Рождённый из слизи и Тьмы (СИ)
Мне стало любопытно. Да и стоило отвлечь Милану от этого вопроса. Я сам пока не понимал.
Рана действительно зажила. Вернее, зарубцевалась. И теперь у меня на груди красовался бугристый алый рубец сантиметров семи. На спине, наверное, такой же. Обычный человек после подобного ранения точно бы не выжил. Да и мне повезло, что дед не добил.
Испугался реакции засевшей внутри Тьмы? В прошлый раз она неплохо его отмудохала. Или нет?
Я задумался.
Если представить, что Тьма реагирует только на реальные угрозы, то тогда, в ванной, Архонт реально хотел убить меня. А сейчас, раз Тьма на него не кинулась и даже дала меня ранить, собирался только остановить? Что-то изменилось с тех пор? Древний вампир поменял своё отношение к чужаку?
— Не переживай, — видя, как я пристально рассматриваю шрам, посоветовала Милана, аккуратно проводя пальчиком по чистой коже вокруг шрама. — Тебе даже идёт. Шрамы украшают мужчину.
— Я и не переживаю, милая. Это всего лишь шрам, — сказал я и тут же прикусил язык.
«Милая»… Вот я ляпнул! У Миланы глаза расширились, как у анимешки. Они у неё и без того большие. И каким «влюблённым» взглядом она на меня посмотрела… Я аж испугался за себя. Это ненормальная любовь. Обычно психопаты в кино так смотрят.
Зато точно смог отвлечь её от причины своего ранения.
— Тогда почему ты так сильно расстроен? — Отметила Милана, придвигаясь чуть ближе.
— Просто хочу в туалет, — отмазался и я поспешно ретировался в ванную.
Я практически и не соврал — в туалет действительно хотелось. Не так сильно, чтобы бежать туда сломя голову, я мог и потерпеть. Но лучше уж так, чем все эти непонятные чувства, желания и взгляды.
Не понимаю, как она может любить, такого как Каин? Безответно любить. Заботиться и переживать.
И не понимаю, почему я так реагирую на Милану. Это ведь даже не феромоны, как у суккубы, вампиры их не выделяют. Тогда, что в ней такого особенного?
В прошлой жизни мне хватало женского внимания. Скажу больше, я был куда симпатичнее Каина. И ни разу, ни одна женщина не вызывала у меня подобных мыслей, желаний или ощущений. Это было непонятно. А непонятного никто не любит.
Облегчившись, я вдоволь напился воды из-под крана. Зеркала очень не хватало. Хотелось посмотреть на свою опухшую рожу — другой после болезни и стольких дней лежания в кровати она быть не может.
Когда вернулся в комнату, Миланы уже не было. Зато, сидя на стуле, меня поджидал Архонт.
Выглядел он как всегда величественно и роскошно, даже несмотря на то, что был одет в пижаму, халат и тапочки. Нормальная одежда для предутренних часов. Сейчас часа четыре утра, солнце только-только встало.
Так даже и не скажешь, что ему уйма лет. Я до сих пор не воспринимаю его дедом. Скорее дядя или старший брат.
— Вижу, тебе полегчало, — первое, что сказал Архонт. Почему-то в его голосе я услышал укоризну. — А раз тебе полегчало, я хочу услышать план. Я долго ждал.
— Ты издеваешься? — Само вырвалось у меня. — Я едва не умер из-за тебя! Пять минут как очнулся.
— Но тебе их хватило, чтобы довести Милану до слёз. В очередной раз. — Лицо древнего вампира выражало недовольство, а в голосе слышалась угроза.
— В смысле? — Не понял я. Тон вампира и его слова моментально сбили меня с мысли.
— Она в последние дни плакала больше, чем за всю совместную жизнь с Каином. — Пояснил Архонт. — Будь добр это исправить.
Я окончательно растерялся. Что исправить? И главное как?
Понял только одно — это была не простая просьба, а приказ. Архонт был более чем серьёзен.
И тут, как по заказу, память Каина подсказала, что следовало за приказом старшего родственника. Наступил «тот самый» подходящий день, чтобы попытаться снова зачать Милане ребёнка.
Я прямо в осадок выпал, когда дошло, на что меня подписывают.
Нормальное предложение, да? Вот так просто, пойди и…
Я совсем ей чужой, пусть и в теле законного мужа. Да и Архонт поначалу относился ко мне настороженно, как к опасному и непонятному чужаку. А тут такое…
— Ты нормальный вообще? — Спросил я у деда, начиная злится. — Я её знаю от силы пару дней. Как и тебя. Как весь этот грёбанный мир!
