Милый псих (ЛП)

— В конце концов, ты и сама бы нашла мой секрет. Но, полагаю, пришло время прекратить этот фарс.
Она поворачивается и сердито смотрит на меня.
— В кафе? У меня в машине сел аккумулятор?
Я пожимаю плечами.
— Я знал, что ты будешь там, и я знаю, как включать и выключать питание аккумулятора. Я также знал, что ты можешь найти свой путь через сервер, полный ловушек и брандмауэров, но ты ничего не знаешь о том, как работают машины. На самом деле это было просто.
— Ты все это подстроил? — Недоверие в ее голосе, самое милое, что я когда-либо слышал.
— Конечно. — Я машу рукой в сторону экранов. — Я довольно давно слежу за Даффи. Ее команда уничтожает определенных преступников и оставляет других, которых она считает слишком опасными или до которых слишком трудно добраться. Она даже не рассказывает тебе о них. Она хочет обеспечить твою безопасность, и я тоже. Но эти преступники не могут просто уйти, особенно если они набили свои карманы чужими пенсионными деньгами, или вымогали их у невинных людей, или даже совершили старомодный взлом и кражу. Я нахожу их и заставляю платить.
— Вот почему Даффи хочет тебя. — Она отступает к лестнице.
— Она догадалась обо мне, да. Но у нее нет никаких доказательств, ничего против меня. По крайней мере, до сих пор. — Я многозначительно смотрю на нее. — Ты знаешь правду, и ты работаешь на нее. Ты выполнила работу, о которой она тебя просила, выяснив, чем я занимаюсь и почему я слежу за тем, чтобы мои шаги нельзя было отследить.
Противоречивые эмоции отражаются на ее лице, и я снова придвигаюсь к ней. Я ничего не могу с собой поделать.
— Пойдем наверх. Я приготовлю тебе что-нибудь поесть, и ты сможешь спросить меня о чем угодно.
Она протягивает руку, чтобы удержать меня. Мое сердце немного сжимается от ее оборонительной позы.
— Нет. Мне нужно подумать. Мне нужно… — Она качает головой. — Все не в порядке. Я должна привести все в порядок.
— Мэгги, я могу помочь. — Я пытаюсь снова, но она поднимается по лестнице задом наперед.
— Просто отпусти меня.
— Нет. — Я следую за ней.
— Оуэн! — Она поворачивается и бежит вверх по лестнице.
Я иду за ней по пятам, и она разворачивается, когда выходит в коридор, прижимаясь спиной к стене и не сводя с меня глаз.
— Я ухожу.
— Нет. — Я подхожу к ней.
Она ахает и поднимает взгляд, ее глаза широко раскрыты.
— Ты не можешь держать меня здесь.
Я кладу руку ей на горло, и она не сопротивляется мне. Не отстраняется. Вместо этого ее губы приоткрываются, когда она смотрит на меня, ее зрачки расширяются.
— Я знаю, ты в замешательстве. — Я наклоняюсь к ней ближе, наши губы всего лишь на расстоянии вдоха. — Я не хотел, чтобы ты узнала вот так, но ты пришла в мой дом с кувалдой. — Я касаюсь губами ее губ. — Что чрезвычайно безрассудно и чертовски сексуально.
— Это же безумие, — бормочет она, ее веки трепещут. — Совершенно ненормально.
— Я знаю. Вот почему это идеально. — Я крепко целую ее, заявляя о своих правах. С Мэгги я никогда не сдамся, никогда не уступлю и никогда не позволю ей уйти.
  
19
 
МЭГГИ
Мои мысли мечутся в тысяче разных направлений, пока рот Оуэна пожирает мой. Этот мужчина безумно одержим мной. Настолько, что он некоторое время преследовал меня. Основываясь на том, сколько у него моих фотографий, я имею в виду, большинство людей, вероятно, подумали бы, что он псих, но я нахожу это милым. Я знаю, что, вероятно, мне следует испугаться. Это полная противоположность тому, кем я являюсь. Кажется, я сорвала чертов джекпот.
— Мы не можем, — говорю я между поцелуями. — У меня, типа, есть вопросы. — Руки Оуэна ложатся на мою задницу, поднимая меня над землей. Я инстинктивно обхватываю его ногами. Я имею в виду, возможно, мне и нужны ответы на некоторые вопросы, но я не собираюсь упускать шанс зацепиться за него.
— Спрашивай. — Он несет меня вверх по лестнице, покусывая мою шею. Трудно думать, когда он это делает. Оуэн мягко укладывает меня на свою кровать. — Ну так что, вопросов нет? — Ухмыляется он.
 
