Я могу копировать навыки других 2

Сделал небольшую паузу, наблюдая за её реакцией.
— И вот прихожу в академию. Люди будто сговорились против меня. Это ненормально, согласна?
— Да? Вроде всё как обычно…
— Не ври, — резко оборвал я.
Она кивнула, стараясь не выдать свои эмоции.
— И я, как человек глупый, просто плыл по течению. Но то, что произошло сегодня, заставило задуматься, — откровенно намекнул на битву. — Когда столько нелепых совпадений происходит, становится страшно. Я не сторонник теорий заговора, но факты говорят сами за себя. Необъяснимая агрессия Нестора… Разве такое бывает?
Ратмира не ответила.
— А Мстислав? Почему он напал… а точнее почему не добил? Опытный воин с лёгкостью может опередить жив ли человек или нет? Затем пробуждение: кто-то специально положил в одну комнату с Нестором. И ты… появилась поразительно вовремя, как по расписанию.
Обдумывая события становилось страшно. Будто над академией зависла рука, которая контролирует каждый шаг. Управляя всеми, будто пешками.
Я сделал паузу, позволяя ей осознать сказанное.
— Как минимум пять необъяснимых факторов указывают на что-то нечистое. Так скажи мне…
— Что сказать? — её голос дрожал.
— Кто манипулирует ситуацией?
— Никто, — ответила она, но я чувствовал ложь.
Снова повисла тишина.
— А кто тогда попросил тебя прийти сюда? — я прищурился, надеясь выудить из неё правду, хоть и догадывался уже.
Она молчала, словно партизан. Что ж, надежда только на «пустые» угрозы.
— Я тебе не говорил этого, но ты очень красивая, — я поправил её волосы, приближаясь к лицу. — Как думаешь, стоит ли преступнику-беглецу добавить себе пару новых грехов?
Ратмира побледнела ещё сильнее. Она понимала, что ситуация стала критической.
— Всё строится на одной лжи, — наконец выдохнула она. — Один факт, который парализует и не даёт вам правильно думать.
— Ложь? Какая?
— Об отце Нестора… Правда, что тот является начальником Генерального штаба. Вот только…
— Что «только»? Говори!
— Император обвинил его в предательстве. Он был схвачен и заключен под стражу. Семья Крыловых находится в упадке.
Простые слова упали тяжёлым грузом. Первая реакция — оцепенение, мозг не может сразу обработать полученную информацию, поэтому «отключился» на некоторое время.
Так значит он врал? Все врали!
Нет. Этого не может быть.
Тогда от кого я бегу? И куда?
Чтобы до конца понять ситуацию, нужно ответить на один вопрос: насколько моя «тушка» представляет ценность в других глазах?
Простой парень из деревни. Без рода и фамилии. Умеющий копировать навыки других.
Допустим, «они» знают это.
Кто я для них?
Утка, несущая золотые яйца? Или, может быть, послушный пёс?
Нет, точно не «послушный». Ведь момент приручения или дрессировки происходит прямо сейчас. Искусственно создать ужасную ситуацию, загнать в угол добычу. Процесс ломки крайне важен.
А потом?
Протянуть руку помощи, делая набожный вид, что делают большое одолжение.
Вот значит, как?
Сверкнула молния. Лил надоедливый дождь. Вокруг появилось сотня людей в чёрных капюшонах, с закрытыми лицами. Они стояли повсюду: на газоне, на деревьях, на крыше зданий. Молчаливо наблюдают.
Пока не сделал вперёд шаг один из них. Сняв капюшон, можно было увидеть холодное выражение Вольмира. От того доброго старичка ничего не осталось. Он смотрел на меня как на непослушного пса.
— Так это значит ты? Невидимая рука?
Старик не ответил на мой вопрос, а спокойно произнёс:
— Тебе нужно было послушно бежать…
  
Глава 10
 
Это не побег, а тактическое отступление
 
— Но зачем тебе это? — спросил я у директора. — Разве нет другого, более гуманного пути? Ведь не обязательно было ссориться с человеком и сжигать мосты. Мы же люди… Ты мог бы просто поговорить.
— Ошибаешься, — ответил он.
— Почему?
— Я расскажу тебе одну историю…
Тогда Вольмир рассказал мне про главного Бога Рода. Именно он создал из хаоса мир, и от него пошли все остальные боги.
Когда те начали враждовать между собой, Род разделил мир на три части: Явь, Правь и Навь. По легенде, он исчез.
 
