Сражайся как девчонка (СИ)

Открыла глаза я, наверное, от досады: такая проникновенная речь, на них я не мастер, но что-то взяло и щелкнуло в голове. За окнами было темно, на месте Ару — Бриан, без ружья, но это понятно, на месте Фуко — Симон. Спит. Я резко села, стиснула зубы — больно, дожить бы мне в этом мире до бани, раз нет других способов лечения. Баня тут есть? Если нет, объяснить, для чего она, и заставить соорудить проще, чем толкать вдохновленные речи об уважении чужих границ и рассчитывать, что их кто-то оценит.
— Тихо, — прижала я палец к губам. — Только не спи больше. Ты на посту.
Симон виновато потупился. Я пошла посмотреть, что в крепости: спокойно, но осколки бутылок блестят… Медлить нельзя.
— Эй, — окликнула я и тронула Бриана за плечо. — Пора попробовать выбраться. С той стороны, где отхожее место, рискнем спуститься, но понадобится страховка. Разбужу Роша и Ару.
Я отошла буквально на пару шагов и обернулась. Бриан не пошевелился.
  
Глава шестнадцатая
 
Как это могло произойти?..
Я оглянулась на Симона — он опять клевал носом. Доверить пост ребенку — неправильное решение, но исходить пришлось из степени ответственности каждого. Видел ли он что-нибудь или нет?
Удар Бриану нанесли мастерски. Вогнали нож в спину по самую рукоятку — прямо в сердце. Ни капли крови, и заметить сразу невозможно, тем более из темноты зала. Нож я опознала, с ним Анаис бросилась на Бриана, и я же выбила у нее этот нож, а Симон положил его на стол. Любой мог потом им воспользоваться, и поэтому все тот же вопрос.
Кто?..
И как быть, когда нужна вылазка, нужна сейчас, потому что и так уже все страдают от обезвоживания, срок критический, еще чуть-чуть — и все. Я повернулась к Бриану спиной — никакого вреда он больше не причинит никому и никому не будет навязывать свою волю.
Я тряхнула головой — слипшиеся от грязи патлы — и подошла к спящему Ару. Постояла, прислушиваясь: притворяется или нет? Храпит естественно и монотонно, но кто мешал профессиональному стражнику прикончить кого-то и преспокойно лечь спать? Впервой ли?
— Ару? — я присела, потормошила его. — Пора вставать. Тихо. Тс-с. Нам нужно выбраться за бутылками.
Следом я разбудила Роша и Фуко. Вот Фуко, как мне показалось, не спал, икал не переставая, поворчал, но поднялся. Анаис тоже встала, заметив шевеление: она спала не с женщинами, в нише ей не было места.
— Фуко, смени Симона, — приказала я. Мальчик уже давно на посту, вдруг вспомнила я, почему его не сменили? Фредо не спал, чуть постанывал. — Анаис, посмотри, как там Фредо, раз уж проснулась… Мы идем за бутылками.
— Хранят вас Молчащие.
Я не сказала, что Бриан мертв. Поднимется суматоха. Куда-то все равно надо будет деть тело, на такой жаре разлагаться оно начнет моментально. Но это после, дела в порядке очередности. Я собиралась — проверила, нет ли в одежде прорех, которые могут за что-нибудь зацепиться, застегнулась как могла, убедилась, что туфли не соскочат, если я побегу, перевязала волосы так, чтобы они не лезли в глаза. За мной наблюдали Ару и Рош, которым, казалось, все было безразлично: спускаться — значит, спускаться.
— И долго ты еще будешь охорашиваться? — спросил Рош. Я пропустила его ехидство мимо ушей и, только закончив, направилась к посту Бриана. Тишина. Матросы дрыхнут, где-то тоскливо орет невидимый канвар, море шлифует прибрежные валуны. Я запечатлела все это в памяти, сама не знаю зачем, и пошла к окнам, из которых мы собрались вылезать.
Да, подумала я, глядя на узкие прорези. Ару не протиснется в них, как его ни крути. Он и сам это понял, привалился к стене и ждал, не уходил. Рош просунул голову в окно, покрутил ей, выпрямился.
— Мы с тобой пролезем, — кивнул он. — Ему придется остаться.
— Его задача — прикрывать нас, — объяснила я. — Хотя бы из маяка. Если бы мы нашли веревку, можно было втащить в мешке бутылки, а потом поодиночке затянуть нас, но веревки нет, поэтому план меняется. Здесь мы спустимся, а вернемся через ход, которым мы с Симоном и Мишель пришли сюда. Это долго, но гарантированно, и мы по пути сможем набрать воды. Ару, принеси мешок, в котором была еда.
 
