Рождённый из слизи и Тьмы (СИ)

Ну, а если помрёт кто-то через пару дней от сердечной недостаточности… Ну так, нервная жизнь у светского общества, вот сердечко и не выдерживает, что тут поделаешь?
Так что, если среди допрашиваемых найдётся невиновный, увы и ах. Дело мировой важности. Потери тут неизбежны. У меня дома это называлось — сопутствующие потери.
Акция планировалась на эту ночь, поэтому я собирался по приезду домой хорошенько выспаться, начав дремать уже в экипаже. Но не тут-то было! Архонт не дремлет.
— Что думаешь? — спросил древний пердун.
Я ответил, не открывая глаз. Все эти разговоры и разработки планов по спасению миру — сильно утомляют. На кой демон я вообще полез во всё это? Это же по-ли-ти-ка — самое злобное, грязное и мерзкое, что только придумали люди.
Надо было брать Милану и валить за город.
Интересно, планы по уничтожению мира тоже так тяжело идут?
— А что тут думать? — ответил я деду. — Мне здесь жить. Значит придётся защищать свой дом и свою семью.
— Я про то, что нас могут использовать для личных интересов Братства, — пояснил заданный вопрос Архонт.
— Ты почуял ложь в их словах? — я всё же открыл глаза и устало посмотрел на деда. Да, моего деда. Теперь он тоже моя родня. Хоть и думал так ранее, только сейчас полностью это осознал.
— Не почуял.
— И я не почуял. Ну не два же мы дурака, — сообщил я и закрыл глаза: — Даже если используют — главное не дать демонам организовать новый Прорыв. Остальное я как-нибудь переживу. Всё, я спать.
Архонт помолчал пару минут, я уже и задремать успел, когда древний вампир тихонько произнёс:
— Впервые почувствовал гордость за внука.
— Что? — встрепенулся я, не поняв: мне это приснилось или нет?
— Отдыхай, — посоветовал дед. — Ночь будет сложной.
И он оказался прав, хотя я и так знал, что будет сложно. Допросить предстояло изрядное количество людей и было на это всего две ночи — главы Братства торопились. Кто знает, когда гнойник лопнет? Возможно, мы уже опоздали и завтра на мир обрушится армия жаждущих крови и смертей демонов.
Чтобы ускорится, было решено одновременно допрашивать по три человека. В связи с чем в ночь мы выехали на трёх чёрных каретах без опознавательных знаков, взятых на прокат. По городу довольно много таких ездит, так что внимания они особо не привлекут. На козлах сидели ниалы, в салоне, вооружившись запасом отравы, которая развязывает людям языки, ожидали подопечных брат Бруно, брат Руфус и мой дед.
Я выезжал с Архонтом, позже по очереди пересяду к братьям, и так по кругу, пока не наступит утро. У каждого из них было два часа на допросную деятельность, а там скольких успеют расспросить.
Пришлось снова пить кровь Архонта, а ему мою, чтобы на всякий случай присматривать друг за другом.
Места встреч, резервные точки и прочие детали плана были мной изучены и накрепко запомнены. Самым тяжёлым во всём плане оказалось оставить Милану дома. Девушка, узнав о предстоящей операции, порвалась в бой. Амазонка, блин! Валькирия! Еле уговорил. И всё равно жена на меня сильно обиделась.
Первым мы посетили некого графа Орландо Париса, проживающего в довольно большом по городским меркам особняке с приличным по размерам садом. Тут он даже фазенду Архонта переплюнул.
Дед назвал Париса — высокомерной выскочкой, чей капитал был нажит на жадности его первых представителей. Джан Парис после закрытия Порыва каким-то чудом сохранил часть своего торгового флота и по конским ценам снабжал страны этого материка провизией. Даже император не мог с этим ничего поделать — не было, ни сил, ни возможностей придавить к ногтю наглого торгаша — армия была практически уничтожена, а люди искали тёплые места и шли к тому, кто мог их прокормить. Не помогала даже слава императорской семьи, как победителей демонов.
Сад у семейства Парис на самом деле был шикарен. Как только перемахнул через высокую каменную ограда, попал в густые заросли, похожие на джунгли.
