся Эйнаор. - По косвенным признакам мы вычислили двоих беспризорников с Цинтерры, еще троих прикованных к медицинским койкам после авиакатастрофы на флаере. И шестеро вели, по-видимому, наемный образ жизни, иногда участвуя в перестрелках на разных планетах и экспрессивно вступая в диалоги с работодателями.
- Это хуже, чем мы представляли, - проворчал под нос Лаккомо. - Удалось вычислить их имена? Могут ли эти люди быть чём-то связаны?
- Все не так просто, как первый раз, Лаки, - покачал головой Эйнаор. - С Бэкинетом повезло, он каким-то чудом сохранил большой и цельный пласт воспоминаний. Мы надеялись, что с остальными будет так же. Но он оказался исключением, которому повезло привлечь твоё внимание. Кстати, где он сейчас?
- Здесь на реабилитации, - абстрактно мотнул головой за спину Лаккомо. - Мои парни налаживают с ним отношения. Сперва он письменно кидал им ответы на консоль. Потом поставили динамик, аналогичный тому, что в конструкции гражданских полиморфов. Но в случае Бэкинэта у меня есть подозрение, что он окажется не самым удачным примером как свидетель по делу военных полиморфов.
- Почему?
- У него повреждённая психика. С клинической стадией впавшего в детство. Его логика и поведение как у четырехлетнего ребёнка. Он вряд ли сможет нам сильно помочь при каком-нибудь официальном заявлении. Любой сторонний психолог скажет, что мы выставили в качестве ложного свидетельства - обученный искин, которого напичкали памятью человека.
- Жаль, - взгрустнул о сорвавшемся плане Эйнаор. - Кристаллы, которые достались мне, тоже использовать не получится.
- Почему? - теперь уже спросил симметрично Лаккомо.
- Как раз таки, потому что у нас нет точных имён. А их обрывочная память хуже, чем перемешанное слайдшоу, - всплеснул руками Эйнаор. - Мало того что извлекать и записывать с них образы моим менталистам тяжело и приходится давать отдых. Так ещё потом расшифровывать полученные данные удаётся с трудом. А сам я в это дерьмо один раз влез и больше пока не хочу.
Эйнаор поморщился, явно вспоминая чужой ворох образов. Лаккомо вытянул на диване босую ногу и положил ее брату под поясницу. Даже такое мимолетное прикосновение будто расслабляло разум близнецам.
- Лучше пусть этим занимаются другие, но медленно, чем ты, но быстро. Мы пока не спешим, - успокоил он.
Король тепло посмотрел на брата и улыбнулся, решив не язвить ничего про умение брата подгонять своим тяжелым молчанием.
- Как это все выглядит? - спросил Лаккомо о полиморфах.
- Как набор образов. Но не за что зацепиться. Можно узнать планеты по уличному антуражу. Больничные палаты по окружению. У кого-то ярко отпечаталось крушение на флаере. Кто-то помнит, как лишился возможности двигаться после переломов. Другие жили впроголодь и грелись на улице. А жизнь последних наполнена редкой перестрелкой. Но у кого-то эти воспоминания настолько призрачны, что могут оказаться вовсе игрой в виртуальные игры. И нигде не удалось выловить хоть зацепку о датах, именах, улицах. Даже больничных значков на ботах медобслуги не поймали «в кадр». Какие уж тут поиски чего-то общего.
Эйнаор печально положил ладонь брату на щиколотку и задумчиво помассировал как свою собственную.
- Все что нам удалось узнать это то, что на Цинтерре существует программа по отлову бездомных. Местные с нижних ярусов ее недолюбливают и охотятся за флаерами. Но официально программа распределяет бездомных по ресурсодобывающим планетам на низкооплачиваемую работу. И первое время бывшие бездомные работают в кредит, чтоб расплатиться за оказанное им лечение. Недовольных после работы мало. Потому что за рудники дают неплохие пенсии. Но это вразрез не сходится с фанатичной охотой цинтеррианцев внизу на сотрудников. Либо мы что-то не поняли. Либо они там недоговаривают. Но пока работа всех моих людей под прикрытием бесполезна.
- Нет. Не бесполезна. - Лаккомо задумчиво пригубил ягодный компот.
- Чушь. На этом не поднять волну, - расстроился Эйнаор.
