Когда земли окутает мрак

Вдоль обледенелых стен располагались еще несколько светильников поменьше. Ярко поблескивал в их свете высокий ледяной стол, лавки из льда устилали звериные шкуры.
Путники расселись за столом друг подле друга. Напротив них разместился Берог и трое оборотней. Подле Берога сидела девушка редкой красоты – белокурая, высокая, статная. Часть волос ее была собрана в косу, перевитую костяными кольцами, другая ниспадала на плечи белоснежной волной. Тонкие брови вразлет и полные губы придавали девушке мягкости, но острый взгляд, прямой нос и волевой рот говорили о решительности и стойкости.
Двое давешних ребятишек попытались спрятаться за ее спиной, но она строго взглянула на них, и те неохотно потащились прочь.
– Моя жена, Рейга, – представил красавицу Берог. – Правая рука в любом деле. – Он кивнул на другого оборотня. – Мой брат и верный соратник, Рорг.
Этот оборотень был не просто велик – огромен. Крутые скулы, массивный подбородок, маленькие близко посаженные черные глаза; довершали облик белые волосы, выстриженные по обеим сторонам головы, посредине они были уложены высоким торчащим гребнем, придавая Роргу вид не то убийцы-наемника, не то кровожадного пирата.
– И его жена, Варга, – добавил в заключение Берог.
Воинственная девушка смерила путников колким подозрительным взглядом. Высокая и крепкая, как китовая кость, она была напрочь лишена красоты и грации, присущих Рейге. Обсидиановые глаза ее горели свирепым огнем. Длинные жесткие волосы, уложенные в две крупные косы, были также перевиты костяными кольцами. Еще одно торчало у нее в носу, придавая белокурой деве совсем уж яростный и диковатый вид.
– Теперь вам известно, кто мы, – сказал Берог. – Поведай и ты, Угой, кого привел.
– Это Йэол, – кивнул на номаэта Угой. – Искусный следопыт и верный друг. Я рассказывал тебе о нем.
– Помню-помню, – кивнул тот. – А что остальные?
– С остальными судьба сама свела меня намедни подле моей деревни, – был ответ. – И мне известно не больше твоего.
– Но ты ведь знаешь, что не все из них люди? – задумчиво обронил Берог.
Номаэт кивнул.
– Да. Мы это прояснили по дороге. Суровый муж, по имени Гэдор, и девушка, именем Хейта, будут, однако, из людей. Муж матерый и мрачный зовется Броном, он волк-оборотень. Тот, что с виду хлипкий и бледный, упырь по имени Мар. А девушка с дерзким взглядом из рысей-оборотней, зовется Харпой.
– Что привело вас в наши края? – сдвинул белесые брови Берог.
– Мы просто желаем помочь, только и всего, – тихо ответил Гэдор. – Лгать я не хочу, а сказать больше не имею права.
– А откуда нам знать, что вы не грабители? – грозно сверкнула глазами Варга.
– Лес пропустил их, – спокойно заметила Рейга. – А значит, они не замышляют зла.
– Вот-вот, она верно говорит, – широко улыбнулся Мар.
– Ты-то бы уже молчал, падальщик! – сквозь зубы прошипела Варга.
– Не смей с ним так говорить! – Хейта сурово сдвинула брови.
– Ой, а миловидная девчушка-то с норовом, – едко усмехнулась та. – Быть может, ты и силой захочешь со мной помериться, защищая его упырью честь?
Хейта открыла было рот для ответа, но тут вмешался Угой.
– Довольно! – бросил он. – Мы не за этим сюда пришли! Трое номаэтов пропали, и я намерен во что бы то ни стало их отыскать. – Он в упор поглядел на Берога. – Лично мне плевать, откуда эти странники прибыли. Если желают помочь, пусть помогают.
– Угой прав, – качнул головой Берог к неудовольствию Варги. – Не время разводить склоки. Думаю, пора рассказать вам обо всем.
Путники притихли и приготовились слушать.
– Номаэты пришли четыре дня назад, – проговорил Берог. – Принесли добрые оленьи шкуры. Мы щедро отплатили им рыбой и мясом. Все шло хорошо, но на третий день, напоследок, им вздумалось еще порыбачить. Я попытался отговорить их, ибо надвигался буран и рисковать не было смысла, но они всё равно пошли. Повалил снег, началась метель. Минуло много времени, а они не возвращались. Когда непогода выдохлась, мы отправились за ними. Обошли всю округу, но никого не нашли. Тогда мы решили, что они попросту потерялись в этом буране и, верней всего, утонули.
 
