V – значит Вендетта (СИ)

— Он сделал тебе больно, — злостно скрипя зубами и сжимая тонкие запястья, выдвинул доводы Эспозито.
— Нет, — я отрицательно покачала головой, не желая, чтобы мужчина испытывал угрызений совести.
— Прекрати лгать мне! — резко сорвался на крик брюнет, болезненно заламывая левую руку и вжимая в кожаную обивку. — Я похож на идиота?! Скажи, Вивьен, я по-твоему идиот?!
— Нет! — вскрикнула я, ощущая, как трещат хрупкие кости.
— Какого чёрта ты вообще заявилась в этот бордель?! — не прекращал рычать и щемить Стефано. — Какую цель преследовала?! Почему позволила прикоснуться к себе?!
— Я была не в себе! — панически воскликнула я, не зная, куда себя деть.
— Дура! — гневно зашипел он. — Я из тебя всю душу вытрясу, если ты сделаешь один неверный шаг без моего на то одобрения! Поняла?!
— Я не твоя собственность! — прикрывая голову свободной рукой, заявила я.
— Ты моя! Ты не смеешь отказывать мне в чём-либо! — ревел Эспозито, подминая под себя и чрезмерно зажимая мои руки над головой. — Никто не смеет посягать на то, что по праву принадлежит мне! За подобное самовольство я убиваю, страшно, безжалостно и жестоко!
— Ты пугаешь меня! — тихо прохрипела я, чувствуя, как по щекам скатываются очередные предательские слёзы.
— Страх порождает уважение, — едко усмехнулся брюнет. — Рад, что ты питаешь ко мне высшие чувства.
Стефано склонился к моей шее, жадно впиваясь в нежную кожу острыми, как лезвие зубами. От болезненных ощущений я неосознанно поёжилась, но стерпела, боясь проронить хотя бы слово. Эспозито не излучал той нежности и трепетности, как ранее. Напротив, действовал резко, бесцеремонно, ненасытно кромсая меня, как кусок мяса. Кромсая, как дикий зверь свою жертву.
— Остановись, — шептала я сквозь ком в горле.
— Не желаю видеть на твоём теле отпечатки чужих грызнях рук, — рычал брюнет, каверзно и раздражитель, сдавливая хрупкие оголённые рёбра. Силы окончательно иссякли. Я не сопротивлялась, как делала это часом ранее. Он словно подавил всевозможные эмоции, принципы, побуждающие к действиям. Подавил всю меня.
Сколько длится данная пытка? Почему я не испытываю звериного страха и ужаса? Беспомощна, безоружна, полностью в его власти неспособная абсолютно ни на что…
В какой-то момент Стефано остановился, меняя гнев на милость, бережно притягивая к себе и принимая сидячее положение.
— Посмотри на меня, — спокойно попросил он, но я лишь обиженно уткнулась в широкую грудь. Стиснув зубы, Стефано требовательно ухватил меня за подбородок, принуждая поднять на него взгляд. Я была растерянна, смущена и неуверенна.
— Я не лизгольд, а человек, Стефано.
— Ты нечто большее, крошка, — довольно замурлыкал он, зазывая расположиться у себя на груди.
— Ты психопат, — прошептала я.
— Ты права, в этом есть доля правды, — согласился Эспозито, с необычайной нежностью поглаживая по голове, словно минутами ранее не выкручивал изувеченные запястья. — Спи.
Если раньше резкие перепады в настроении настораживали, то сейчас с уверенностью могу заявить, что они пугали меня. Эспозито вышел из привычного состояния, вышел из зоны комфорта и привычного спокойствия. Он словно лишился рассудка на недолгие десять минут. Что-то затмило его здравый ум, от чего последовали грубые действия и необъяснимое бешенство, в порыве которого он будто бы выжил из ума.
Я молчаливо прикрыла глаза, погружаясь в недры сознания. Как, почему и, главное, зачем? Кто его знает…
Пыл поутих. Голову посетила трезвость, в следствии чего я осознала, что ни под каким предлогом и ни при каких обстоятельствах не смогу в открытую поинтересоваться, кто та девушка, которую он так крепко удерживал по правую сторону от себя. В противном случае Стефано поймёт, что я была там, поймёт, что анонимный стрелок — именно я.
Неделя спустя.
