Когда земли окутает мрак

Варга расхохоталась. Харпа презрительно фыркнула, смерила их недовольным взглядом и отвернулась.
Хейта окинула задумчивым взором всех, кто собрался за столом. И поймала себя на мысли, что больше не кажется себе одинокой чудачкой на фоне остальных. Здесь все были чудаками. Только чудачество тут не было неправильным или постыдным. Это было естественным. И после долгой жизни среди чуждых Хейте людей ей казалось невероятным, что она наконец-то нашла своих…
Внезапно Берог поднялся из-за стола и поднял кружку.
– Я хочу выпить за тех, кто не смог быть с нами сегодня. Смерть пришла за ними слишком рано. – Он тяжко вздохнул. – Пусть же не увядает память о них. А светлые звезды надежно хранят их покой!
Остальные тоже подняли кружки. И на некоторое время светлую залу окутала печальная тишина. Прекрасная Рейга вдруг прошептала что-то на ухо дочери. Та кивнула и выскочила из-за стола. Вернулась она уже с необычной вещицей в руке. Ею оказалась костяная дудочка. Рейга бережно переняла ее из рук дочери.
– В знак благодарности за вашу помощь я хотела бы сыграть вам, – мягко сказала она. – Это свира [9] – инструмент севера. Говорят, она когда-то принадлежала пастырям снегов. И ее музыка способна пробуждать в памяти самые добрые воспоминания.
Рейга приложила свиру к губам и смежила веки. Вскоре из костяного инструмента медленно потекли густые печальные звуки. Но печаль эта была светлой и чистой, точно ясные слезы небес. Перед глазами всех, кто сидел за столом, словно из океана вечности всплывали давным-давно позабытые картины.
В свете огней дивные волосы Рейги сверкали и искрились так, словно были сотканы из снега. Волшебные звуки, точно невидимые птицы, возносились под самый купол ледяного дома, завораживая и умиротворяя, сея вокруг упоение, радость и тепло.
Постепенно сладостный напев становился все тише и тише, пока не умолк совсем. Рейга опустила свиру. И хозяева, и гости оторопело крутили головами, точно пробуждаясь ото сна. Но хмуриться никто не спешил, на лицах одна за другой зажигались улыбки.
Гэдор почтительно склонил поседелую голову:
– От лица себя и своих спутников я хочу поблагодарить тебя, северная дева, за этот волшебный дар.
Рейга ласково улыбнулась в ответ. Все зашевелились. Кто потянулся за кружкой, кто за угощеньем. Смекнув, что более подходящего момента уже не представится, Хейта поднялась из-за стола.
– Ты куда это собралась? – поглядел на нее Гэдор.
– Пока мы здесь, хочу еще раз увидеть Серебряный лес, – пояснила она.
– Но бродить по лесу одной небезопасно, – обеспокоенно нахмурился тот.
– Это же не Сумрачный, а Серебряный лес! – рассмеялась Хейта. – Что со мной может случиться?
– И всё равно, – упрямо качнул головой Гэдор. – Пусть с тобой пойдет Брон.
Волк-оборотень подался вперед, точно только того и дожидался.
Хейта пожала плечами.
– Хорошо. – И нырнула в ледяной проход.
  
XI
 
В Серебряном лесу стояла звонкая тишина. Ледяные деревья сонно клонились над заснеженной тропой. Бессчетные звезды орошали всё вокруг ясным мерцающим светом. Огромная луна висела в небесах словно диковинный северный светильник.
Хейта и Брон шли по волшебному лесу бок о бок. Девушка зачарованно скользила взглядом по сторонам. Оборотень же задумчиво поглядывал на нее. Они шли молча, но молчание это их не тяготило. В нем было умиротворение и принятие. И что-то очень сокровенное.
Наконец Брон проговорил:
– Отчего тебя так тянет в этот лес?
– Видишь ли, – улыбнулась Хейта, – в Серебряном лесу совершенно нет зла. Он чист, словно утренняя роса. Я чувствую это. Такого мне испытывать еще не доводилось. Потому мне захотелось напоследок еще раз коснуться этой чистоты. От нее и на сердце делается светлее.
Брон пожал плечами.
– Я ничего такого не чувствую. Но я и не Фэй-Чар. Раз ты так считаешь, значит, так оно и есть.
Хейта улыбнулась.
Брон взглянул на нее искоса, во взгляде его сквозило беспокойство.
 