– Все трое? – недоверчиво спросил Угой.
Берог пожал плечами.
– А что, по-твоему, могло случиться?
Угой сдвинул брови.
– Это я и намерен выяснить.
– Мы обследовали там каждый клочок земли, – пророкотал Рорг.
– Быть может, вы что-то упустили, – упрямо отозвался Угой. – И они упали в расселину. Или лед вместе с ними откололся от берега. И они мерзнут теперь где-нибудь на льдине, ожидая подмоги. Как бы там ни было, они могут быть еще живы. Потому я намерен немедля отправиться на поиски.
– Я с тобой, – сказал Йэол.
Гэдор кивнул.
– Мы тоже пойдем.
– А как же еда? – голодно протянул Мар. – Харпа намедни говорила об отдыхе у огня…
– Мы сюда пришли не животы набивать, – холодно отозвался Угой.
– От моих людей пойдет Рорг, – сказал Берог. – Он покажет, где мы обычно ловим рыбу.
– Я тоже пойду, – заявила Варга.
– Думаю, Рорга будет довольно, – качнул головой Берог. – Я считаю, люди давно замерзли. Но все равно желаю вам удачи. Возвращайтесь скорее. Вас будет ждать и горячий ужин, и теплые постели.
– Это прям-таки вдохновляет, – пробормотал Мар себе под нос.
– Кого как, – хмуро отозвался Угой.
  
V
 
Йэол сказал правду: с рассветом не рассвело. Однако стало все-таки посветлее. Как будто солнце взошло, но его не было видно из-за густых темных туч. Снег падать не спешил, словно весь высыпался накануне.
С севера нерукотворной городьбой деревню окружали невысокие черные скалы. Миновав их, путники вышли на белоснежную пустошь, омываемую ледяным северным морем. Уступчатые гряды и холмы из снега поднимались из нее, точно обледенелые останки чьих-то исполинских тел.
– Здесь мы обычно рыбачим, – проговорил Рорг.
Путники огляделись. Прибрежные земли были совершенно пусты.
– Птиц не видно, – хмуро заметил Йэол. – Странно это.
– Может, их разогнала непогода? – предположил Мар.
Рорг пожал плечами.
– Да кто его знает. Но намедни мы тут всё исходили вдоль и поперек.
– Чу́дно, – отозвался Угой. – Исходим снова. – И уверенно двинулся вперед.
Они изучали пустошь медленно и дотошно. Заглянули за каждый холм, осмотрели дрейфующие льды – насколько хватало глаз, – никого. Только жгучий холод и мертвенная тишь.
С восточной стороны темнели частые белые пики.
– А там что? – спросил Гэдор.
– Бесконечные Льды, – ответил Рорг. – Как далеко тянутся – никому неведомо. Оттого и название. Звери туда не заходят. Мы обычно тоже. Немудрено потеряться.
– Надо проверить, – уверенно сказал Угой.
– На что? – Рорг скрестил на груди руки. – С чего им туда отправиться?
– Не знаю, – пожал плечами тот. – Может, спрятаться хотели.
– От чего? – нахмурился оборотень.
– Хотя бы от непогоды, – ответил номаэт и, пропустив мимо ушей недовольное ворчание Рорга, двинулся вперед.
Остальным не осталось ничего иного, как последовать за ним.
Гэдор обернулся к Харпе.
– Не помешало бы путь помечать, чтобы не потеряться.
– Легко! – белозубо улыбнулась та и играючи вспорола когтями лед.
Льды громоздились над путниками подобно древним полуразрушенным строениям. Ледяные башни, мосты, арки – всё это напоминало некий странный ледяной город, по неведомой причине покинутый обитателями много лет тому назад. Кривые улицы множились, сходясь в не менее кривых перекрестках.
– Нужно разделиться, – сказал Угой. – Эдак мы бесконечно будем тут бродить.
– Неплохая идея, – ответил Гэдор. – Мы втроем, – он указал на Хейту и Мара, – заберем влево. Вы тогда вправо, – кивнул он Харпе и Брону.
– Хорошо, – согласился Угой. – А мы пойдем прямо, как и шли.
– Иди с оборотнями, – ответил ему Рорг. – Я за двоих сойду.