Док

– Ранен? – первым делом спросил полковник.
– Не моя кровь, – покачал я головой.
– Кто такой?
– Денис. Случайно тут оказался, – сообщил я правду. – Кстати, я заблудился, это какая область?
– Сталинградская уже. До Сталинграда меньше ста километров по прямой.
– И год сорок второй?
– Забыл? Да, июль сорок второго.
Да и по петлицам и шпалам ясно, что не сорок третий. Хоть убедился, что не сорок первый, не показалась мне та самоходка, был удлинённый ствол. Харьковская катастрофа уже прошла, немцы рвутся к Волге и Сталинграду.
– Понятно.
– А теперь сообщи, что произошло, откуда броневик и немец?
– Нападение было на немцев, я недалеко лежал, пережидал день. Тут смотрю – паника, стрельба, вот и побежал к броневику, залез, а там этот дрожит, дальше знаками приказывал ему что делать, так и доехали до этих мест.
– Понятно. Подожди, а кто на немцев напал?
– Я не видел, но паника сильная была. У немца спросите, тот обделался, так, наверное, видел. Я на речку пойду, кровь кожу стянула, помыться хочу.
– Иди.
Бойцы радовались, в броневике галеты и консервы нашли, которые не испортились на такой жаре, сейчас же быстро готовили обед, все голодные, второй день не ели, оказывается, а я купался. Между прочим, босиком был, палец отбил на правой ноге, когда на броню забирался, но уже вылечил, и всё равно неприятно. Так, спускаясь по речке вниз по течению, ушёл с глаз наших, но тут обнаружил раненых – подмят камыш, и они лежат на мягком. Почти два десятка, а отдельно генерал, по малиновым петлицам – генерал-лейтенант, около него молоденькая медсестра сидела. Прислушивались к шуму от броневика. А тут меня заметили. Подумав, я стал выбираться из воды. Раненые есть раненые, это моё решение лечить или пройти мимо. Эти достойны, воины, за их лечение плату брать не принято. Майку я уже постирал от крови, натянул мокрую, и вот так, отряхивая волосы, выбрался на сушу. Дальше, приседая у раненых, касался их и шёл дальше. Мои руки окутывало жёлтое свечение, это и есть благодать целителя, когда тот своей силой воли, одним даром, без магических конструктов, излечивает пострадавших и больных. Причём от всех болезней, не только от ран. Это не омоложение, сил меньше расходуется, но я и так потратился, свою травму у портала после перехода лечил, поэтому источник едва наполовину полон был. Хотя хватило, тютельку в тютельку, последним генерала излечил. Тот в сознании был и широко раскрытыми глазами смотрел, что я делаю, медсестра не меньше глаза вытаращила. Хорошо хоть не мешали. Вот так закончив с ранеными, медсестру тоже подлечил, у неё ранение руки было, не сразу бинт рассмотрел, после этого достал из хранилища коробку с консервами, тушёнку и десять буханок хлеба.
– Я вас излечил, а после излечения есть хочется. Поднимите всех и пусть поедят. А продукты, что в броневике были, уже поделили похоже. Голодные бойцы.
Те бойцы, что в сознании были, осторожно себя щупая, неуверенно садились, те, что без сознания, сейчас просто спали. Так что совет поднимать их был дельным. Вот так хотел отойти, как генерал спросил:
– Ты кто?
– Целитель. Маг, если проще.
– Что за чушь, думаешь я в это поверю?
– Да мне плевать, поверите вы или нет.
Обойдя генерала, я по проложенной тропинке покинул камыши. Тут надел лёгкие сандалии, шорты до колен, широкополую шляпу и пошёл прочь, оставаться с местными не желал, мало ли что в голову придёт? Особенно когда прочитают этикетки на банках. Что за Российская Федерация? А год? Так что к чёрту их. Тем более генерал реально полный дебил. Своими глазами видел, как мои руки окутывает жёлтое сияние, как достаю из ниоткуда картонную коробку с консервами и хлеб, и вдруг – не верю я в магию и мистику. Кретин он, а не генерал, от таких точно нужно держаться подальше, встречались уже подобные, знаю. Среди пациентов были, дубы настоящие. С ними только дед мог нормально разговаривать. И так помог по доброте душевной, но на большее могут не рассчитывать.
