Дракон и золотая фея (СИ)

15:39 Эпей: Кстати, сегодня же они будут выступать на фестивале, который проходит в Артемисе.
15:39 Тисифона: Ага! Хотелось бы сходить послушать, но мне «немного» далековато.
15:39 Эпей: А я как раз в тех краях, поэтому надо посмотреть, когда и на каких сценах их искать. Если еще не пропустил.
15:39 Сирин: Еще не пропустил. Канария начинает минут через сорок на второй сцене, Брент сразу за ней на первой.
15:39 Тисифона: О, а ты что, тоже там?
15:40 Сирин: В какой-то мере.
15:40 Сирин: Подрабатываю на фестивале.
15:40 Сирин: Смотреть выступления нормально не могу, но когда получается — поглядываю.
15:40 Тисифона: Круто!
15:40 Тисифона: Это получается, вы с Эпеем можете там встретиться?
15:41 Эпей: Сомневаюсь, у меня будут дела.
15:41 Тисифона: Но вообще классно было бы встретиться всем как-то в реале.
15:41 Канкан: Вряд ли. Даже будь такое возможно, оно бы разрушило всю магию этого чата.
Приватное сообщение от Боконон
П 15:41 Боконон: Если интересно будет встретиться с Эпеем, то я абсолютно точно знаю: через два часа он придет в сорок вторую гримерку вместе с коллегой. Они там обсудят дела, а потом ты, если хочешь, можешь подойти к нему и поболтать в реале. Решай сама!
15:42 Сирин: Ладно, народ, я бегу. Пока!
Сирин покинула чат «Карасс»
Никаких совпадений. Нет и не было. Теперь я, сама того не ожидая, получила прямой ответ на терзавший меня вопрос. С чатом, в котором я давно беспечно сидела, что-то было нечисто.
Сейчас уже даже не вспомню, как именно в него попала. Кажется, заболталась с Бокононом на одном из форумов сервиса, где мы зафлудили тему и перенесли болтовню в приват. А он после предложил мне присоединиться к чат-руму, где сидели несколько онлайн-друзей. Компания там, как оказалось, была довольно разношёрстная, и все же, я в вписалась.
Все это выглядит более чем естественно для сети. Но... А если меня просто кто-то водит за нос? И раз так, то сразу встаёт вопрос: кто и зачем? А ещё — стоит ли мне клевать на эту наживку и идти туда, куда мне указал Боконон? Вернее даже будет сказать, насколько сильно мне стоит туда не идти?
Очевидно одно: если Боконон ведёт какую-то странную игру, то я поняла это именно с его подачи. Именно он открыл всем, что псих, похитивший меня недавно, был нашим Аидом; именно он сейчас подтвердил мои подозрения о том, что все неспроста, и соблазняет сыром в мышеловке. И потому прекрасно понимает мои сомнения. А значит либо ему не нужно, чтобы я встретилась с Эпеем, и он решил таким образом меня напугать, либо наоборот — уверен, что желание найти ответ окажется сильнее страха, рассудительности и здравого смысла.
Но если в планах Бокононна заманить меня в ту гримерку, то он, черт возьми, попал в десятку! Я не могу удержаться от того, чтобы сходить и проверить!
Но не сейчас. Сейчас у меня есть ещё пару часов, и я собиралась для начала разобраться с собственным выступлением на фестивале. А уже после можно будет удариться в интриги и расследования, идя на поводу у всяких подозрительных личностей.
— Кана, ты как? — окликнула Карин, заглянув в гримёрку, и разом прерывая мои мысли.
— Что, уже?
— Угу. Давай, чемпионка! Проведу тебя к выходу на сцену, и будешь ждать момента истины. Все в порядке?
— Да! К бою готов!
— Тогда пошли.
Оставив ПК-браслет в сумке, я покинула уютную гримёрку и последовала за кицунэ. В этот момент на второй план отошло все, в том числе и сообщение от Боконона. По-настоящему важными были только две вещи: мое выступление и пари с Брентом. Даже если сцена, на которую его распределили изначально, была рассчитана на большую аудиторию, я не собиралась отступать!
То, что он не увидит моего выступления, было фактом. Как-никак, когда я начну, ему самому нужно будет сначала закончить с приготовлениями, а после ждать начала недалеко от выхода на сцену, в поле зрения организаторов. Тем не менее, я все равно собиралась петь так, будто он слышит каждое мое слово; так, словно мое пение способно прорвать звукоизоляцию между сценами и добраться до его ушей!
 
