V – значит Вендетта (СИ)
— Не столь важно, дорогая, главное, что ты избавила нас от надоедливой шайки Брэдли и подстрелила главную крысу, — Морис едва ощутимо коснулся моего колена, нежно ведя указательным пальцем до основания бедра.
Я вся сжалась. От него несло алкоголем.
— Вы пьяны.
— Совсем немного, детка, — шепнул Морис, более напористо поглаживая оголённый участок кожи.
— Что происходит…? — попыталась отстраниться я, но он не позволил.
— Расслабься, ты слишком напряжена, — мужчина подался в мою сторону, опаляя шею горячим дыханием.
Мерзко, гадко, аморально. Я вновь ощутила тошнотворное ощущение, чувство несвойственной беспомощности. Я полностью безоружна перед ним.
— Прекратите, — с серьёзным видом приказала я, но вышло, откровенно говоря, неубедительно и невнятно.
Даймонд без всякого стеснения проник под бархатистую ткань, с интересом исследуя территорию. Меня начало трясти. Я панически поглядывала по сторонам, не знаю, как прекратить весь этот ужас.
— Расслабься, иначе не сможешь получить яркое наслаждение, — он коснулся губами шеи, от чего я зажмурила глаза, мечтая, чтобы всё оказалось страшным сном. Но, нет. Всё происходит наяву. Его прикосновения обжигали кожу.
— Не смейте прикасаться ко мне! — не выдержала я и отвесила ему звонкую пощёчину.
Морис болезненно впился в моё бедро острыми, как лезвие ногтями, сдерживая порывы собственной злости.
— Прекрати противиться, Вивьен, — сквозь зубы процедил он. — Я не хочу делать тебе больно.
— Вы переходите грань дозволенного, — попыталась вразумить я.
— Тебе это нужно, нужен я, — повалив меня на диван, заявил недо-отец, поспешно развязывая натуго затянутую ткань.
— Нет-нет-нет! — взвизгнула я, оказывая ярое сопротивление.
В сию же секунду Даймонд вспыхнул, как спичка, выкручивая тонкие запястья, от чего я завопила ещё сильнее. Он делал мне больно, принуждал к тому, чего я не желала всей душой. Я не желала его.
Нащупав поблизости настольную лампу, я обрушила её на голову насильника и, воспользовавшись моментом, поспешила наверх.
Заперевшись в комнате на всевозможные замки, я начала поспешно одеваться, прекрасно осознавая тот факт, что пьяный в стельку босс сейчас оклемается и вернётся, дабы закончить начатое. Даймонд всегда возвращается.
Натянув на слегка влажное тело джинсы, хлопковую рубашку и самую удобную обувь, какая только была в шкафу, я отыскала мобильный, намереваясь позвонить первому контакту в телефонной книге, кому-нибудь. В ту же полицию, тому же Шону.
От грохота за хлипкой дверью руки предательски задрожали. Нетрезвый недо-отец ломился в комнату. Дверь не выдержит, у меня нет времени, нужно срочно что-то предпринять!
Машинально сделав пару шагов назад, я начала метаться по комнате в поисках какого-то оружия, но ничего. Ничего, мать вашу, не было! Всё осталось внизу, в прихожей. Я безоружна!
— Открой дверь, Вивьен, иначе я вынесу её полностью, как было в прошлый раз! — припомнил Морис.
Нахлынули не менее болезненные и отвратные воспоминания, как он напился до беспамятства, заявился в мою комнату посреди ночи, начал раздевать, трогать в самых непристойных местах.
Мне было шестнадцать…
Благо остановили детские слёзы. Он сжалился, но теперь я уже не ребёнок и он не отступится.
— Пошёл к чёрту! — выпалила я, бросаясь в сторону окна и поспешно свешивая ноги вниз. Всего три с половиной метра…
Как и ожидалось, дверь не выдержала, и он ворвался в комнату. В последний раз я обернулась взглянуть в глаза своего опекуна и, не увидев в них ничего человеческого, прыгнула вниз. Приземление было весьма жёсткое, но нежелание заниматься сексом со стариком перекрывало всевозможные чувства, болезненные ощущения.
Приложив как можно больше усилий, я поднялась на ноги и побежала. Куда я так рвалась? Не знаю! Подальше от этого места, подальше от горе-отца.
