Воин-паразит: Стать человеком (СИ)

Впрочем, так оно и было. И возможно, будь их один или два человека, да даже десять, вся эта нечисть обязательно обрушилась бы на рыцарей, но они боялись. Боялись света Тельмуса, способного развеять тёмную энергию.
Сколопендры с человеческими лицами прятались в дупла, глазастые грибы принимали вид обычных маслят и лисичек, а нетопыри оборачивались осиными гнёздами, хоть ос здесь издавна не водилось. Только гигантские плотоядные стрекозы, но и те, зарылись глубоко в кронах мёртвых древ.
* * *
Происходящее напоминало какую-то сказку: я вернулся в то место, откуда и началась вся история. И в отличии от любой другой, эта сказка не церемонилась с героями. Да и финал наклёвывался, не сказать, чтобы хороший.
Эта тварь, Рене, наворотила столько, что как бы мне не хотелось, её смерть ничего не исправит. Не вернёт мне Грезе, друзей, сослуживцев. Я не буду больше с Алисой, ведь Песнь Бездны вырвала и её душу.
И стою я здесь, скорее потому, что так надо. Не герой, не спаситель, просто паразит, разочаровавшийся в сраном мире. Буду честен, мне уже плевать на то, что Аммаст хочет его уничтожить. Туда ему и дорога.
Но я не позволю ей сгинуть от чьей-либо руки, кроме моей. Мы все отправимся во льды Нефертата, я это знаю на сто процентов. Только заберу эту тварь с собой!
Стены Цитадели внушали трепет, но лишь перед теми, кто не видел воочию Доменгон. Метров двадцать высотой. Я на этом деле собаку съел, поэтому не впечатляет. Спонса здесь не светит, как и Кустос, но энергетическое зрение показывает множество пурпурных огоньков. По видимому лучники и маги, собравшиеся на стенах в качестве первой линии обороны.
У нас полно щитов и есть свои собственные маги, способные создавать защитные формации, не считая Гарольда. Но я чёрта с два поверю, что фанатики ограничатся банальным посыпанием стрел, учитывая, что за пехотой стоят три сотни пушек.
«Дай трубу», — попросил Энаса.
Внимательно осмотрев стены, замечаю, что статуи гаргулий светятся наряду с культистами.
«У них на вооружении стоят големы, — предупреждаю остальных. — Просто зарубить не выйдет, нужно уничтожить ядро. Усекли?»
«Так точно!» — ответил поручик, рассылая весть по рядам.
«Как много их там?» — спрашивает у меня Алиса.
«Без понятия, — честно отвечаю ей. — Но если они были вынуждены прибегнуть к чужим услугам при нападении на лагерь, можно сказать, что это все их силы в регионе. И они крайне ограниченны».
«Но это лишь предположение», — произнесла Алиса.
«Верно». — соглашаюсь.
«Не слишком ли беззаботно ты относишься к важнейшему дню в своей жизни?» — фыркнула она.
«Важнейший день? Пожалуй, нет. Просто при любом раскладе я собираюсь драться. Не важно сколько их. Плевать на потери. Это моя личная война, все кто пришли сюда — мстить или просто прославиться, знали на что подписываются. Как и ты. Поэтому постарайся не умереть. Сегодня будет вершиться история», — улыбаюсь, даже не знаю, по какой причине.
Пожалуй, сегодня я забуду о всём человеческом, что во мне было и вернусь к тому, что было в этом месте десять лет назад. Я паразит — подлый и беспощадный. Но, что делает меня уникальным — способность обращать хищника в жертву. Это я и постараюсь повторить в который раз.
На стенах началось какое-то движение. Глянув в трубу, увидел, как накапливается тёмная энергия вокруг магов-культистов. Значит, сражение уже началось.
«Пушкам и лучникам приготовиться! Канониры, угол сорок пять градусов! Всадникам приготовиться встречать противника! Строимся клином!» — раздаю приказы.
Поглаживаю Глорию по рогам. Она напряжена. Знаю, что боится больше за меня, ведь мы с ней идём первыми, на самом кончике «копья». Но я за себя не переживаю. Во мне слишком много злости, чтобы умереть.