— Так не выбивай единственную опору, которая у тебя есть в этом грёбанном мире. — Спокойно парировал Архонт. — Ты теперь Каин Сергаус хочешь ты того или нет. Милана твоя жена. Я твой старший родственник. И я жду план.
Как у Архонта всё просто, зашибись!
А у меня в голове сейчас каша. И что делать? Реально идти к Милане?
«А почему нет? — спросил подленький внутренний голос. — Ты же её хочешь.»
Хочу. У меня это на лбу написано жирными буквами. Разве что слюни не текут при виде девушки, как у голодного пса на кусок мяса. Но она-то уверена, что я Каин.
А ты разве не Каин? Тебе это только что прямым текстом сообщили.
— Хорошо, — я успокоился так же резко, как завёлся. Если дед хочет план, он его получит. Как и Каина в самом неприглядном виде. Говнюком умею быть и я. — Для начала мне нужен тот осколок, который из меня вырезали. А лучше кусок побольше. От копья же что-то осталось? — Озвучил я свои требования.
— Зачем? — Заинтересовался Архонт.
— Если Тьма вновь захватит меня, близость божественного артефакта может помочь её побороть, как в прошлый раз. По крайней мере я на это надеюсь.
— Не думаю, что осколок поможет, — ответил дед. — Тьма — богиня, божественное оружие на неё действовать не должно. Думаю, она в тот момент отвлекалась на зеркало, поэтому дала тебя ранить. А когда поняла, что ты в опасности, вернулась. Если честно, я до последнего верил, что она сама избавится от осколка.
— Да, я заметил, твой научный интерес, — съязвил я. — В любом случае хуже от того, что у меня будет осколок не будет.
— Соглашусь, — не стал спорить древний вампир. — Возможно, мы чего-то не понимаем. Боги всегда были довольно скрытными. Что-то ещё?
— Краска для волос. — Немного подумав, озвучил я. — Не хочу привлекать внимание.
— Обратись к Милане, она поможет, — послал меня Архонт.
— И перевод всех книг! Я хочу знать о Тьме всё.
Сказав это, я встал с кровати и направился к двери. Прямо так как был: с голым торсом и босиком. На мне были только лёгкие спальные штаны.
— И куда это ты?
— Исполнять супружеский долг. — Не сдержавшись, огрызнулся. — Каин же делал это под твоим принуждением. А я теперь Каин. Ты сам мне об этом напомнил.
Архонт задумчиво промолчал.
Хлопать дверью не стал, посчитав ребячеством. Хотя Каин ещё не вышел из этого возраста. Как и я сам. Не мне тягаться с прожитыми годами Архонта.
Но вот хоть убей, не хочу и не могу позволить этой древней рухляди смотреть на меня, как на несмышлёного птенца. Я за эти полгода в виде слизи сильно повзрослел, не каждому старику теперь дано меня понять.
В комнату Миланы вошёл без стука, застав девушку за интереснейшим для себя занятием — переодеванием. Она как раз сняла кофту, бросив ту на кровать и теперь стояла только в чём-то вроде короткого топа и узких брючках.
Волосы заплетены в косу, глаза блестят, упругие полушария грудей заманчиво выглядывают из-за полупрозрачной ткани. Красивая…
Милана вздрогнула от неожиданности, прикрываясь руками.
Странные существа — женщины. Каин её по-всякому валял, так чего прятать? Чего он там не видел?
— Каин? Что ты тут делаешь?!
— Дед решил, что день подходящий, — на автомате с явным раздражением в голосе сказал я фразу, которую часто повторял Каин. Ему не нравилось это принуждение.
Мне оно не нравилось ещё больше. Ещё я злился на деда. Он же хотел видеть Каина!
— Но… Ты только очнулся. Как же рана? — Забеспокоилась моя жена, уже забыв о своей полунаготе.
— Кого это волнует, — буркнул я, подошёл вплотную, грубо обхватил девушку за талию и поцеловал.
Пусть Каин считал это принуждением, но насколько же сладким оно было…
Ещё ни с одной девушкой я не получал столько удовольствия. Милана горела в моих руках, плавилась, выгибалась и стонала так возбуждающе и громко, что казалось нас слышно и на соседней улице. Как будто её любили в первый раз.