Остановиться удалось через три улицы. Дальше шла дорога на Лондон и лесная гуща. Усевшись на качелю, которую когда-то построил Грэг, я попыталась успокоиться, придти в себя, но тщетно. Тело попрежнему трясло. Тремор рук, сбивчивое дыхание и сердце, что выпрыгивало из груди, говорили о том, что попытка оказалась провальная.
Куда обращаться за помощью в такой ситуации?
Даймонд — крупная фигура во всей этой шахматной игре. Мужчина имеет связи абсолютно везде, да и как воспримут моё предательство ребята? Они не простят меня! Никогда! Никто не прощает предательство. Я бы тоже не простила. Поистине безвыходная ситуация.
Внезапно в кармане зазвонил мобильный. На экране красовался номер Стефано. Он словно почувствовал, что мне нужна помощь. Он всегда чувствует…
— Да? — попыталась выровнять голос я.
— Здравствуй, негодница, — в полтона поздоровался он. — Жди в гости.
— К сожалению, сегодня не получится, — отмахнулась я.
— Где ты сейчас находишься? — тембр заметно похолодел.
— На Hart*** — street, — призналась я, сдерживая поток ненужных слёз.
Ничего не ответив, Стефано сбросил звонок. Я крепко обняла себя за плечи. Внезапно стало холодно, омерзительно. Хотелось содрать кожу, избавиться от тех участков, где побывали его руки, но я не могла, чисто физически не могла, так как не имела при себе ничего. Будь у меня в руках нож, без всяких раздумий вырезала бы кусок собственной плоти.
Как Морис пошёл на это, чем он руководствовался в тот момент? Неужели действительно думал, что я дам добро и вот так просто отдамся ему?! Какой абсурд!
Время тянулось долго и мучительно. С каждой минутой я всё больше погружалась в себе, замыкалась, в попытке скрыться от этого мира. Улицы пустовали. Никого, ни единого прохожего, я одна. Я всегда одна…
Чья-то тёплая ладонь мягко легла на моё плечо, еле ощутимо массируя его. Я из последних сил подняла взгляд на неизвестного и увидела до боли знакомое, близкое лицо…
Глава 6
Глаза пекли невыносимой жгучей болью, ровно так же болела и душа. Хотелось кричать, биться в агониях, рвать и метать. Хотелось убивать, но всё, на что я оказалась способна, поднять до жути покрасневший взгляд.
Тусклый фонарь слабо освещал широкую дорогу, от чего я не имела возможности рассмотреть его лицо, глаза, эмоции. Абсолютно всё оставалось загадкой.
Присев на корточки, мужчина накрыл мои руки массивной ладонью, а второй начал неспешно проглаживать по костлявому колену. От этого жеста ноги предательски задрожали, а к горлу подступил очередной тугой ком. Я сжалась ещё сильнее. Нижняя губа дрогнула, и по щеке покатилась нежеланная слеза, неприятно обжигая фарфоровую кожу.
Последний раз я плакала восемь лет назад, в день убийства матери…
— Что случилось? — в полтона задал вопрос Стефано.
Я издала тихий всхлип из последних сил стараясь сдержать нахлынувшие эмоции. Чёрные прядки неприятно липли к лицу. Я молчала. Молчала и не дышала, боялась выдать хотя бы звук, что сдаст со всеми потрохами.
— Всё в порядке, — одними губами шепнула я, вспоминая недавние события.
Найти меня вопрос одного щелчка пальцев, а убить — времени.
Куда бежать и что делать…? Даймонд отыщет где угодно, переберись я хоть в центр Лондона, чужую страну или на другой конец света. Он достанет меня из под земли!
Мерзкий старик хотел надругаться надо мной! Какой ужас, стыд и позор…
Самое страшное то, что просить помощи банально не у кого! Никто не осмелится пойти против своего босса, никто не осмелится пойти против Даймонда Мориса.
Накатила волна новых слёз. Нет, рыдать хотелось вовсе не от страха за собственную жизнь, причина заключалась в множестве вопросов, на которые знал ответы только он. Я не могу вот так просто уйти, потому что так и не разгадала убийство матери, а Даймонд не может отпустить убийцу, который избавит его от заклятого врага.
Воздуха катастрофически не хватало. Я не могла больше держаться и тихо заплакала, болезненно закусывая нижнюю губу.
Услышав рыдания, Стефано осторожно притянул меня к себе и крепко обнял.