- Ошибаешься, - принялся фантазировать Лаккомо. - На этом можно разыграть сценарий о несогласованном посягательстве на жизнь. Или насильственное принятие на службу без добровольного согласия. Которое в принципе невозможно взять у людей находящихся в клинической смерти или коме. Потому что если мы сможем доказать, что хоть кто-то из этих людей не подписывал контракт на использование своей личности, то это жесточайшее нарушение со стороны военных сих. Мы сможем надавить на Общественный суд моральными ценностями. И они вынуждены будут признать действия Цинтерры незаконными. В таком случае или процесс полиморфов затянется, и каждую машину начнут проверять по архивам в поисках контрактов. Или ОКФ вынудят разоружиться и снять всех полиморфов с кораблей. С последующим отключением и дарованием забвения всем желающим.
- А если они не захотят помирать? - вздёрнул бровь Эйнаор. - Все те бывшие беспризорники и парализованные у кого не было денег на страховку.
- Конечно, они не захотят! - всплеснул рукой Лаккомо. - Я скажу тебе большее, почти никто не хочет умирать, если ему предлагают. Но разбирательства затянутся на много лет. И за эти сроки мы успеем укрепить свои силы, построить флот, и в принципе отвлечем Цинтерру от вероятных планов господства в звездной системе.
- Звучит пока… складно, - ответил Эйнаор, будто бы гоняя этот план в голове, как головоломку и проверяя на прочность. - А как твои хакеры?
Лаккомо прикрыл глаза и покачал головой.
- Пока безрезультатно.
Эйнаор удивленно вытянул лицо.
- Хочешь сказать, что столько человек и твой корабль бессильны перед чужими серверами?
- Если бы мы знали, где искать информацию, то дело пошло бы быстрее, - парировал Лаккомо. - но командование Адмиралтейства получает послужной список машин, как досье на искины. Процент успешно проведённых операций, рекомендации к постановке во главу звена или подчинение. Коэффициент способности к оперативному принятию решений. Логи о переводах с корабля на корабль.
- А как же конструкторский отдел? - уточнил Эйнаор.
- Пока не обошли систему шифрования, - признался Аллиет-Лэ. – Да, проникли в сервера, но наткнулись на файлы, записанные на непонятном языке. Буквально, стилусом в руническом стиле, прочитать которые не представляется возможным. Идей по дешифровке нет. Это может быть хоть старый диалект времен каменного века Цинтерры, а может быть личное творчество какого-нибудь лингвиста. А без двухязычного образца усилия тщетны. Но мы уже начали подозревать, что вторжение в их сервера через интерсеть не помогут. Слишком мало файлов подобного типа. Соблазн расшифровать, конечно, большой. Но, информацию, за которой мы охотимся, не станут хранить с доступом во внешний мир.
- Закрытые сервера? - бросил наугад Эйнаор.
Лаккомо откинулся головой на подушку, которую притащил из спальни на диван. На лице вице-короля отразилась мучительная работа мысли.
- Если бы я работал с такими данными, то не доверял бы ни одной системе информационной безопасности, - начал изливать свои фантазии Аллиет-Лэ.- Помнишь, как у нас говорят? Боишься взлома - держи все в сейфе. Боишься кражи - держи в голове. А боишься ментального скана - то не знай ничего. Если бы мне нужно было построить такую структуру, которая работает с незаконной кражей человеческих личностей и посадкой в машины, то каждый мой отдел знал бы лишь часть информации. И находился бы на таком удалении друг от друга, как физическом, так и логистическом, что им бы в голову не пришло сводить подозрительные сведения. У меня бы штаб сотрудников промышлял или в реанимации, или в крематории, а заряженные кристаллы выгружали бы мусоровозами, которые обычно даром никому не нужны. А то, что эти мусоровозы курсировали бы по кольцу между сборочным цехом, рудниками и столичной планетой, тоже ничего подозрительного, потому что на топливе для них экономят. И сделать дугу на гравитационном колодце системы для них обычное дело. Если бы я заведовал конструкторскими отделом, то лишь единицы из моих людей знали бы, что они работают с людьми. И желательно, эти люди были бы хладнокровны, как палачи и необремененные родственниками. Желательно, воспитаны самостоятельно. Вероятно, таких сотрудников действительно мало. Тех, кто принимает решение об отправке людей в машины. Сотни. Может быть меньше. Те, кто… нажимают кнопку, - Лаккомо покрутил ладонью в воздухе, - …подсоединяют кристалл… кладут человека в капсулу. Не знаю, как именно это происходит, но для научников процесс оформляют очень помпезно и громоздко. Но я подозреваю, что в конструкторском отделе может даже не оказаться архивов о принятых людях. Их просто… никто не хранит.