Огни мёртвого города (СИ)

Глядя на оружие, Костя с изумлением понял, кого это они тащат…
Оказавшись рядом, наркоманы позвали пленников. Когда те подошли и взглянули, Костя, как и ожидал, увидел Очкастого. Крутой тип явно был мертв, на что намекала обильно пропитавшаяся кровью одежда.
"— Вот тебе и Очкастый! — подумал Костя. — Прикрыл, называется…"
— Это кто? Друг ваш?
— Первый раз вижу, — хмыкнул Борис. — Мы вдвоем идём.
— Вдвоём? Ну, ладно… Тащите его.
Костя, вместе с товарищем, взялись каждый за ногу своего несостоявшегося ангела-хранителя, и потащили его вверх по улице. Тащить пришлось недолго, метров двадцать. Слева показались раскрытые ворота во двор, где стоял белый микроавтобус.
Быстро оглядевшись, парень увидел небольшой двор, вымощенный красивой плиткой. Слева — добротный одноэтажный дом с мансардой. Прямо, напротив ворот, солидного вида гараж с распахнутыми воротами. Внутри видна какая-то крутая красная тачка-кабриолет, типа "Феррари".
Войдя во двор, пленники бросили покойника. Из одноэтажного дома, обложенного оранжевым кирпичом, вышли трое типов, одетые также нелепо, как и остальные.
— Во! Колян! — сказал один из мужиков, пленивших их. — Вон там взяли. И вот этот за ними следил, по ходу.
Костя сразу же обратил внимание на огромное количество голубых и желтых бумажек, ковром валяющихся на дворе. Через секунду он рассмотрел, что это деньги. Явно настоящие! Пятидесяти и сторублевые купюры. Тут их лежали тысячи, словно это не деньги, а фантики…
— Вы кто будете? — спросил пленников мужик неопределенного возраста, одетый в спортивный костюм и черную шапку с розовым помпоном.
Борис сразу же, развязным тоном начал рассказывать, что он работает на некоего Зелимхана и занимается выводом людей из города. Дескать, Костин отец заплатил, чтобы он вывел парня из города и довел до поселка Горьковского. Отец же Кости и его брат, остались в городе. Их он поведет другим рейсом.
Товарищ говорил очень уверенно и Костя даже расслабился, слушая его уверенный голос, но вдруг он встрепенулся и вспомнил "легенду", которую услышал перед выходом в путь. Там было разное и даже чёрный пулемет с лентами, но никакого Зелимхана и мифического отца с братом не было.
Парень сперва напрягся, а потом подумал, что Борис сменил "легенду" из-за необычности обстановки. Явно это мародеры. И что задумал товарищ — пока неясно, и Костя решил просто ждать, чем закончится эта беседа.
Захватившие их типы, слушали внимательно, наморщив лбы. Когда Борис закончил рассказ, один из мужиков спросил:
— Так ты чего, это… Людей из города выводишь?
— Да, — кивнул Борис. — И людей и грузы вывозим.
— И сколько берёте? — быстро спросил один из мужиков.
— По-разному. Зависит от количества и объёма. Мы до Горьковского доводим. Но можем и до самого Ростова переправить и далее, через границу. Если интересует, договоримся.
Только сейчас до Кости дошло, зачем Борис изменил их "легенду". Явно эти вооруженные нарики — мародеры. Если они тут весь двор мелкими деньгами завалили, то значит, что у них и кое-что, более ценное, найдётся. Вот, видимо, он и решил сыграть на том, чтобы представиться проводником, который поможет им вывезти награбленное из города. И по виду мародеров, они заинтересовались услышанным.
— Ну, а чего, Колян, — подал голос один из них. — Это ведь тема, а?
— Ага. Вроде…
— Так перетрём давай.
— Вот что, — обратился к пленникам мужик в шапке с помпоном. — У нас к вам вопросы есть, но надо и нам кое-чего уточнить. Так что, поговорим. Но вы пока обождите малость. Ладно?
— Ладно, — пожал плечами Борис. — Но только, если недолго.
— Да не… Щас… Быстро. Идите.
Под дулами автоматов, парни направились куда-то по дорожке между домом и гаражом.
— Эй! Э! Стойте! — раздалось позади.
Остановившись и обернувшись, Костя увидел, что главарь показывает на лежащего во дворе Очкастого.
— Так он с вами, что ли, шёл?
Борис хмыкнул.
— Мы его первый раз видим.