К тому же... Пускай Брент и не имеет возможности прийти на мое выступление лично, он вполне может смотреть его часть на сайте, либо с трансляций зрителей. Так что сплоховать на глазах у главного соперника недопустимо вдвойне.
— Канария Хейл, две минуты, — сообщила волонтёр, подойдя ко мне.
Кивнув в ответ, я бросила взгляд на сцену, где пела последнюю песню панк-группа с яркой вокалисткой на фронте, и сделала глубокий вдох. Народу было полно, что уже неплохо — выступавшая передо мной группа сумела собрать для меня публику кроме тех людей, которые уже знают обо мне и специально пришли послушать меня. А значит, моя основная задача — сделать так, чтобы ни один из случайных зрителей не ушел. Более того — чтоб к этой сцене подошли новые, которые узнают из сети, что на второй сцене происходит что-то стоящее, и решат изменить свои первоначальные планы, чтобы посмотреть на это. Настолько, что не захотят уходить даже ради начала выступления Брента на первой сцене! На все про все у меня шесть песен, после которой будет седьмая, новая, на которой решиться все.
...Главное не дать никому успеть уйти в первую минуту после того, как эта группа бодрых панков покинет сцену. Не позволить им посчитать себя скучнее этих ребят, которые весьма неплохи. Что только усложняет мою задачу. Но если я сейчас позволю себе переживать из-за конкуренции с их стороны, то что говорить о моих замашках уделать Брента Шторма?
Нет, сомнения недопустимы, не сейчас. Скромничать и сомневаться в себе я буду позже. Потому что сейчас мне позарез нужна лишь завышенная самооценка! Прямо здесь и сейчас я обязана разорвать всех, заставив их забыть о ранее выступавшей группе; забыть обо всем на свете, кроме меня и могу музыки.
— Вперед! — просигналила волонтёр, когда группа, свернув инструменты-артефакты, помахала на прощание и покинула сцену.
Не теряя ни единой секунды, я с задором выскочила на сцену, сжимая в руке микрофон.
— Ну что, заждались?! — энергично закричала я, весело махая публике. — С вами Канария Хейл, и я обещаю... Что скучать у вас не получится! — лихо поговорила я, прищурив глаза и видя, что кое-кто уже собрался переползать на другую сцену. А значит, нужно действовать быстро и жестоко. Потому я, вырывая из мелодина первые агрессивные ноты, отчаянно и злобно прокричала в микрофон: — Я ЗАКРИЧУ, РАЗРУШАЯ МОСТЫ!
Да, так и есть, начать выступление с «Разбитой клетки» было хорошей идеей! Во-первых, эта песня неплохо стартовала в чартах. Во-вторых, она на слуху благодаря клипу, который недавно начали крутить где только можно. И в-третьих, ее начало идеально подходило для того, чтобы грубо и агрессивно привлечь внимание, дабы полностью захватить его и не отпускать.
Похоже, это сработало! Те, кто собирался уходить, так и замерли, резко устремив взгляды на сцену. А вскоре присоединились к армии фанатов, которые пришли сюда специально ради меня, и теперь радостно орали, тряся поднятыми вверх кулаками.
Итак, начало просто прекрасное: никто не смог уйти. Вот только мне этого мало, я хочу собрать и захватить больше, намного больше! Потому буду петь изо всех сил! И отдавая себя полностью этой одержимой музыкой толпе, начну следующую песню, «Осколки мотылька». После нее будут ещё четыре песни — «Пробуждение» и три из нового альбома, которые ранее нигде не исполнялись в живую, но были хорошо известны тем, кто уже купил альбом.
 
На третьей песне я подметила, что стратегия работала: зрители начали прибывать! Сначала понемногу — настолько вяло, что я едва это заметила. Но ещё до того, как началась четвертая песня, народ буквально повалил! И не желая потерять ни единого из них, не желая останавливаться на этом, я пела ещё отчаяние, громче, безумнее! Так, слово я бешеная птичка с жёлтыми перьями, которая как сумасшедшая бьётся о прутся, желая пробить их. И совершенно не слушая тех, кто говорит, будто ее маленькая нежная плоть не такая твердая, как сталь, из которой сделала клетка.