Я же направился к дороге, по которой на броневике приехал. Если бойцы и командиры видели меня, то никак не отреагировали. А что им делать, они прячутся от немцев, ночью идут, это я их не опасаюсь благодаря возрасту, а бойцы показаться на виду не могут.
 
Вот так выйдя на просёлочную дорогу, быстрым шагом направился прочь. Погони не было, на что я и надеялся. Жаль, время полдень, нужно найти подходящее место для отдыха, где не прячутся какие-нибудь другие советские бойцы, из окруженцев. Я так понял, мы находимся в полосе наступления германской армии. А то приключения в мёртвом мире, перемещение в этот и побег с разорённой немецкой стоянки – ещё тот трэш. Руки и ноги дрожат, надо в себя прийти, да и банально поспать. А двигался я в том же направлении, куда мы ехали на броневике. Подальше от лагеря немцев, где мутанты поработали. Сомневаюсь, что те живы, завалили их уже наверняка, те берсерки, пока кровь чуют, будут бросаться и рвать, но мало ли один из них раненый или сбежал… Встретишься еще с таким… Да, серьёзно мутанты меня напугали, вон, до сих пор боюсь их до трясучки. Я не воин со стальным характером, а целитель, не боевик, и испугать меня можно, что и получилось.
Ушёл я километров на пять. Один раз со спины моторизованная группа немцев нагнала и, обдав пылью, дальше покатила. Крупная колонна, как бы не моторизованный батальон. Да ещё СС. Видел эмблемы. Я приметил одинокое дерево чуть в стороне в поле и направился к нему. Тень, место, где можно отдохнуть, и свободное, так что расстелил подстилку и лёг. Сначала поел, есть хотелось, потом медитация. До половины источник маной заполнил, а потом банально уснул. Морально выдохся, мне действительно нужен отдых. К слову, в этом мире я решил ненадолго задержаться, хотя он тоже проходной, не более. Всё просто: чистые продукты питания. Да задрала эта химия в продуктах, она даже в тушёнке была, что вон излеченным отдал. Я как целитель вполне мог определять, съедобное или нет. С натяжкой да, есть их можно. Даже в муке химия. А землю травят удобрениями и пестицидами, вот в зёрнах и накапливается. Я, пожалуй, тут от всех продуктов избавлюсь, вон, отдам окруженцам, им нужнее, и чистых наберу у немцев. А тут ничего не известно о таком, хотя немцы и выдают подделки, эрзац так называемый. Я хочу добыть чистые продукты, сделать запас, и я это сделаю. Грек вон тоже не дурак, в это время попадая, делал запасы. На этих мыслях я уснул.
Проснулся ночью, завтракать не стал, а сразу поднялся на мотодельтаплане в небо. Это тот, лёгкий, на котором в мёртвом мире летал, я уже его обработал плетениями, убрал радиацию, все следы, да со всего, что там использовал, даже автомат почистил от нагара и магазин зарядил. Как ни крути, но тот мне жизнь спас.
Я стал выискивать сверху окруженцев, которых неожиданно много оказалось. У меня хранилище накачалось уже на девяносто две тонны, а припасов на пятнадцать тонн с собой, я не говорю про готовое. Вот садился недалеко, добегал и, опознаваясь, передавал продовольствие. Как будто рядом складировано. Да бойцы такие изнурённые и голодные, что радовались, вскрывали упаковку, жадно ели, не глядя на маркировку, а я скрывался в темноте. Раненых нашёл, больше сотни на ноги поднял, хотя источник снова опустошил, а вылечив, и все готовые блюда передал. За четыре часа полностью опустошил хранилище, но больше тысячи человек из окруженцев накормил. От группы генерала подальше держался, приметил их сверху. До рассвета часа два, пора навестить немцев, прибрать первые трофеи. Пополнить запасы в хранилище. Да и есть хочется, что-то я сильно проголодался, пропустив завтрак. Сами немцы вокруг стояли на ночёвке, в основном у дорог и редких селений. Пока искал окруженцев, не раз их видел, но не приближался. Не до них пока. Вообще сменить припасы было обдуманным решением, а что поделать, каждые полгода организм свой чищу, накапливается химия. На Земле моего родного мира это уже большая проблема, и мало кто ей интересуется, хотя энтузиасты кричат на каждом шагу. Заиметь чистые продукты стало уже идеей фикс. Ну я тут немного преувеличил, но желание имелось, и я его воплощал в жизнь.