Петля, Кадетский корпус. Книга вторая (СИ)

Центр Управления замерцал полупрозрачными магическими пленками отсекая группы людей друг от друга. На базе находилось отделение особистов, которые до сего момента никак себя не проявляли. Сотрудники знали о существовании на базе группы СИБ только из-за входного инструктажа при приеме на работу в управляющий центр полигона «Тайга», однако теперь предстояло познакомиться ближе. Допросы производились раздельно, тет-а-тет, параллельно в четырех кабинетах.
Все было сделано таким образом, чтобы минимизировать возможности шпионов или просто любопытных сотрудников вычислить причину предпринятых беспрецедентных мер безопасности. Люди заходили в изолированные комнаты по одному, не перекались и выходили в изолированное помещение. Предстояло выявить свидетелей события, а потом разработать план сохранения тайны. Опытные дознаватели работали внешне хаотично, но по факту строго контролировали время разговора, раскидывали ложные версии и делали хитрые закладки.
— Господин Иванов, что вы делали с восьми утра до трех часов дня? — задал вопросу СИБовец.
— Наблюдал за порученными мне объектами, — коротко ответил начальник отдела.
— За кем конкретно следит ваш отдел? — специалист явно шел по разработанному опроснику.
— Кадет Белкина, кадет Бодаевский, кадет Мейснер…, — начал перечислять Иванов.
— Заметили ли вы что-то особенное? — …
Беседа шла своим чередом, следователь действовал внешне самостоятельно, однако по факту его контролировали и направляли при помощи микроскопического наушника. За спиной СИБовца трудилась целая группа аналитиков, которая готовила вопросы, выуживала факты, отлеживала реакцию и придумывала новые, каверзные тесты. Кружева ложных версий и целая архитектура вранья строились по ходу беседы, все во имя того, чтобы скрыть истину!
— Олег, это не наш клиент, — в наушнике раздался голос руководителя, — Но перспективы есть, тяни беседу, оставляй по ходу несколько закладок, пусть думают, что инцидент случился в его отделе, только Иванов неумело скрывает произошедшее…
Опытный следователь мурыжил оператора еще добрых полчаса, да так грамотно его запутал, что несчастный стал реально оглядываться на собственную тень. Парень и сам поверил, что видел что-то этакое, пусть непонятное, но сверхсекретное. Десятки наводящих вопросов, специфическая терминология, отсылки к объектам древних, несколько фотографий с мест на «Арене», которые он мог видеть в ходе наблюдения. Допрашиваемый буквально тонул в море вываленной на него информации.
Сложность заключалась в том, что «Тайга» не позволяла делать записи с экранов и, даже помещенные за спины операторов, камеры ничего не показывали. Самые современные объективы не могли ухватить картинку, более того, не все люди видели то, что древний артефакт позволял увидеть избранным сотрудникам. Причем по каким критериям отбирать наблюдателей, никто толком не понимал. Опытным путем лишь выяснили, что у одаренных шансов больше, но это все.
После того как Иванов вышел, он был подавлен, потрясенно молчал, напрочь оказывался рассказывать коллегам подробности допроса. Такое поведение неизбежно вызывало подозрение… Многие, судя по времени проведенному в допросной, и категоричному нежеланию разговаривать сделали выводы о том, что парень стал случайным свидетелем какого-то события. Еще больше масла в огонь подлил допрос сотрудников отдела. Дознаватели делали упор на нескольких юношах и девушках, акцентировали внимание на деталях и неизменно заканчивали беседу сакраментальной фразой…
— Любое раскрытие сведений третьим лицам рассматривается как преступление против Империи и будет караться по всей строгости закона, вплоть до смертной казни! — внушительно говорил дознаватель, — Более того, репрессии могут коснуться и членов вашей семьи!
Некоторых сотрудников опрашивали считанные минуты, начальники, сидели по пол часа, на большую часть в среднем тратили десять-пятнадцать минут. В этот период должны были уложиться и с самым главным объектом, чтобы вызвать минимум подозрений. Скорее всего тот, кто видел событие, активировавшее протокол «Альфа», был из числа простых операторов, просто по теории вероятности. Руководители все без исключения беседовали с Владиславом Степановичем минут пять-семь, потом отправлялись к дознавателю и тут всех ждал сюрприз…
 
— Это Михаил Соколов! — с ходу выпалила Виктория, как только оказалась в одном кабинете с Владиславом Степановичем.
