V – значит Вендетта (СИ)

— И что с того? — вопросительно вскинул брови Бейкер. — Тебя уже не возбуждают зрелые мужчины?
— Вы омерзителен, — процедила сквозь зубы я, поднимаясь со своего места.
— Не торопись, — ухватил под локоть он. — Неужели родители не научили тебя манерам и банальной этике?
— Не научили, — рыкнула я, чувствуя порывы подступающей ярости.
— Тебе нравится садизм и ругательства? — оскалился Бейкер, внаглую хватая меня за задницу. — Стефано недостаточно выпорол тебя прошлой ночью? Я могу это исправить.
— Да пошёл ты! — выругалась я, бесцеремонно ударив мерзавца в кадык, в следствии чего он отпрянул, тихо прокашлявшись.
— А ты та ещё стерва, — самодовольно засмеялся Бейкер, грубо притягивая меня к себе за воротник. — За подобное самовольство умоешься собственными слезами.
— Пустой трёп, — ухмыльнулась я.
— Придержи язык, — сквозь зубы процедил оппонент, болезненно впиваясь в тонкую шею, — иначе…
— Иначе что? — перебила я. — Убьёшь меня?!
— Именно, — подтвердил он.
— Я сделаю это первой. На это раз погрешностей не будет… — одними губами прошептала я, крепко сжав кулаки и как следует зарядив обидчику хук справа, прямиком в челюсть. Удар был сильным. Достаточно сильным, так как я вложила в него всю свою злость.
— Беги, стервочка, — сплёвывая излишки металической жидкости, рявкнул он. Я машинально подалась назад, но у выхода мужчина нагнал меня, грубо выкручивая хрупкие запястья. Его глаза налились дикой яростью. Он словно услышал мою немую угрозу. Я крепко зажмурилась, видя то, как над головой заносится массивный кулак. Секунда…вторая…но удара не последовало!
Распахнув васильковые глаза, я увидела бесстрастного Стефано. Левой рукой брюнет крепко удерживал кулак обидчика, а правой накрыл мою голову, словно защищая от всех бед.
— Поднимать руку на хрупкую девушку? Какой стыд и позор, — недовольно причмокнул Эспозито. — Где твоё мужское достоинство, Марвин?
— Твоя девка не так безобидна, как ты думаешь, — шикнул Бейкер.
— Думаю, тебе жизненно необходим соперник покрупнее, — монотонно молвил Стефано, болезненно заломив его запястье и успокаивающе чмокнув меня в макушку. — Как насчёт меня?
— Разуй глаза, придурок! — застонал мужчина.
— Покуситься на беззащитное дитя — кощунство, — нахмурился Эспозито, — но посягательство на её жизнь равно выстрелу в голову. Что ты скажешь в своё оправдание?
— Твоя возлюбленная — сущее зло, — резко повеселел Марвин. — По глазам вижу, она предводитель всей нечисти.
— Я тебя услышал, — одобрительно кивнул сероглазый, выкручивая руку до хруста костей. Я наблюдала за всем с замиранием сердца. Как Стефано воспринял его слова? Поверил? Если да, то у меня крупные проблемы. Но стал бы он травмировать великодушного друга, что сообщил ему столь «чудесную» новость?
Мы ушли тихо, словно ничего не случилось. Эспозито не выглядел разгневанным и недовольным, скорее умиротворённым.
Я молчала. Шествовала, будто провинившееся дитя, глядя себе под ноги.
— Ты злишься? — прервала тишину я.
— Исходя из чего ты сделала такие выводы? — полюбопытствовал мужчина.
— Ты молчишь, — выдвинула предположение я.
— Твоё поведение никак не связано с моим угрюмым настроением.
— А что связано?
— Имбецилы, что не в состоянии самостоятельно справиться с наилегчайшей работой.
— Я могу чем-нибудь помочь? — в качестве извинения предложила помощь я.
— Да, — кивнул Стефано. — Пристрели меня.
— Снова твои глупые шутки, — нахмурилась я.
— Именно, — усмехнулся молодой человек, останавливаясь у самого крайнего дома в конце улицы. — А вот и место, где мы сегодня будем отдыхать.
Небольшой домик, на вид симпатичный и ничем непримечательный. Как раз в моём стиле. Внутри стоял приятный сосновый запах, что ничуть не удивительно, ведь располагалась деревня в сосновом лесу.
