Порочные Фейри (ЛП)

Райдер хмуро смотрел на меня с кушетки рядом с ней. — Разве это не Большая Птица1 в свободный от Улицы Сезам2 день? В чем дело? Тебе нужно с кем-то поговорить о том, что Элмо3 трогал тебя неподобающим образом?
— Заткнись, Драконис, — я подошел к двери, и он бросился мне навстречу, упираясь в нее спиной.
— Уходи, придурок. Элис занята.
— Отойди. В сторону, — прорычал я, поднимая руку, чтобы ударить его магией. Это дерьмо мне сейчас было не нужно.
— Или что? — он ухмыльнулся.
Я схватил его за рубашку и подтащил вперед, так что он оказался нос к носу со мной. — У меня нет времени на твое дерьмо, — я отбросил его в сторону, но он раскачал землю под моими ногами, так что я не смог добраться до двери.
— Элис в беде! — рявкнул я, и его брови сошлись вместе.
— Так почему же ты, блядь, не сказал этого?! — он потянулся к дверной ручке, но я отбил его руку.
— Можешь отвалить, я ей помогу, — приказал я, когда его плечо врезалось в мое. Если это как-то связано с Гаретом, я не мог допустить, чтобы змея узнал об этом. Я дал клятву доверия.
— Я никуда не пойду, — шипел он, ударяя ладонью по двери.
Она внезапно открылась, и мы, спотыкаясь, ввалились в комнату, столкнувшись лицом к лицу с побледневшей Элис.
Мой взгляд упал на мисс Найтшейд, которая скорчилась на полу рядом с разбитой вазой, и я быстро закрыл за собой дверь. — Святое дерьмо.
— Да, — сказала Элис, начиная вышагивать, проводя рукой по своим сиреневым локонам. — Она начала давить на мои эмоции, она залезла мне под кожу и начала заставлять меня говорить ей то, чего я не хотела, чтобы она слышала. Я просто сорвалась.
— Черт, она умерла? — спросил Райдер, даже не пытаясь скрыть надежду в своем голосе.
— Нет, — ответила Элис, глядя на лежащую на полу женщину.
— Что ты ей сказала? — серьезно спросил я, бросая взгляд на Райдера. — Может быть, Драконис должен уйти…
— Я уже сказал тебе, я никуда не пойду, и если ты еще раз предложишь это, я вырежу свой ответ у тебя на лбу, — прорычал Райдер.
— Все в порядке, — быстро сказала Элис. — Райдер может остаться.
— Что она узнала о тебе, детка? — голос Райдера смягчился до такого тона, который я никогда раньше не слышал из его уст. Он двинулся к ней, нахмурившись, и я тоже шагнул ближе к ней, моя шея затрещала от раздражения.
Элис опустилась на диван, уткнувшись лицом в ладони.
— Ты не должна ему говорить, — сказал я.
— Пошел ты, — шипел Райдер. — Она может сама принять решение.
— Он может знать, — сказала она наконец. — Все равно теперь все пошло прахом, — добавила она, посмотрев на Найтшейд с выражением поражения в глазах.
— Мы сможем разобраться с этим, — пообещал я.
Она кивнула, грустно улыбнувшись мне, а затем посмотрела на Райдера. Я сжал челюсти, наблюдая за его выражением лица, когда она открыла рот, чтобы сказать ему правду. Мне это совсем не нравилось, но это было ее решение. И я буду поддерживать ее, независимо от последствий.
— Ты помнишь Гарета Темпу? Он был Пегасом здесь, в Академии. Он умер в январе.
— Я помню, — ответил Райдер тихим тоном, на его лбу появились морщины, пока он ждал продолжения.
— Ну… я его сестра.
Выражение лица Райдера ничего не выдавало, но он медленно кивнул. — Зачем ты здесь?
— Чтобы отомстить за него. В ФБР сказали, что он умер из-за случайной передозировки Киллблейзом, но они ошибаются. Гарет никогда бы не принял наркотики добровольно. Поэтому я приехала сюда, чтобы выяснить, кто в этом виноват.
— Так вот почему ты пыталась заставить Харви Блума рассказать тебе, откуда берется Киллблейз? — спросил Райдер, и я хмуро задумался. Я не знал, что она это сделала.