Сам я в джунглях никогда не был, но по телевизору видел пару познавательных передач. Вот здесь было почти так же, разве что лиан не хватало. Деревья, кусты, кустарники и прочая зеленая флора стояла так плотно друг к другу, что в некоторых местах приходилось протискиваться бочком, отводя ветки. И при этом сад не был запущен, было видно, что за ним ухаживают и что каждый куст посажен на своём месте.
 
Наверное, я чего-то не понимаю в местной флористике, по мне так лучше газон, пара лавочек и протоптанные дорожки. Зато в джунглях удобнее прятаться, что я и оценил, пока подбирался к дому, затем сиганул в открытое окно на втором этаже. Сил на массовое похищение придётся потратить много, поэтому, где возможно, решил экономить силы и Тьмой не пользоваться.
Только не надо думать, что это было просто. Пришлось и под кустами посидеть, пока ждал, когда пройдёт охрана особняка и от собак по веткам полазить — по территории бегала пара здоровенных, похожих на волкодавов псов.
Меня, само собой, никто из них не заметил. Сложно заметить серую тень в ночи, обмазанную с головы до ног отбивающей запахи мазью.
Я как самый настоящий ночной тать нацепил на себя тёмно-серную одежду, которая, как советовали книжные и телевизионные воры, куда как менее заметна в темное время. Лицо спрятал под маской, тоже по-киношному замазав углём кожу вокруг глаз, дабы, значится, не выделялась.
В дом я забрался удачно, всего в паре комнат от спальни графа. Нырнул во Тьму и через минуту уже стоял над крепко и мирно спящим стариком.
Годков графу Парису много, был он вдовцом, так что ничто не мешало его ночному отдыху. Граф ложился чуть ли не с закатом и просыпался с первыми петухами. Это была одна из причин, почему меня послали сначала к нему. Остальные предположительные участники заговора куда моложе, кто женат, кто предпочитает продажную любовь, кто любит засиживаться допоздна за бумагами, а кто вовсе домой приползает под утро в невменяемом состоянии сильного алкогольного опьянения.
«Вынырнув» из Тьмы, парой движений открыл челюсть спящего и влил содержимое небольшого пузырька.
Граф вздрогнул, проснулся, попытался сесть.
Одной рукой я заткнул ему рот, пальцами другой пережал сонную артерию и держал пока граф не отрубился. Микстурке нужно хотя бы пару спокойных минут, чтобы подействовать. В карете его разбудят.
Закинул тело сухонького старика на плечо и скользнул обратно в ставшую мне почти родной Тьму. Тут я уже ни от кого не прятался, пройдя весь путь до кареты во Тьме. Так было быстрее и незаметнее, хоть и энергозатратнее.
Несмотря на то, что Архонт меня ждал, он всё равно вздрогнул, когда я внезапно «появился» в карете.
Сделав вид, что не заметил его испуга, сгрузил тело графа на мягкую лавку и напомнил:
— Два часа.
— Не умничай, — посоветовал древний пердун. Стукнул в переднюю стенку, и карета немедленно двинулась с места.
Через пару минут мы прибыли на точку встречи, и я перебрался в карету к брату Бруно, после чего меня отвезли к следующему дому.
Здесь пришлось немного подождать, пока барон Фольк вдоволь наиграется с пышногрудой брюнеткой.
Девушку я усыпил, капнув ей в рот пару капель сильнодействующего снотворного, с бароном проделал туже манипуляцию, что с графом, сдав его на руки брату Бруно. Пересел в карету к брату Руфусу и снова…
В общем ночка была ещё той.
Голод я ощутил сразу после третьего похищения. Мне тут же, без вопросов, выдали на убой человека, которого возили в багажном отделении кареты.
Братья не стали скупиться и предоставили мне лучшее из худшего. Так что питался я кровью преступников: убийц, насильников и воров — тех немногих, которые попали в статистику правонарушения и не смогли скрыться от правосудия.
В основном, конечно воры. Откуда в столь безопасном городе, как Эдинбург — убийцы и насильники?
Мужиков усыпили всё тем же снотворным, которое я использовал на вторых половинках похищаемых и проспали бы они тихо и мирно до самого утра, если бы не мой голод.