Рождённый из слизи и Тьмы (СИ)

Поставив поднос на стол, мальчишка быстро, чуть ли не бегом, удалился. Он старался ни на кого не смотреть, но один раз всё же поднял на меня глаза. В них читался Ужас. Именно, что с большой буквы.
И почему он так боится Каина? Где озарение? Я уже сообразил, что память просыпается на сильных эмоциях.
Озарение всё же пришло, и я сам пришёл в ужас от себя.
Нет, Каин не развращал малолетних мальчиков, что в данной ситуации я, наверное, принял бы за благо. Он делал то, что было запрещено делать в Доме вампиров — пить кровь из здешних работников. На них не должно оставаться следов. Никто не должен знать, где и чем они зарабатывают на жизнь. Поэтому кровь сцеживали специальным аппаратом, после которого оставалось лишь крошечное пятнышко на коже, которое и не разглядеть, если специально не искать.
Кровь с них сцеживали раз в пару недель и в безопасном для здоровья людей количестве. Ещё и платили им за это неплохие деньги, поэтому люди чаще выбирали служение «кровососущим демонам» нежели прозябать в бедности на улице.
Каин же мог прийти сюда, зажать любого работника в тёмном углу и вдоволь напиться, не заботясь, ни о сохранности тайны, ни о здоровье человека. Слон ловил его на этом несколько раз, выговаривал, выставлял за дверь, жаловался Архонту, но особо ничего этим добиться не мог — Каин внук главы вампирского сообщества, называемого Советом, единственный и любимый, ему многое сходило с рук.
Этого паренька Каин пил несколько раз. В последний едва его не убил, вот тот и опасается.
А ещё бывший владелец моего тела любил иногда развлечься с уличными девками и тоже с большим удовольствием пил их прямо в процессе соития. Как никого не убил ни разу — чудо, не иначе.
Хм… А может Слон в тот раз всё же сжулил? Ведь личное оскорбление отличный повод отказать другому вампиру в приёме в своём доме. У кровососов с этим строго, почти рыцарский кодекс чести. А тут попробуй обвинить кристально чистого, почти святого Слона, что он сжульничал в карточной игре — никто же не поверит.
Каин, кстати, неплохо играет в картишки, что не скажешь о Слоне. Хотя, если вникать во все тонкости понятий, отказать в посещении общественного дома ему не могли. А Дом крови был общественным, хоть и содержало его частное лицо.
— Каин, ты есть собираешься? Ты нас позвал.
Голос Миланы вновь вытащил меня из воспоминаний.
Я мысленно зарычал, недовольный этим, однако молча взял кружку и начал жадно глотать ещё тёплую кровь.
Выходит, не ошибся я, и Каин тот ещё моральный урод, этакий представитель золотой молодёжи моего мира, и я теперь в его теле.
Что же он всё-таки такого совершил, что его размазали в кровавые сопли?
Я даже не заметил, что кровь в кружке закончилась, так и сидел в глубокой задумчивости, с поднесенной ко рту тарой, пока Милана вновь меня не позвала.
— Каин?
— Что? — Отозвался я чуть резче, чем планировал.
— Точно всё в порядке?
И снова эта нежность и забота в голосе. Нет, она точно не стерва, просто с таким мужем у неё выбора не было. И как только эта чудесная девушка оказалась замужем за таким ублюдком?
Брачный союз? Или любовь зла?
Вампиров мало, а род Каина носитель древней и сильной крови, любой другой род будет счастлив породнится с ним.
— Теперь точно всё в порядке, — оставляя кружку, я оглядел своих спутников: лучшего друга, который меня терпел и всегда был готов прийти на выручку и жену, которая… внешне изображала стерву, но на самом деле была мягкой и заботливой. Неужто она на самом деле любила Каина?
Не, ну бред же. Как это чмо клыкастое можно любить?
Я чувствовал, что Каин Милану не любил. Более того, он её боялся. У них даже комнаты были разные.
И тут дверь кабинета распахнулась, как будто её открыли с ноги, хлопнув о стену, и на пороге нарисовался Слон.
 Глава 5 
Видели когда-нибудь вампира весом под полтора центнера?
Я привык к стереотипам кино, книг и игр, где вампир, или утончённый аристократ, или страшный и тощий житель канализации. Жирных вампиров не было.
