Свой выбор (СИ)

Вторым волшебником был Северус Снейп, от которого Гарри тоже время от времени чувствовал интерес, но ничего более не происходило. Хоть облик декана Слизерина и вызывал некоторое отторжение, но инстинкты Гарри молчали, а им он верил больше, чем кому-либо или чему-либо иному.
Даже когда за столом упомянули, что зельеварение — один из сложнейших предметов, а преподаватель — человек невероятно строгий и требовательный, Гарри не перепугался. Гораздо больше его обеспокоил с виду безобидный учитель защиты от Темных Искусств в восточном наряде и фиолетовом тюрбане. При взгляде на него у Поттера дико разболелась голова. И особенно — шрам. Мальчик даже скривился и прижал руку ко лбу. Этот жест не укрылся от старосты Пенелопы и Северуса Снейпа, как раз в этот миг уставившегося на Гарри с весьма задумчивым видом.
— В чем дело, Гарри? — насторожилась девушка.
— Шрам внезапно заболел, — выдохнул мальчик, не отводя взгляда от учителя в фиолетовом тюрбане. — Кто это?
— Где?
— Сидит спиной, в тюрбане, — коротко пояснил мальчик.
— Это профессор Квиррелл, — ответила староста. — Он будет вести ЗОТИ. У нас каждый год разные преподаватели этой дисциплины.
— Он странный… — выдохнул Гарри и тут же пожалел о сказанном, ведь для объяснения следовало кое в чем признаться. Но на счастье Поттера Пенелопа поняла его по-своему и хмыкнула:
— Это верно. Он раньше вел у нас маггловедение, но потом уехал куда-то… Будто бы в Албанию. Несколько лет путешествовал, а потом вернулся вот таким. Раньше он не заикался, а теперь похож на пугливого зверька. Интересно, как он собирается учить нас защите?
Гарри не сказал бы, что Квиррелл так уж безобиден. Мальчик чувствовал в этом человеке что-то странное и пугающее. Но не мог рассмотреть и понять, что же так настораживает в профессоре — учитель закрывался лишь немногим хуже, чем Северус Снейп или директор.
Перевернувшись на другой бок и выкинув из головы преподавателей, Гарри попытался уснуть, но мысли вновь вернули его в Большой зал. На этот раз к речи директора.
От предков Поттер знал, что Хогвартс не совсем похож на обычную частную школу. Но мальчик совсем не ожидал, что в первый же вечер детям объявят о том, что в школе каждого студента подстерегает опасность. И ладно Запретный лес! Но опасность прямо в стенах Хогвартса? Это казалось и странным, и неправильным. Еще больше мальчика удивило то, что никто такому положению дел не удивился. Учителя вели себя спокойно, а студенты больше походили на малышей, услышавших о чем-то дико интересном.
— Не удивлюсь, если в коридор на третьем этаже устроят целое паломничество, чтобы узнать, что же там такое скрыто, — предрек мальчик. — Такое чувство, что именно на это и был расчет. Уж если хочешь оградить от опасности, то нужно опасность скрыть, а не рассказывать о ней сотням детей!
* * *
Утро для всех первокурсников Рейвенкло началось со встречи с профессором Флитвиком. Гарри чувствовал себя немного разбитым, но слушал очень внимательно, опасаясь пропустить что-то важное.
Маленький профессор оказался жизнерадостным и добрым волшебником, в котором не чувствовалось фальши. Дети почти мгновенно прониклись к нему симпатией. Особенно после того, как оказалось, что он уже знает имена всех своих новых студентов и для него все они одинаково важны. Это особенно порадовало Поттера, уже ощутившего на себе влияние славы во время распределения.
Декан заверил детей, что готов помогать каждому в любом вопросе. Просил первокурсников доверять себе и старостам, всегда задавать вопросы и ничего не бояться.
