Чемпион (СИ)

"Слишком уж много ответственных товарищей уперлись рогом, когда я поднял вопрос о его дисквалификации. Все остальные — это добавка, на самом деле разговор-то сегодня шел только о Семёнове. Надо узнать о нем побольше. Что это за фрукт такой? Чем он вообще дышит? А уж когда я узнаю, то придумаю, что мне с ним делать дальше".
Помимо всех прочих талантов товарища Мироненко отличали еще упорство и мстительность. Поэтому он твердо решил отомстить этому малолетнему щеглу, из-за которого у него, у Виктора Ивановича Мироненко, возникли такие проблемы.
  
Глава 12
 
Не знаю, чем руководствовались составители календаря чемпионата СССР в этом году, но он был очень странным и для меня абсолютно непонятным. Если «Автомобилист» уже сыграл все свои двадцать шесть игр первого этапа чемпионата страны, то вот остальные команды должны были провести еще несколько матчей.
ЦСКА после паузы необходимо было сыграть четыре игры, «Крыльям Советов», и «Спартаку» с «Трактором» по три, а горьковскому «Торпедо» и московскому «Динамо» вообще пять матчей. Поэтому лидерство «Автомобилиста» и ЦСКА на первом этапе было достаточно условным и при определенном стечении обстоятельств нас могли догнать. Но это было абсолютно не важно.
Мы в любом случае останемся в четверке сильнейших и значит будем иметь хорошие стартовые условия на второй этап чемпионата, в котором примут участие уже не четырнадцать команд, а десять.
Хотя первый этап ещё не закончен, уже известны два неудачника, которые остались за бортом десятки сильнейших. Это усть-каменогорское «Торпедо» и «Ижсталь». К ним скорее всего присоединится ещё горьковское «Торпедо» и кто-то из тройки: ленинградский СКА, рижское «Динамо» и ярославское «Торпедо».
Первый этап чемпионата должен будет возобновиться седьмого января матчем двух «Торпедо», горьковского и усть-каменогорского в Казахстане и закончится двадцатого, матчем казахстанской команды и московского «Динамо».
Старт второго этапа был намечен на пятое марта. «Автомобилист» скорее всего должен будет его начать на домашнем льду, правда еще неизвестно с каким соперником.
Таким образом получалось что у команды, которая в канун Нового года провела последний матч на Кубке Шпенглера, было больше двух месяцев до возобновления чемпионата.
Весь январь мы как бы будем находиться в отпуске, а в начале февраля должны провести небольшой турнир, а именно: финал Кубка ВЦСПС.
При этом там нам будут противостоять действительно грозные соперники.
Этим финал кубка ВЦСПС разительно отличался от межсезонного турнира в котором играли команды крайне низкого уровня, такие как ташкентский «Бинокор» и свердловский СКА. Здесь же всё будет совсем по-другому. Состав участников впечатлял. В нашей группе "В" были киевский «Сокол», московское «Динамо», ЦСКА и ленинградский СКА.
А затем, уже после Олимпиады в Калгари, мы должны будем стартовать во втором этапе чемпионата СССР.
Многое из всего этого было очень далеко. А пока что мы, вернувшиеся из молодежной сборной игроки, наслаждались обрушившейся на нас славой.
Всё началось ещё в аэропорту «Кольцово». Когда мы туда прилетели, я увидел первый случай, когда в Советском Союзе болельщики в аэропорту встречают спортсменов, вернувшихся с какого-то крупного турнира.
Уж не знаю, как и к кому попала информация о том, на каком рейсе мы прилетим, но когда мы появились в здании аэропорта, то увидели несколько десятков человек которые приветствовали нас с самодельными флагами клуба, на которых была изображена эмблема команды. И с плакатами, притом несколько из них повторяли тот газетный заголовок «Такой хоккей нам нужен!».
Эта группа встречающих была достаточно шумной. Она заполнила собой аэропорт и очень скоро к фанатам присоединились остальные пассажиры, которые улетали из Свердловска или наоборот только прилетели.
Милиции было немного, буквально несколько человек, но и они были очень дружелюбны и даже не думали мешать проявлять нашим болельщикам эмоции. Сразу оказавшись в кольце фанатов, мы с ребятами приступили к выполнению обязанностей спортивных звёзд: раздаче автографов и фотосессии.
 