 
А Слон был. Здоровенный, обрюзгший, в дурацких коротких штанишках черного цвета до середины икры и рубашке больше похожей на плащ-палатку. Лицо почти идеальной круглой формы, такая же лысая голова и маленькие глазки в обрамлении слоя жира. При этом он был очень рачительным и экономным хозяином.
Эта гора сала перекрыла собой весь дверной проём и чуть ли не вибрировала от исходящей от него злобы.
— Каин! — Прорычал он. — Я тебя предупреждал!
— Мы уже уходим, Слон! — Подскочила на ноги Милана. И почему-то встала так, чтобы закрыть собой меня. Мне аж стыдно стало. Я всегда мог за себя постоять и никогда не прятался за женской спиной.
Поэтому тоже встал, решительно отодвинул жену и пошёл на Слона.
— Давай не будем устраивать сцен, Слон. Мы просто пришли поесть.
— Я запретил тебе появляться в моём доме! — Задребезжали вторые и третьи подбородки жирного вампира. Сам он раскраснелся. Даже собранная морщинами лысина расцвела красными пятнами.
— В твоём доме — да. В Доме крови не могут отказать в приёме никому, кроме как по решению Совета. Ты хоть и член Совета, но не весь Совет.
Алый пятна на бледной коже жирдяя стали ярче, но аргументированно ответить он не мог — я был прав. Мне могли быть не рады здесь, но не принять не могли, даже если я смертельно обидел хозяина Дома крови. Ох уж эти тонкости мира вампиров.
— Пошёл вон! — Рявкнул Слон.
— Уже уходим. — С улыбкой сказал я и обернулся к Маркусу. — Марк, расплатись. А то я на мели.
Маркус секунду недоумевающе смотрел на меня, потом хмыкнул, буркнул что-то типа: «а вот и старый добрый Каин вернулся» и выложил на стол пару золотых монет. Как понял, серебро у вампиров не в чести.
Неслабые тут расценки.
— Позволишь? — Я встал напротив Слона, так близко, что мы едва не касались друг друга. От жирного вампира пахло потом, кровью и каким-то вонючим благовонием, призванным заглушить вонь потного тела.
Слон пару секунд буравил меня взглядом, в котором читалось желание раздавить Каина, как поганого навозного жука, но в итоге жирдяй грузно посторонился.
Каин точно отдавил ему очень большую и болючую мозоль, потому что так за проигрыш в карты или клевету не ненавидят. Может, всё же убил кого-то из Дома крови?
Нет, не помню пока. Но обязательно вспомню. У меня и так хватает проблем, хотелось бы избавиться хотя бы от одной.
Протянув руку Милане, дождался, когда жена несмело вложит туда свою миниатюрную ладошку и уже сам потянул её на выход. Маркус шёл замыкающим.
Слон топал за нами до самой двери. От его тяжёлой поступи скрипели и вздрагивали доски пола. Милана почему-то тоже вздрагивала. Тогда я притянул её к себе и обнял.
Милана в тот же момент едва не шарахнулась от меня, а какой удивлённый у неё был взгляд… Я улыбнулся в ответ. Девушка вовсе сбилась с шага, пришлось прижать её ещё крепче.
Пусть это не в стиле Каина, но сейчас мне было плевать. Эту малышку я в обиду не дам. Тем более в виде няшки она мне нравится куда больше, чем злобной фурией.
— Куда дальше? — Спросил я, когда вышли на улицу.
День был в самом разгаре, по улицам туда-сюда сновали люди, не обращая на нас особого внимания. Возвращаться во временное жилище отчего-то не хотелось. Наоборот, теперь я желал, как можно больше времени находиться рядом с Миланой и Маркусом, как с ценными источниками полезной информации.
А они случаем не брат с сестрой? Есть нечто схожее во внешности.
Память на эту тему ничего не подсказала. Ну и ладно.
— Нет, — прервал я уже открывшую рот Милану. — К Архонту мы сейчас не пойдём. Если других предложений нет, предлагаю прогуляться по городу. Погода больно хороша. — Сказал, посмотрев на небо.
Вампиры вновь переглянулись. У обоих на лицах читалось откроенное непонимание.
Что? Сморозил глупость? Вампиры не любят солнечные дни? Вроде солнце на нас никак не влияет. По крайней мере, я за эти дни ничего не ощутил.