— Мы все — большая семья, — заверил Флитвик. — Пусть не всегда дружная, но никто из старшекурсников никогда не откажет вам в помощи. А я постараюсь сделать все, чтобы вы чувствовали себя здесь уютно. Я понимаю, что многие из вас впервые уехали из дома. А здесь вам предстоит провести много месяцев вдали от родителей, братьев, сестер, бабушек и дедушек. Я не могу понять чувства каждого из вас по этому поводу, но очень постараюсь помочь освоиться. И вы всегда можете рассказать, если вам тяжело, плохо, что-то болит. Или если вы просто очень сильно скучаете. Вы еще маленькие, это нормально. Все ребята будут помогать и защищать вас. Сейчас Роберт раздаст каждому расписание и карты коридоров, а я провожу вас на завтрак в Большой зал. Всю неделю или кто-то из старост, или из старших учеников будет отводить вас на уроки и помогать найти Большой зал, Библиотеку или Больничное крыло, если будет нужно. Карты вам нужны на всякий случай. Постарайтесь за эту неделю выучить расположение кабинетов. А вечером, после ужина, я к вам еще зайду, и мы немного изменим ваши спальни.
 
— О! — раздался общий вздох первокурсников.
— Я лично изменю обстановку так, чтобы каждый из вас мог почувствовать себя в школе, как дома. А до этого у вас есть время решить, что вы хотите изменить.
* * *
Первый учебный день оказался невероятно сумбурным и немного странным. Пенелопа и Роберт искренне сочувствовали тем, кто ничего не знал о магии до поступления, а таких больше всего оказалось на Гриффиндоре, о чем своим воронятам старосты сказали в конце завтрака, прежде чем отвести на первый урок. Львятам расписание раздали прямо за столом, и взмыленные первокурсники поспешили обратно в башню своего факультета, чтобы взять нужные учебники. Гарри, наблюдая за метаниями ало-золотых, услышал обрывок разговора светловолосого мальчика с высоким темнокожим первокурсником:
— Я даже учебник не открывал, а у нас уже первое занятие! Что такое вообще эта… Трансфигурация?
В их беседу тут же вклинилась Гермиона, блеснув длинным, но непонятным объяснением. Мальчишки удивленно на нее покосились и устремились прочь из Большого зала. 
На счастье воронят, первой парой уроков у них стояла травология вместе с барсуками. Предмет явно не такой загадочный, как трансфигурация. И для начала профессор Спраут собрала детей в большой теплой теплице, где они могли сесть на лавочки и разложить свои книги, пергаменты и перья на пустых столах для рассады.
— Привет, Гарри, — с улыбкой поздоровался Невилл.
Сообразив, что мальчики знакомы, Лайза подвинулась, позволяя хаффлпаффцу вклиниться между воронами.
— Привет, — с ответной улыбкой обратился к новому знакомому Гарри. — Как ты?
Профессор оставила детей на несколько минут, сообщив, что ей нужно кое-что принести, так что первогодки могли спокойно пообщаться.
— Отлично! — неожиданно радостно сообщил Лонгботтом. — Знаешь… Я должен сказать тебе спасибо.
— За что? — удивился Гарри.
— За разговоры в поезде, — ответил Невилл. — Я… Я так переживал. Бабушка мне прожужжала уши, что я не должен посрамить честь семьи, должен быть достоин будущего титула… И, в общем, всячески настаивала, чтобы я выбрал Гриффиндор.
— И ты именно поэтому был такой подавленный, да? — спросил Терри.
Разговаривали дети не шепотом, многие слышали беседу, но Невилла это не смутило. Внимание к себе и к собственным чувствам вызвало у мальчика расположение к дружелюбному вороненку.
— Ага.
— Ты весь трясся в толпе. Я тоже заметила вчера, — с едва слышным акцентом сказала Се Ли — большеглазая девочка-азиатка, имя которой Поттер вспомнил лишь во время завтрака, когда старосты проверяли детей по спискам и расспрашивали о том, как кому спалось на новом месте. Гарри немало удивило то, как ответственно Роберт и Пенелопа относятся к своим обязанностям.
— А как иначе? — ответила тогда девушка на вопрос юного мага. — Быть старостой — большая честь. И большая ответственность. Выше лишь титул старосты школы, но это возможно на седьмом курсе. В будущем все пометки в личном деле сыграют важную роль для достижения желаемого результата. Роберту это не так важно, а вот мне, как полукровке, жизненно необходимо. У меня отец маг, но семья не очень состоятельная. Я не хочу сидеть у них на шее, а потому должна хорошо учиться, добиваться дополнительных бонусов и потом поступить в академию. Но совесть не позволит мне просто воспользоваться ситуацией, я почувствую себя лучше, если буду заслуженно носить доверенный мне титул старосты!