– Как ты себя чувствуешь? После схватки с Зод Гурохом ты была очень слаба.
– Да уж, – вздохнула Хейта. – Ему удалось застать меня врасплох. На короткое время я даже потеряла контроль. Едва не подвела вас. – Она виновато улыбнулась. – Волшебство пришлось творить сильное. Как видно, это меня и истощило. Но всё уже позади.
– А раньше такое случалось? – озабоченно нахмурился оборотень.
– Нет, – качнула головой Хейта. – Но раньше мне и не встречался такой противник, как Зод Гурох. Да и потом, эта земля, за исключением Серебряного леса, скорее отнимает силы, чем придает.
– Почему? – недоуменно вопросил Брон.
– Видишь ли, – задумчиво проговорила девушка, – моя волшебная сила – от пастырей леса. А значит, от солнца, от деревьев и трав. Здесь же нет ни того ни другого. Лишь холод и темнота.
Оборотень понимающе кивнул.
Какое-то время они снова шли, окруженные тишиной. Крошечные снежинки возникали словно из ниоткуда. Хейта зачарованно наблюдала, как те беспорядочно кружатся, то взмывая к небу, то припадая к ослепительно белой земле.
– Как думаешь, – обронила она, – пастыри снегов, какие они из себя?
– Не знаю, – пожал плечами Брон. – Наверное, удивительные, как и прочие пастыри.
– Мне бы хотелось с ними встретиться, – порывисто сказала девушка.
– Зачем?
– Ты только представь, – глаза Хейты засверкали, точно на дне их тоже расцвели искристые снежинки, – им подвластен лед, снег и мороз. Я бы все отдала, чтобы увидеть, как они творили этот необыкновенный лес!
Под сапогом Хейты что-то звонко хрустнуло. Она оступилась, но сильные руки оборотня в очередной раз поддержали ее, не дав упасть. Хейта и Брон разом поглядели вниз. На заснеженной тропе лежала расколотая сосулька.
– Как видно, этот чудесный лес не так безобиден, как кажется, – улыбнулся Брон.
Хейта рассмеялась. Взглянула на оборотня и неожиданно замерла.
– Что? – немедля напрягся тот, по привычке во всем подозревая неладное.
– Тебе очень идет улыбка, – мягко проговорила она.
Брон облегченно выдохнул.
– Ты ведь знаешь, улыбкой этой я обязан тебе.
Девушка смущенно опустила глаза. Ее пальцы взволнованно теребили ворот оленьей шубы.
– Там, на Немой Земле, ты рискнул жизнью ради меня. Отчего? Ведь мы могли оба погибнуть.
Какое-то время оборотень молчал, лишь глаза его таинственно мерцали в лунном свете.
– Потому что не мог иначе, – наконец произнес он. – Потому что ты… важна.
На лицо Хейты пала тень.
– Важна, – эхом отозвалась она. – Ну да, конечно. Почему же еще.
Но Брон немедля разгадал ход ее мыслей.
– Не потому, что ты – Фэй-Чар, – поспешно добавил он, порывисто коснувшись пальцами ее лица. – Ты важна… для меня. Ты для меня важней всего на свете, Хейта.
Глаза девушки просветлели, губы тронула загадочная улыбка.
– Я так и не сказала «спасибо», – прошептала она, подалась вперед и прижалась губами к его щеке. – Спасибо, что спас мне жизнь.
Брон не ответил. Просто глядел на нее, словно завороженный. Хейта переплела его пальцы со своими.
– Идем?
Он запоздало кивнул и двинулся следом.
Скоро тропинка стала взбираться на холм, и идти сделалось сложнее. Ноги вязли в снегу, Хейта и Брон задышали чаще. Но ледяные деревья принялись услужливо расступаться и наконец выпустили их на заветную вершину.
Она была просторной, светлой и утопала в мягком, свежевыпавшем снегу. А во все стороны от холма, куда ни падал глаз, простирался кристально чистый Серебряный лес.
– Да-а, такое не каждый день увидишь, – тихо проронил Брон.
Хейта шагнула вперед, пристально вглядываясь ввысь.
– Мне кажется или небеса как-то странно светятся?
Брон поднял голову, серые глаза оборотня остро блеснули.
– Нет, не кажется.
Внезапно звездный полог над их головами прочертила зыбкая зеленая лента. Ей вслед спешила вторая и третья. Ленты дрожали и извивались, словно ими играл ветер-непоседа.