Свой выбор (СИ)

Проговорив все это, Гарри взмахнул палочкой и почти неслышно повторил нужную фразу, хотя все кругом пытались выкрикивать слова, словно от этого зависел результат. На этот раз мальчик приложил немного энергии, хотя все еще не понимал, какой именно ее расход необходим для превращения. Невилл рядом невольно охнул, привлекая всеобщее внимание. Даже профессор МакГонагалл вернулась к их столу, уверенная, что с хаффлпаффцем что-то случилось, и громко втянула воздух, обнаружив на столе перед Гарри уже не спичку, а небольшую серебряную иголку.
— Прекрасно, — произнесла она, глянув на мальчика. — Пять очков Рейвенкло, мистер Поттер. У вас получилось.
Многие вытянули шеи, желая увидеть результат, и профессор подняла иголку, демонстрируя ее классу, но такого воодушевления, какое упоминала Гермиона, не последовало. Но Гарри и не особо рассчитывал, уже сообразив, что расположения на уроках МакГонагалл ему не добиться, раз он не на ее факультете.
«А ведь учителя должны быть непредвзяты! — про себя сказал мальчик. — Иначе выходит, что из-за положительного подкрепления у львов лучше трансфигурация. У барсуков — травология. У воронов — чары. А у змеек — зелья. А ведь это неправильно. Все должны иметь равные шансы на всех предметах. Тем более, на обязательных».
— Потрясающе, — выдохнул Невилл, когда прозвенел звонок, и они выходили из класса. — У тебя одного получилось. Здорово! А я, наверное, буду худшим по всем предметам.
В голосе Лонгботтома не слышалось зависти, но вот разочарования в себе — хоть отбавляй.
— Глупости, — отмахнулся Гарри. — Это просто ты еще не совсем понимаешь свою магию, а вот когда прочувствуешь… у тебя все отлично получится!
Невилл недоверчиво покосился на нового знакомого и прикусил губу.
— Бабушка никогда не говорила, но я и так знаю, что… из меня не выйдет сильного мага, — признался мальчик. — Я ведь тренировался с палочкой дома. Несколько месяцев! Но у меня пока ничего не выходит. И вряд ли в школе выйдет. Как хорошо, что на первом и втором курсе все зачеты у нас письменные. Иначе меня бы, наверное, выгнали после первого же года учебы. Я, наверняка, недалеко ушел от сквиба…
— Глупости, — уверенно ответил Гарри. — Ты не можешь быть сквибом, иначе бы твое имя даже не попало бы в Книгу Душ. По логике, в нее попадают имена тех, чей уровень магии соответствует проходному, позволяющему учиться в Хогвартсе. Так что ты не слабее любого другого ученика. Хотя бы по нижней границе нормы. И постепенно научишься. Просто… Уж прости, если я тебя этим обижу, но ты не чувствуешь магию в себе.
— Не чувствую магию? — переспросил Невилл, но взгляд его не был расстроенным, что приободрило Гарри.
— Как и многие другие, так что ты в этом не одинок, — успокоил его Поттер. — Палочка должна очень помогать в этом, вообще-то. Не зря многим покупают первую палочку, выбирая ту, которая как бы выбирает мага. Хотя на самом деле, мне кажется, суть не совсем такова. Идеальная палочка не выбирает мага, просто она, как идеальный инструмент, за счет двух (или более) волшебных элементов, из которых состоит, как бы вытягивает магию волшебника на поверхность. Как отводящий канал для воды, например. Направляет энергию мага не хаотично, а через себя.
— Мне палочка досталась от отца, — задумчиво пробормотал Лонгботтом. — Бабушка просто сказала, что будет правильно, если я буду пользоваться его палочкой в память о нем.
— Хочешь сказать, тебе не совсем подходит твоя палочка? — уточнил Поттер. — Но это ведь не правильно. Пока ты не научился просто использовать палочку для волшебства, пользоваться инструментом, который не помогает, не лучшая идея. Это как… пытаться направить воду из реки в другое место, когда у тебя нет ни одной канавы, по которой вода может протечь. И даже хуже, ведь на пути воды может лежать не рыхлая земля, через которую рано или поздно можно пробить канал, а… гранитная порода. Или, еще хуже, воду нужно не просто перенести через камень, но и поднять вверх, в гору. Используя не подходящую палочку, волшебник будет напрягать магическое ядро, не в силах израсходовать энергию, ведь она не будет течь через палочку верно. Это может обернуться магическим всплеском, но куда более разрушительным, чем до одиннадцати лет. А если всплеска не случится… магия ведь может уйти не только во вне, но и внутрь, вредя самому магу. Пусть это вряд ли возможно, теоретически… Самое простое — физическая травма. Кости и внутренние органы подвергнутся перенапряжению. Но это просто вылечить. Есть чары и зелья. А если пострадает само ядро? Или аура в целом?