Мы с Рошем уставились на склон.
— Прибой шумит, камни падают, — сказала я. — Нас не услышат, если мы скатимся на спине вниз. Потом прокрадемся к матросам и соберем тару, которая подвернется. Матросы спят, наверное, выпили последнее.
— Чего бы им не спать, канвары тупые, нападают, так орут, — ухмыльнулся Рош. Вернулся Ару с мешком и с ним — озабоченная Анаис.
— Ты мясо забрал? — спросила она у меня. — Я всем на ужин нарезала мясо. Тебе оставался кусок.
Я насторожилась, но соврала и кивнула. Мясо и нож. Спрошу у Роша, потом у Ару. Им не будет смысла юлить, ведь я еще ничего не знаю. Анаис ушла, Ару протянул мешок, и Рош, ловко скатав его, сунул себе за пазуху.
— Ару, наблюдай за матросами, но не вмешивай в это других. Просто… чтобы знать, если с нами что-то случится, и выстрелить, если что. Отвлечь матросов. Понимаешь? Не злить, просто отвлечь.
Он кивнул. Я выдохнула и взялась за выветренный за столько лет камень руками.
Авантюра. Причем сумасшедшая. И то, что Бриан мертв, обнаружат.
— И вот что, — добавила я, обернувшись к Ару. — Что бы ни произошло, от землетрясения до… атаки канваров, даже если они из подземелья полезут, не буди никого без необходимости.
Буду надеяться, что стражнику, считай что кадровому военному — но что здесь есть профессиональная армия? — этого приказа достаточно.
— Пошли.
Ободрав щеку и руку, я оказалась снаружи. Узкий уступ, камни шатаются под ногами, и один я, раскачав, даже скинула. Пусть создаст шум до того, как мы начнем спускаться, это даст нам немного форы.
Вылез Рош, и я опять отметила, насколько он вынослив и гибок. Почти бесшумно, без слов одобрив мой план, он опустился на спину и оттолкнулся. Этого хватило, он начал скользить по склону, я выждала, пока он окажется на середине, и тоже улеглась.
Черта с два!.. Мне показалось, что меня в бетономешалку засунули, но было не больно, скорее неуправляемо и оттого некомфортно. Не успела я расслабиться, как меня что-то сильно пнуло в бок, мне удалось не заорать, и уже через несколько секунд я была внизу, на том самом месте, откуда пытались вскарабкаться канвары. Рош отряхивался и презрительно смотрел на меня.
— Как девка неуклюжий, — обласкал он меня. Был недалек от правды. — Впрочем, вам, с вашим-то воздержанием, все едино. Вставай, пошли.
Мы шли тем же путем, что и канвары, и могли легко наткнуться на них, поэтому осторожничали и высматривали, чисто ли, прежде чем двинуться дальше. Ару перестал видеть нас, как только мы завернули за огромный валун. Канваров не было, по крайней мере, живых. Один сдох — уполз умирать сюда, раненный в стычке с матросами. Я наклонилась над ним, Рош ушел чуть вперед, но, поняв, что я задержалась, вернулся.
— Что тебе эта мертвечина?
— У него может быть что-то нужное нам, — и, преодолев не то что брезгливость, скорее неприязнь перед неизвестной мне формой жизни, я дернула то, что служило канвару одеждой.
Простыня с дыркой, подвязанная истертой веревкой, и такие же простынные недоштаны. Канвары ходили босыми, тут поживиться нам нечем, но вот простыня…
Я начала развязывать веревку. Рош догадался, что я хочу сделать, занялся штанами. Канвар смотрел на нас мутным безжизненным глазом, и если бы я не видела раньше, на что способны эти твари, испытала к нему даже сочувствие. Но — это животным можно простить инстинкт, не тем, кто обладает зачатками разума.
От безысходности я докатилась до того, что раздеваю трупы. Но улов оказался отличный, Рош быстро скатал тряпки и приказал:
— Жди здесь.
Он пропал так быстро, что я не смогла среагировать, а он побежал в сторону маяка. Что он собирается сделать? Я последний раз взглянула на канвара, в груди которого виднелась заметная дыра, почти без крови, и кинулась следом за Рошем.