Мародер задумчиво посмотрел на мертвеца, пожевал губами, а затем бросил пленникам:
 
— Ладно, идите.
Их путь закончился через несколько метров в проходе между домом и гаражом. В высоком фундаменте дома находилась стальная дверка, высотой не выше метра. Один из конвоиров распахнул ее:
— Тут подождите, пока мы тут это…
Не пререкаясь, пленники полезли внутрь. Миновав низкую дверку, они оказались в маленьком тёмном помещении высотой чуть больше метра. В комнатке пусто, но сильно воняет какой-то химией, типа стирального порошка. Дверца захлопнулась.
Борис уселся на дощатый пол и сказал:
— Ну, ничего, посидим маленько. Сейчас я с ними дела обсужу, а потом с тобой метнёмся в Горьковский. Да ты не ссы! С твоим отцом и братом мы тоже порешаем. Всё в силе. Просто тут, по ходу, ещё работёнка нашлась.
Костя сразу понял, что товарищ говорит это в расчёте на то, что мародеры за дверью их подслушивают. Он понял, что надо бы как-то ответить, но смог выжать из себя лишь:
— Ну… Подождем.
Потянулось время ожидания. Товарищи сидели тихо, не разговаривая. Борис выглядел задумчивым и Костя не стал лезть к нему с разговорами, тем более, что возможно, их сейчас подслушивали.
Прошло десять минут, потом ещё десять.
"— Что-то долго они думают, — досадливо подумал Костя. — Хотя… Наркоманы же. Эти могут часами думать".
Словно в ответ на его мысли, снаружи послышались крики.
— Колян! Колян!!! — орал пропитый голос.
Тут же кто-то пробежал мимо дверцы.
Борис встрепенулся и приник ухом к дверной щели. Костя тоже подобрался ближе.
Взревел автомобильный двигатель. Захлопали выстрелы. Раздались крики и тут же засигналили автомобильные клаксоны, словно на свадьбе. Громыхнули и стихли выстрелы.
Мимо двери опять кто-то пробежал. Затем, на минуту все стихло, но снова послышались шаги. Кто-то быстро прошел взад-вперед вдоль дома, мимо дверцы.
Костя различил урчание автомобильных моторов и гортанные голоса на неизвестном языке.
— Кто там? — шепотом спросил парень.
— Абреки, вроде, — отвечая, Борис вытащил неизвестно откуда взявшийся раскладной нож и спрятал его в рукаве.
— И что они?
— По ходу, вынесли наших мародёрчиков…
— Эх! Сглупил я, — поморщился товарищ. — Меня Первый уговаривал рацию взять. А я отказался. Думал, если нарвемся на кого серьезного, могут хорошо ошмонать и найти…
— Так Кириллыч же сказал, что рации не работают сейчас.
— Возможно. Но, может, и заработали уже…
"— При чём, тогда, тут рация?" — тупо подумал Костя, но вслух ничего не сказал.
— Я думаю, эти абреки про нас не в курсе, — проговорил Борис, внимательно прислушиваясь к происходящему во дворе.
— Так может, отсидимся?
— Как? — грустно хмыкнул товарищ. — Ты видел, какой там засов?
Костя вспомнил, что когда он лез сюда, то, конечно же, не глянул на устройство этой дверцы. Стало даже немного стыдно. И только сейчас до него дошло, почему Борис вспомнил про рацию. Вряд ли абреки тут жить собираются. Скорее всего, пограбят и свалят. И будь у Бориса рация, можно было бы отсидеться и запросить помощь у Первого, который прислал бы бойцов для их освобождения. А вот как теперь быть без рации? Хотя, может, они до сих пор не работают…
Вспомнился Очкастый.
— А я думал, Очкастый будет нас охранять, — сам не зная зачем, сказал Костя.
Борис хмыкнул:
— Я знал, что он рано или поздно обосрётся. Но не думал, что так быстро и жидко…
— Ладно! — прервал он сам себя. — Пора выходить. Помнишь нашу легенду? Ту, первую? Вот и отлично!
Товарищ повернулся боком и стал стучать ногой в дверь.
Бум! Бум! Бум!
На дорожке сразу же послышались шаги.
— Слышь! Кто там? Сколько вас?
Голос был с явным кавказским акцентом.
— Двое нас! Давно сидим! Выпустите! — крикнул Борис.
Дверца распахнулась и в проеме сразу же показались стволы автоматов.