— Давай спокойнее, подробнее, что ты видела? — тут же подобрался старый вояка, он подспудно ожидал чего-то подобного от самого странного кадета на курсе.
— На Мишу напала росомаха, я даже не успела попытаться отозвать животное, все произошло в считанные секунды. Подопечный увернулся, бросился в воду, зверь нырнул за ним, а на берегу…, — девушка задумалась не зная, как описать произошедшее, — Они как будто начали играть, и все!
— О…, — откинулся на кресло пораженный Степанович и потер ладонью мгновенно вспотевший от волнения лоб, этак и до инфаркта недалеко, сердце стучала как после марафонского забега.
— Я все правильно поняла, это из-за Соколова? — спросила Виктория.
— Да, это из-за него, но теперь нам надо подумать, как сохранить все это в тайне, — ответил руководитель, — Нужна цель-обманка, несколько ложных следов… но думаю это уже не наша забота. А вот тебе главное не выдать себя, с кем-то делилась своими подозрениями?
— Нет, — округлила глаза Виктория, она только сейчас по-настоящему поняла куда влипла.
— Кто-то мог заметить? -…
*****
Прирученное животное… интересный феномен, магический зверь как бы принял печать моей ауры на себя. После этого между нами образовалась двухсторонняя устойчивая связь. Не знаю как, но питомец стал неотъемлемой частью меня. Первое время его образы смешивались с моими мыслями, не мог понять это мой голод или урчит в пустом животе росомахи. Но все это в целом вызывало исключительно положительные эмоции, никогда не испытывал такого подъема духа, теперь я не один на этом свете!
— И как мне тебя называть? — погладил братишку, шерсть шелковистая, на диво сухая, учитывая, что мы совсем недавно выбрались из воды, видно мех не берет влага.
— Рррр…, — в голове появился образ Малыша, яростно дерущегося с медведем.
— Хмм… Берсерк, Злой, Ярый? — пытался подобрать наиболее близкий образ, на последнем поучаствовал одобрение, от питомца пошла теплая волна.
— Значит Ярый, Ярик, ну а меня зовут Михаил, вот и познакомились, — киваю новому другу, даже скорее родственнику, духовно мы с ним невероятно близки.
— Есть хочешь? — задаю вопрос и заранее знаю на него ответ, — Ты посиди тут, пойду проверю удочки.
Помнится у меня осталось две непроверенных «присоски», блин я ведь мостики в целях безопасности убрал, придется искупаться. Двинул немного вверх по течению и бросился в воду по диагонали, чтобы оказаться около того места, где впервые пересекся с Ярым. Тут все просто, течение изучено, вода довольно скоро принесла меня к валунам. Проверил все пять снастей, те, что ничего не принесли в прошлый раз, вполне могли подарить рыбу. Так и случилось, вытащил солидный лапоть и еще один на оставшихся двух лесках.
Вновь закинул снасти в воду и по помостам вернулся обратно на берег, по пути восстановил два последних пролета. Добычу честно разделил, самую большую тушку отдал Ярому, меньшую напластал и съел сырьем. Питомец еще и подобрал от моего пиршества голову и хвост, часть внутренностей забрал, будет приманка. Двинул обратно на реку, надо подвесить на крючки наживку. Благодарный зверь отправился в лес, судя по транслируемым мне образам, думает поохотиться.
Хмм… интересно, с его силой и скорость у росомахи не должно быть проблем с пищей, с другой стороны его могла контролировать «Тайга» и не давать свободно охотиться. Надо спросить Ярого на досуге, может побольше узнаю о механизмах древнего артефакта. Тем временем добрался до заветного места и начал возиться с наживкой, снасти пусты, но думаю с кусочками рыбы дело пойдет гораздо веселее. Параллельна с рыбалкой пытаюсь себя разогреть, после купания холодно, но я ведь теперь маг и, наверное, могу по методу Ивлевой обогреться…