А потом нашим вниманием полностью завладел корреспондент местной «Свердловской Правды» который хотел тут же взять у меня с ребятами интервью для того, чтобы свердловские любители хоккея из первых уст услышали о наших впечатлениях после молодёжного чемпионата мира.
Но давать это интервью вот так вот на ногах в окружении болельщиков было не очень удобно, поэтому мы договорились с журналистом что я, вместе с Женей Мухиным, в ближайшее время приеду к ним в редакцию и там мы уже поговорим более обстоятельно.
Стаса мы решили к этому делу не привлекать, потому что перелёт ему дался нелегко учитывая, что сотрясение и закрытая черепно-мозговая травма у него всё-таки были. Пусть и в лёгкой форме, но лучше будет если он сейчас больше времени посвятит отдыху. А вот у меня уже никаких противопоказаний не было да и планов особых на ближайшие дни тоже. Так что можно с чистой совестью отправиться в редакцию и там уже поговорить о прошедшем турнире и планах на будущее.
Свердловчане не звери и понимали, что Стасу сейчас немного не до народной любви, и ему нужно как можно быстрее оказаться в тишине и покое. Так что его очень быстро отпустили.
А вот нам с Женей пришлось отдуваться за троих. Общение с болельщиками заняло у нас около получаса, но все имеет свойство когда-то заканчиваться. Этот импровизированный митинг закончился тоже и я наконец-то попал в объятия родителей, которые не могли пропустить долгожданный прилёт сына. Мы не виделись целый месяц и встреча получилась очень и очень эмоциональной.
После радостных слез мамы, её поцелуев, обниманий и крепкого рукопожатия от отца, который был чуть более скуп на проявление эмоций, мы вышли из здания аэропорта и неожиданно для меня направились к новенькой машине.
Белый ВАЗ-2106 был припаркован чуть в стороне и когда мы подошли к нему, отец достал ключи и погрузил мои вещи в багажник. Мама села сзади, а я устроился на переднем пассажирском сидении.
Я подозревал, откуда это машина у родителей, но все равно не мог не спросить. В ответ на мой вопрос мама меня обняла уже сидя сзади, а отец сказал, что перед самым Новым годом его вызвали в заводоуправление и там в присутствии руководства завода, начальника цеха и мастера его смены, торжественно выдали документы на эту машину и ордер на квартиру.
Потом он добавил:
— Это все благодаря тебе, сынок. После вручения ордеров директор завода, Вениамин Константинович Сотников, попросил меня зайти к нему в кабинет и мы с ним достаточно долго разговаривали.
Люди из руководства и нашего завода, и Нижнего Тагила, да и всей области очень рассчитывают на то, что ты останешься играть в свердловской команде и не перейдешь в ЦСКА.
Для того, чтобы поощрить и убедить тебя, из фондов завода мне как раз таки и выделили машину и выдали ордер на новую трёхкомнатную квартиру в строящемся микрорайоне. Так что летом у нас новоселье, если ты конечно примешь решение остаться в «Автомобилисте».
— В ЦСКА я не хочу играть и поэтому не собираюсь переходить, — ответил я. Отец довольно заулыбался и подытожил:
— Молодец, — и мы поехали домой. По дороге мама сказала, что её тоже персонально премировали и обещали делать это постоянно.
Мне очень не хотелось переходить в ЦСКА, но я боялся разочаровать родителей, которым обещали просто шикарные условия в Москве. И как замечательно, что руководство как команды и спорткомитета, вместе с руководством завода, на котором работает отец, очень быстро решили эту проблему.
Так что теперь у меня не было никаких, даже формальных, поводов сомневаться в правильности решения об отказе переходить в ЦСКА. Жалко только, что новоселье у нас будет летом, а не сейчас. Но ничего страшного, это такое дело, что можно и потерпеть. Тем более, что я в любом случае всё это время буду практически безвылазно находиться на спортбазах в Курганово и Новогорске, разъезжать по стране, и, надеюсь, что отправлюсь в олимпийский Калгари.