После неприятного случая в баре я ещё около пяти дней сидела в «заточении» возвышаясь высоко над землёй. Нет, это не было вынужденно. Я добровольно подписалась на своеобразный арест и практически неделю сидела в квартире, посвящая время и всю себя этому несносному мужчине. Стефано ни на секунду не оставлял меня одну, из-за чего гордое одиночество я испытывала, только прибывая в ванной комнате, глядя на яркие огоньки пылающей столицы.
 
На звонки навязчивого Гилмора и многочисленные СМС от Даймонда я отвечала гробовым молчанием. Да, с появлением мужчины в своей жизни я порядком обнаглела. Стала позволять себе излишнюю непокорность и халатность к работе. Единственное, что испытывала, так это нервы беспокойного босса. Должно быть, Морис мысленно проклинает меня не только за неудачный выстрел, но и за очередную пропажу.
— О чём задумалась, крошка? — обратился ко мне Стефано, ловко обнимая правой рукой за талию, а второй перехватывая тихо трезвонящий мобильный.
— Хочу выйти на улицу, — призналась я. Да, звучит весьма странно, но он прекрасно понял смысл.
— Куда конкретно ты хочешь, милая? — добродушно улыбнулся брюнет.
— Хочу острых ощущений, — заявила я.
— Я тебя понял, — учтиво кивнул сероглазый, внимательно рассматривая номер, что носит название «D.M». — У тебя до жути навязчивый начальник. Не думаешь, что за излишнее самовольство тебя уволят с работы?
— Сомневаюсь, — покачала головой я, прекрасно понимая, что Даймонд никогда не пойдёт на столь опрометчивый и абсурдный поступок. Да, сейчас я не в форме, но попрежнему являюсь лучшим стрелком в «Ripper-Snake». Старик не то что не уволит меня, он ещё и заплатит, дабы осталась.
— Неужели тебя действительно устраивает нынешняя должность? — изогнул левую бровь Стефано.
— У меня нет выбора, — грустно усмехнулась я. Более чем уверена, что в случае ухода Морис перейдёт к решительным и не менее жестоким мерам. Даймонд не тот человек, который вольно отпускает. Он тот, кто сживает со свету, расправляется жестокими и самыми изощрёнными способами. Я знаю, потому что неоднократно наблюдала подобную процедуру. В лучшем случае я буду жить в вечном страхе и опасении за собственную жизнь, которая в любой момент может оборваться быстро и безвозвратно.
— Ты можешь работать на меня, — хитро улыбнулся молодой человек.
— На тебя? — тихо посмеялась я. — Кем же?
— Ты — мой личный референдарий, малышка Виви, — подмигнул Эспозито.
— И в чём заключается моя работа? — с особым интересом полюбопытствовала я.
— Перенимать информацию от частных лиц и нашёптывать мне вот в это ушко, — брюнет демонстративно указал на слуховой аппарат. — Соответственно, этот механизм может работать и в обратном направлении. Но в этом случае я буду рядом, дабы подставить тебе крепкую руку помощи.
— Цена вопроса? — сразу перешла к делу я, показательно скрещивая руки на груди.
— Я заплачу столько, сколько запросит твоя алчная сторона, — самодовольно усмехнулся Эспозито.
— Тебе не хватит вечности, чтобы расплатиться, — театрально отмахнулась я и тут же угодила в крепкие тиски.
— Это значит «да»? — уточнил мужчина, замирая в сантиметре от моих губ.
— Это значит «я подумаю», — подмигнула я. — Если ты поручаешь мне переговоры с потенциальными клиентами, значит, рассчитываешь на испытательный срок?
— Ты довольно проницательна, — причмокнул Стефано. — Естественно, у тебя будет пробная встреча с потребителем, но для того, чтобы я не переживал за твою сохранность, тебе придётся доказать способность постоять за себя.
— И когда будет проводиться сиё мероприятие?
— Сегодня, — любопытно протянул он. — Тебя устроит?
— Сколько у тебя доносчиков вроде меня?
— Нисколько, — заключил Стефано. — Я выдумал эту должность пару минут назад.
— Зачем тебе неквалифицированные работники?
— Ты недооцениваешь себя, — загадочно ухмыльнулся брюнет. Я демонстративно закатила глаза, не понимая чужой логики. Зачем успешному человеку, что справляется со всеми обязанностями в одиночку, недо-разведчик в виде меня? Ах да, я забыла, Это же Стефано…
Он неоднократно сознавался в возможных психических отклонениях. Нормальная девушка уже сбежала бы от столь непонятной и странноватой личности, но не я. Проблема в том, что мы оба немного психопаты.