Я шлепаю его по груди.
— Не будь таким самодовольным. Я здесь самодовольная. — Я поднимаюсь на колени. Оуэн стягивает рубашку через голову. У меня отвисает челюсть. Этот мужчина так отвлекает. Он само совершенство, даже со шрамом на левом плече. — Что это? — Я протягиваю руку и провожу по шраму пальцами.
— Пуля. — Его ответ прямо в точку.
— Верно, — бормочу я. — Но у тебя есть цыплята и кот. — Это я к тому, что он должен быть нежным и милым.
— И теперь у меня есть ты. — В его глазах вспыхивает смертельный блеск. — Хакерство не всегда было моей специальностью. Я совершил много безжалостных поступков, плохих поступков.
— Я понятия не имею, кто ты. — Думаю, это первый раз, когда я кому-либо это говорю. Обычно я могу узнать о людях все, что мне нужно. Цифровой след человека может многое рассказать вам о том, кто он такой.
— Все, что я рассказал тебе о своей жизни, правда. Если ты попросишь меня остановиться, я это сделаю.
— Ты позволишь мне уйти? — Меня наполняет укол разочарования. Мне вроде как понравилась эта история с похищением. Это была приятная смена обстановки.
— Никогда. — Он снова кладет свою грубую руку мне на горло. Я его не боюсь. На самом деле, я нахожу его руку там довольно успокаивающей. Я думаю, что Оуэн смертельно опасен для остального мира, и только я знаю его с другой стороны. Мне действительно нравится эта идея. Он легко может причинить мне боль, но я знаю, что он этого не сделает. — Я стану убивать, если ты попросишь меня об этом.
— Как насчет девушки из хозяйственного магазина? Ты бы убил ее ради меня? — Я кладу руки на его обнаженную грудь. Даже стоя на коленях на кровати, стоя рядом, он все еще возвышается надо мной.
— Клэр?
— Ты знаешь ее имя! — Шиплю я. Если кому-то и стоит беспокоиться о своей безопасности, так это ему. У меня есть бомбоубежище, в которое я могла бы его поместить. Эта штука действительно может пригодиться, хотя я была уверена, что она никогда не пригодится.
— Крошка, это написано на ее бейджике с именем. Я все замечаю. Я все помню. Это может быть как проклятием, так и благословением. Я знаю каждую твою родинку.
— У меня не так много родинок.
— Семнадцать.
— Семнадцать? Почему нечетное число?
Он ухмыляется. Не уверена, что тут смешного.
— Их семнадцать. Хочешь, я тебе покажу?
Он стягивает мою рубашку через голову, отбрасывает ее, прежде чем повалить меня на кровать. Я не сопротивляюсь ему. Я хочу этой близости с ним больше всего на свете.
— Ты единственная, кого я хочу. — Он расстегивает пуговицу на моих джинсах.
— Раз. Он целует родинку рядом с моим пупком.
— Два. Его рот опускается к моему бедру, целуя крошечную родинку, которая едва заметна. — Мы почти добрались до моих любимых. За исключением той, что за твоим правым ухом на твоей шее. Это действительно моя любимая.
Насколько я помню, он целовал меня там несколько раз. Оуэн стаскивает с меня штаны, забирая с собой трусики и все остальное.
— Я голая. — Я не знаю, почему я чувствую необходимость констатировать очевидное.
Дыхание Оуэна становится тяжелым. Для того, кто знает каждую родинку на моем теле, его глаза все еще продолжают обводить меня с ног до головы. Его большая грубая рука опускается на мое бедро. Его прикосновения теперь тверже. Я не думала, что он может стать более собственническим. Он раздвигает мои ноги, прежде чем его пальцы скользят вверх к моему центру.
— Это мои вторые любимые. — Я опускаю взгляд и вижу несколько родинок на внутренней стороне своих бедер. Я облизываю губы. Это не то место, которое я хочу, чтобы он поцеловал прямо сейчас.
— Забудь о родинках, — говорю я, пытаясь заставить его ускорить процесс. Пульсация между моими бедрами становится все более невыносимой с каждой секундой.