— Но знаешь что? Он не исчез, а жил среди людей, как простой смертный.
Ему казалось это прекрасной идеей — жить среди своих детей. Но люди боялись его. Его сила и мудрость казались странными, а доброта — подозрительной.
Они шептались, обвиняя его в колдовстве, будто он хочет подчинить их своей воле. Страх рос день ото дня. Однажды ночью группа смельчаков прокралась в его дом и убила его.
— Разве это не глупо?
— Достаточно глупо, — кивнул в ответ.
Я впервые слышал эту историю и не понимал: правда ли это или вымыслы? Но то, что Род являлся отцом всех богов, было несомненно.
Род был странным богом. О нём знали все, но не было ни церквей, ни молитв, ни икон. Всё, что о нём известно — он создатель, который исчез.
— Я не понимаю… — всё же решил уточнить у него.
— Чего?
— Зачем ты рассказал мне эту восхитительную историю? Явно не для того, чтобы чему-то научить.
Ответ сильно удивил:
— Быть может, мои слова покажутся тебе странными, но ты напоминаешь мне Бога Рода…
Кажется, что у кого-то старческий маразм. Никто не говорил вслух, только звук дождя барабанил по крыше академии.
Чего?
Кого напоминаю ему… Бога? Или он считает меня им?
Если второй вариант, то почему же тогда не упал в ноги!
На самом деле, не только я сомневался в адекватности директора, но и другие ученики и учителя. Сравнивать безродного «раба» с богом — это довольно сумасшедше даже по нынешним временам.
— И чем же? — спросил я.
— Своей несправедливой силой, — он не сказал вслух про способность копировать чужие навыки, но старыми глазами намекнул.
Злата!
Глупая собака женского пола!
Нужно было оставить тебя умирать в той яме.
И нужно уже запомнить: благими намерениями вымощена дорога в ад. И нельзя быть доверчивым. Никто не заслуживает доверия, кроме родителей.
Если буду так думать, то никто и не предаст.
Вольмир не умолкал, наоборот становился более безумным в своих словах, игнорируя моё молчание и погружённость в собственные мысли:
— Ты такой же непонятный и странный!
Старик руками обвёл мою фигуру.
— Появился из ниоткуда. Как только я услышал о тебе, то потерял сон. С тех пор я не спал, всё ждал, когда ты приедешь. Я знал многих людей: богатых, бедных, талантливых, упорных и полных бездарностей. Но ты… Думая о тебе, я пытался поставить хоть какие-то рамки, но не смог.
— Да? — я не знал, как реагировать.
Просто стоял под дождём и думал, что он сошёл с ума. Старик с белой бородой, в доспехах. Разве ты не должен быть добрым дедушкой? Ты «должен» был помогать мне. Почему говоришь такие странные вещи?
Однако одно было верно: нужно как-то выбираться. Но перед этим я хотел спросить:
— Ты может не знаешь, но мир на пороге крупной войны. У нас мало надежды на победу. Но если у тебя будет возможность достичь высшей последовательности божественного пути, то у нас будет шанс, — он сделал шаг вперёд и протянул руку.
— Помоги мне выиграть эту битву! Ради нашего мира…
Бессмыслица какая-то. Сначала он коварно подгадил, а теперь давит довольную мину и протягивает свою морщинистую руку в надежде, что я всё забуду и буду послушно кивать.
Его помощь?
С одной стороны, это выглядело привлекательно: иметь человека уровня Богатыря на своей стороне. С другой стороны, доверие не вернуть. Если бы он предложил сразу, я бы ещё подумал. А теперь, вечно бояться, что ситуация повторится. Это вызывало у меня гнев.
Хотя, может, попробовать? Я же ничего не теряю. Ведь так? Не обязательно ему доверять.
— Как ты представляешь наше сотрудничество? — спросил я у него, чтобы окончательно принять решение.
— Ты станешь моим учеником и будешь во всём слушаться меня. Я познакомлю тебя со многими уважаемыми людьми, в том числе и с самим императором. С каждым днём твоя сила будет неукротимо расти.