 
Гарри так увлекся, кто умолк лишь тогда, когда заметил совершенно белое от ужаса лицо Невилла.
«Дедушка прав, — запоздало мысленно застонал Поттер. — Я не умею общаться с людьми!»
— Не переживай! — спохватился Гарри. — Это самое худшее, что может произойти! И чисто теоретически! Не воспринимай мои слова. Мы в школе, где сами стены помогают. В прямом смысле! Магия Хогвартса не только подпитывает, если расход слишком велик, но и своевременно вытягивает излишки магии, если те могут навредить студенту. Да, выброс внутри школы возможен, но сама школа не позволит разбушевавшейся магии навредить как самому студенту, так и окружающим его людям. А у тебя, к тому же, явно же есть артефакты, которые положено носить наследнику. Они тоже должны предотвращать что-то подобное.
Невилл все еще был бледен, но смог перевести дух. Из взгляда пропал ужас и обреченность.
— Но палочку все же лучше использовать подходящую, — как можно мягче сказал Гарри. — А вот уже потом, когда и ядро до конца сформируется, и придет осознание собственной силы, можно пробовать пользоваться какой-то другой. Даже возможно, что тогда отцовская палочка будет тебе подходить лучше, чем первая, ученическая. Я читал, что так бывает.
На самом деле о палочках Гарри рассказывал прадед, который в свое время тщательнейшим образом изучил этот отдел артефакторики и даже изготовил какое-то количество палочек. Но это занятие не сильно увлекло прадедушку Генри, ему больше нравилось делать штучные и уникальные артефакты, а не клепать палочки. Семейство Олливандеров он называл ремесленниками без таланта настоящих артефакторов, хоть и признавал необходимость существования мастеров подобного направления.
— Все будет хорошо, — заверил Невилла Гарри. — Но, возможно, тебе стоит поговорить с бабушкой? Написать ей? Ты всегда можешь успокоить ее тем, что не отказываешься от использования отцовской палочки, если для нее это так важно. Просто для твоей успешной учебы нужна пока что ученическая. Если я правильно помню, в среднем палочки у Олливандера стоят от трех до десяти галеонов. Вы же можете себе позволить потратить эти деньги для того, чтобы ты хорошо учился?
Гарри знал о многих семьях волшебников из рассказов портретов. И пусть те не могли сообщить ему сведения за последние десять лет, Поттер сильно сомневался, что за такой недолгий срок древний род Лонгботтомов успел обнищать. Тем более, это была не просто старинная магическая семья, а семья весьма и весьма успешная в бизнесе — Лонгботтомы поставляли ингредиенты для зелий как по всей Великобритании, так и на континент. Поэтому, говоря о деньгах, мальчик не боялся обидеть Невилла.
— Да… Я напишу, — раздумывая над словами приятеля, отозвался Лонгботтом. — Как только получу ответ от бабушки. Я вчера вечером отправил ей письмо о своем распределении… А она еще не ответила.
Гарри мог понять волнение Невилла, поэтому постарался говорить как можно увереннее:
— Она ведь твоя бабушка. Она должна быть горда за тебя. Даже если бы ты очутился на каком-то другом факультете. Да хоть бы и на Слизерине!
— Ой…
— Одной школой мир не заканчивается, — сказал Гарри, который с некоторых пор был уверен в собственном будущем. — Мы тут лишь на семь лет, а маги могут жить по сто пятьдесят или двести! Школа — лишь крошечная часть нашей жизни. Да, мы должны получать удовольствие от учебы, ведь это происходит в такое время! Детство! Юность! Но потом будет много-много лет, и все будет зависеть не от очков или факультета, а от знаний, упорства и связей. Поэтому… все равно, что за факультет. Главное — мы сами! Только это важно!