Первым делом мы отогрелись, заварили горячий кофе и поужинали душистой выпечкой, после чего Стефано оставил меня одну строжить камин, а сам поплёлся в ванную принимать душ.
Делать было нечего. Мой мобильный сел, поэтому я коротала время за просмотром танцующих огоньков, что кружили в камине в медленном танце. Весьма занимательное занятие, но руки так и тянулись к лежащему на миниатюрном столике телефону. Да, брать чужие вещи без разрешения верх невоспитанности, но я не сдержалась.
 
Покрутив в руках недешёвый гаджет, я зажала кнопку питания, и он включился. Тот факт, что на экране не было и намёка на блокировку, приятно удивил и одновременно насторожил. Почему Стефано не соизволил поставить любую комбинацию цифр? Хотя бы те же четыре нуля?
При включении мой мобильный просто кишит разновидностью различных PIN-кодов и замысловатых паролей. Обусловлен данный факт тем, что мне есть, что скрывать. Да что уж таить, я даже номера парней не подписываю, так как знаю их наизусть, чтобы в случае утери телефона столь личная информация не попала в нехорошие руки. Хотя, мои-то сложно такими назвать.
Я не стала читать чужие СМС и телефонную книжку. По совести открыла любимые новости и погрузилась в мир жёлтой прессы. За прошедшие сутки произошли не менее жестокое убийство. На этот раз были обнаружены трупы троих молодых мужчин и, что примечательно, они были убиты выстрелом в грудь из крупнокалиберного оружия свыше шестнадцати миллиметров. К сожалению, фото были размыты и ужасного качества, но присмотревшись, я сама того не осознавая, улыбнулась, вспомнив почерк Гилмора. Да, пропустила всё веселье. Видимо, ребята отлично справляются и без руководителя в моём лице. Да и как таковым лидером я себя не чувствовала, скорее человеком, что отвечает за собранность всей команды. Я такой же член, как и они.
Внезапно умиротворённый гаджет, что всё это время молчал, как партизан, тихо завибрировал, и на экране появился неизвестный для меня номер, что был подписан как «Норман Андервуд». Что-то меня в этом прозвище напрягало. Точнее то, как своеобразно подписал его Стефано. Вместо буквы «о» был приставлен ноль, а на смену буквам «е» и «в» пришли тройка и восьмёрка. Что это? В каких бреднях Эспозито выдумывал прозвище новому контакту, да и был ли он вообще в здравом уме? Сомневаюсь, что начитанный, образованный человек занимался бы подобной ерундистикой.
Звонок оборвался, а я поспешно открыла список контактов и, миновав первый десяток, ужаснулась, осознав, что подобным образом подписаны практически все. Номеров была тьма тьмущая, поэтому, пока я панически искала свой, указав в строке первую восьмёрку, мобильный снова зазвонил, и на экране показался всё тот же контакт. Я немного поколебалась, но всё же взяла трубку. Приложив к уху гаджет, я навострила слух, но услышала лишь гробовое молчание и чьё-то тяжёлое дыхание.
— Да? — в полтона отозвалась я.
— Здравствуй, малышка, — прохрипел прокуренный голос.
— Слушаю? — с опаской шепнула я.
— Передай трубочку хозяина данного агрегата, — любезно потребовал мужчина. Я непонимающе захлопала глазами, чувствуя позади горячее дыхание с привкусом мяты и ментола.
— Разве тебя не учили, что брать чужие вещи без согласия владельца некрасиво? — склонившись к моему уху, прошептал Стефано, и я машинально, не оборачиваясь, протянула ему мобильный.
— Говори быстро и по делу, — бесцветно молвил Эспозито. Андервуд кратко изложил цель своего звонка, на что Стефано неудовлетворённо покачал головой и проронил одно единственное: «Делай, как считаешь нужным. Сегодня я не твой босс. На время отсутствия забудь о моём существовании».
Когда диалог был окончен, я медленно обернулась к неожиданно появившемуся мужчине и замерла, лицезрея практически оголённое тело и рельефные мышцы.
— Извини, — единственное, что удосужилась выдавить из себя я.
— Я закрою на это глаза, но впредь не прикасайся к моим личным вещам без конкретной надобности и разрешения, — усаживаясь по левую сторону от меня, приказал брюнет.
Я растерянно смотрела на собственные пальцы, не зная, как оправдать некрасивый поступок. Да и не собиралась. Какой в этом смысл? Факт останется фактом.