Под стенами Цитадели несколько десятков камней раздвигаются, выпуская из подземных казематов слепых тварей, передвигающихся на четвереньках со множеством клыков. От них исходят лишь небольшие искры пурпурной энергии. Очень похожи на… Азима, точно!
 
Но вряд ли они такие же не убиваемые, чего не отнять у темнобожников, так это умения исправлять ошибки. Глупые, неуязвимые почти к любым повреждениям, но со слабым местом, которым и является та самая искра в центре лба.
Гаргульи на стенах начали шевелиться, но и это было ещё не всё. Из-под земли вдруг поднимаются проклятые рыцари и Храмовники. Те самые, которых я уже видел в замурованном капище. И в этом не было промысла Чаадала. Нет, просто проклятие вечной жизни мог накладывать каждый из троицы богов Бездны по-своему.
Гремя доспехами, что срослись с костями, воинство ставших заложниками собственной веры солдат, сформировало полноценный строй и медленно двинулось в нашу сторону, пропуская вперёд слепых тварей и гаргулий, хлопот каменных крыльев которых стучал по мозгам не хуже кузнечного молота.
«Огонь из всех орудий по войску рыцарей! Лучники, сбивайте горгулий, пехота — добиваем!»
Наверняка ублюдки ожидали, что мы выпустим снаряды, по волне набегающих на нас отродий, разрывая их регенерирующие тела на куски. Само собой, в этом не было смысла, ведь оторви им руки или ноги — делу не помочь. Достаточно одного чёткого удара в конкретную точку.
«Отродья необходимо бить в центр лба, любая другая рана для них не смертельна!»
Ядра ударили по рядам проклятых рыцарей, которым не требовались особенные условия для умерщвления. Их костяную броню запросто разрывала шрапнель, превращая в труху и искорёженный металл.
Вырвавшись вперёд, мы с Глорией вступили в бой: она занималась наземные силами, а я воздушными. Пережёвывая отродье, рано или поздно принцесска находила ту самую смертельную точку, да и помещалось в её пасти с десяток тварей. Хорошенько закрепившись в седле, я наполнил катану собственной энергией и принялся рубить гаргулий.
Достать ядро получалось не всегда, но за менявсегда заканчивали верные товарищи. Конечно, без потерь не обошлось. Кому-то не хватало всего пары миллиметров в сторону, чтобы уничтожить искру и повисшая на длинном копье тварь уже разрывала всаднику глотку, либо перегрызала колени лошади.
Заклинанием шара превратив очередную летучую статую в пыль, я оценил расстояние до стен: мы прошли примерно половину пути и звук натяжения тетив сотен лучников уже звучал в моей голове.
Вот-вот начнётся ответный обстрел!
«Щиты!» — кричу остальным, но не до всех успевает достичь приказ, приглушённый свистом роя стрел.
Глория закрыла свои большие глаза, стоило только поднять щит над головой, как уже слышу постукивание ударяющихся стрел. Благо он сделан из той же метеоритной руды, что и доспехи и даже пули ему не страшны.
Тут же вступаем в контакт с проклятыми рыцарями. Дьяволица запросто топчет их в труху, парням же приходится тяжелее. Слышу как Гарольд произносит знакомый набор слов и поле боя озаряет вспышка, после чего несколько сотен скелетов просто испарились без следа.
Пушки делают повторный залп, но уже по стенам Цитадели. Убитые и разорванные в клочья культисты падают с двадцатиметровой высоты. Особенно красиво выглядят кровавые фонтаны из тушек, по которым ядро пришлось прямой наводкой.
Оказавшись почти под самыми стенами, наше войско оказалось под плотным огнём заклинаний и магических стрел, поскольку теперь культисты бьют почти в упор, не давая развернуть осадные лестницы.
Укрываясь щитами, по моему приказу выкатывают таран. Пушки бьют по самым вратам, но это не оказывает нужного эффекта, они слишком толстые. Прицелившись, из мушкета я взорвал голову особенно настырному ублюдку, что осыпал нас заклятиями, словно водой из колодца.
И тут я вижу, как над самыми вратами поднялся лысый, худощавый тип. Светится пурпуром ярче всех, наверняка их командир, да ещё и с посохом — маг!