— Да… Я узнала, что Гарет торговал им, и подумала, что, возможно, он получает его от человека, который его производит. Он бы не хотел иметь ничего общего с этой штукой, если бы не был в отчаянии… что, как я теперь знаю, так и было, но, может быть, он пытался избавиться от торговли, а тот, кто его делал, сорвался или… я не знаю, — Элис покачала головой, нахмурив брови из-за вопросов без ответов, которые все еще преследовали ее.
 
— Почему он был в отчаянии? — спросил Райдер, мгновенно ухватившись за ту часть объяснения, которая причиняла ей наибольшую боль.
— Ему нужны были деньги, чтобы оплатить долг нашей мамы. Ради меня. Чтобы защитить меня. Но если бы я знала об этом, я бы просто выплатила долг сама…
— Никогда так не говори, — прорычал я. — Ты не более ответственна за этот долг, чем Гарет, и он был прав, защищая тебя от того, что твоя мать пыталась заставить тебя сделать.
— Так вот почему он хотел работать на меня, — задумчиво произнес Райдер, когда Элис подняла на него глаза. Затем его взгляд стал жестким, когда он задал ей еще один вопрос. — Что твоя мама пыталась заставить тебя сделать?
— Она хотела заставить меня танцевать в стриптиз-клубе, где она работала, чтобы оплатить свой карточный долг… Я понятия не имела.
Райдер мрачно зашипел, и гнев, промелькнувший в его взгляде, сказал, что он хочет убить ее мать за это. Я никогда не думал, что смогу в чем-то согласиться со змеей, но, похоже, наше презрение к матери Элис было единственным, в чем мы могли полностью сойтись.
— Сейчас это не имеет значения, — пренебрежительно сказала Элис, хотя было очевидно, как сильно это ее задевало. — Дело в том, что я думаю, что Найтшейд имеет отношение ко всему этому, и она почти узнала, кто я. Я видела ее с фейри, ответственным за убийство того мальчика в Железном Лесу, но кто бы это ни был, он использует мощное заклинание сокрытия, чтобы скрыть свою личность.
Я подошел ближе к Райдеру, расправив плечи. — Полагаю, ты ничего не знаешь о том, кем он может быть, а, Драконис?
Глаза Райдера переместились на меня, превратившись в рептилоидные щели, когда его взгляд усилился. Я чувствовал, как он пытается наложить на меня гипноз, но мои ментальные щиты были крепки, не позволяя ему проникнуть внутрь.
— И на что именно ты пытаешься намекнуть? — прошипел он, его правая рука сжалась в кулак, так что слово боль уставилось на меня.
— Думаю, ты знаешь, — сказал я убийственным тоном.
Элис пронеслась между нами с вампирской скоростью. — Мы можем сосредоточиться на текущей проблеме? Я не думаю, что Райдер несет за это ответственность.
Райдер бросил мне ухмылку, и моя челюсть сжалась. Я взял Элис за руку и придвинул ближе, чтобы говорить ей на ухо.
— При всем уважении, Элис, я не думаю, что ты можешь исключить змею, учитывая, что он самый психованный засранец в кампусе.
— Если бы я убил кого-то, это было бы гораздо больнее, чем передозировка, — Райдер добавил вскользь, как будто это было чем-то хорошим.
Элис отпихнула меня, бросив твердый взгляд. — Я не прошу тебя верить мне, но я говорю тебе, чтобы ты прекратил это, Габриэль.
Райдер хихикнул, и за это я мог бы набить его самодовольную морду.
— Я знаю, что делать, — сказал он, и Элис отстранилась от меня, с надеждой повернувшись к нему.
Райдер сложил руки, его взгляд упал на Найтшейд. — Я сверну ей шею, потом мы завернем ее в ковер и оставим здесь до середины ночи. Когда в кампусе никого не будет, Большая Птица сможет спустить ее в Плачущий Колодец, а я встречу его там с чаном кислоты. Мы бросим ее туда, и я полью тело кислотой, чтобы убедиться, что от нее ничего не осталось. Этот колодец — идеальное место для утилизации трупа, а тот факт, что каждый мудак в кампусе считает, что там водятся привидения, все равно не позволит никому особо туда соваться. Потом, когда ФБР придет ее искать, мы с Элис скажем, что Найтшейд не появлялась на наших консультациях, поэтому мы вернулись в мою комнату и провели там ночь, трахаясь.
— Погодите, мы не собираемся убивать члена кафедры, — сказал я в недоумении, глядя на Элис.
Она смотрела на Райдера с приоткрытыми губами и раскрасневшимися щеками. Неужели ее действительно возбудил этот гребаный псих?