Там, где кончается путь (СИ)

— Что? — непонимающе уставились на него спутники.
— Там кто-то есть, — Мерсер перешел на шепот. — Кто-то опасный.
— Кто? — резко спросил Воробей.
— Почем я знаю? — огрызнулся мутант. — Просто чувствую. Есть другой путь?
— Только по полю аномалий. Либо возвращаться. Недавно была еще одна дорога, через туннель, но его после какого-то особо мощного выброса завалило.
Возвращаться никому из сталкеров не хотелось, лезть через аномалии — тоже. Оставалось ждать.
Словно услышав голоса, из-за приоткрытой створки ворот показалась рослая фигура в плаще. Человек. Разве что…
— Оружие держать наготове, — шепотом распорядился Воробей. Алекс был солидарен — от неизвестного волнами исходила опасность. Алекс голову был готов отдать на отсечение, что перед ними не человек, и намерения у него недружелюбные. — Глаз с него не спускать.
Неизвестный приближался. На вид это был рослый широкоплечий мужчина лет сорока с иссеченным тонкими шрамами лицом. Одну руку он держал под плащом, словно на перевязи — должно быть, был ранен. За спиной висел автомат. Но что-то в нем было не так, чем-то он настораживал, и спустя несколько секунд Алекс, наконец, понял, чем: для раненого мужчина, хоть и покачивался при каждом шаге, держался слишком спокойно и уверенно — и это в Зоне-то.
— Помогите, мужики, — жалобно прогундосил незнакомец, протягивая к сталкерам здоровую руку, когда от сталкеров его отделяло метров десять. — На собак нарвался, еле ноги унес, рюкзак просрал… поделитесь хоть аптечкой!
— Мы, конечно, поможем, — громко сказал Воробей, держа мужчину на прицеле. — Только стой, где стоишь.
Алекс и Меченый ни черта не поняли, но последовали примеру более опытного товарища. К тому же, ощущение опасности у Алекса никуда не исчезло.
— Да вот, стою я! — поднял руку незнакомец. — Гадами не будьте. Помогите!
— Руку покажи, болезный, — жестко потребовал Воробей.
— Что? — на миг замялся мужчина, а затем продемонстрировал сталкерам ладонь видимой конечности: — Вот, рука, как рука!
— Другую руку.
— Мне плащ стаскивать, что ли?
— Меня не волнует. Руку показал. Быстро.
— Холера, — неожиданно зло прошипел мужчина, делая шаг вперед, затем еще один. Сталкеры не стреляли, но по-прежнему держали его на мушке. — Не люблю сообразительных.
Одновременно с этими словами «раненый» неожиданно быстро рванул к Алексу, Меченому и Воробью, выпростав из-под плаща доселе спрятанную конечность.
— В стороны! — крикнул Воробей. Меченый успел выстрелить, задев бок противника, но тот этого словно не почувствовал. Двигался он с неожиданными скоростью и проворством. Левая рука, как успел разглядеть Алекс, бросаясь наперерез бестии, представляла собой нечеловечески длинную конечность, заканчивающуюся изогнутым костяным острием.
Вспышка боли — чудовищный коготь полоснул по руке, но Алекс успел уйти от повторной атаки и вцепиться в нечеловеческую конечность одной рукой, пытаясь трансформировать обе руки в когти — однако почему-то преобразовалась только свободная.
Но противник оказался не так прост, не чета недавним навам. Человеческой рукой он успел перехватить когти Алекса, не давая ему нанести удар. Мерсер почувствовал страх — бестия оказалась ничуть не слабее его самого! Однако в глазах твари мелькнуло удивление.
Оба противника, не удержав равновесия, рухнули и покатились по земле. Меченый и Воробей не могли стрелять, рискуя зацепить Алекса, сам Мерсер упорно пытался удерживать увенчанную когтем лапу на безопасном расстоянии от себя, но и тварь прочно вцепилась в его собственную когтистую руку. Будь у Алекса его прежние способности, он наверняка бы смог оглушить, отбросить монстра и поглотить его — но Зона навязывала свои правила игры.
Сквозь пыл боя до Алекса донеслось едва заметное ощущение иной опасности — как тогда, на тропе. На несколько секунд вывернувшись, он успел заметить странно колеблющийся рядом воздух — словно над костром.
— Сгинь, ублюдок! — Алекс, извернувшись, со всей силы пнул противника в грудь и сжал пальцы. Послышался хруст и вой бестии. Алекс снова попытался преобразовать руку в когти — и в этот раз с небольшим опозданием получилось.
 
Теперь у Алекса были все шансы на победу. Вцепившись когтями в плечо искаженной конечности, Алекс рванул ее вверх и в сторону, выворачивая из сустава и отрывая от тела. Вой твари заглушил треск рвущейся плоти, а Алекс, высвободив вторую руку, мощным пинком отправил противника в то место, где заметил аномалию.
Едва бестия попала в активную зону аномалии, как откуда-то из земли с ревом вырвался столб огня в человеческий рост высотой. В лицо Алекса ударили волна горячего воздуха и запах горелой плоти. Посмотрев, как «Жарка» пожирает тварь, за считанные секунды обращая ее тело в пепел, Мерсер вернул своим конечностям нормальный вид. Правая рука ныла, от локтя почти до ладони протянулся глубокий порез — повезло, что мутант задел его вскользь. Может, из-за пореза он не смог сразу трансформировать ее?
— Ты цел? — подскочил к нему Воробей, за ним следом подоспел Меченый. — Вот гадская тварь!
— Царапина. Кто это был?
— Излом, — мрачно ответил друг, глядя то на успокоившуюся аномалию, то на поврежденную руку Алекса. — Они часто так подбираются к людям, а лапищи под одеждой прячут. Мог бы нам бошки посносить, если б не ты. Спасибо.
— Ладно тебе, — Алекс пожал плечами. — За такое не благодарят. Он же нас всех убить мог.
Несмотря на протесты Алекса, порез тщательно обработали и перевязали — по словам Воробья, в Зоне легко можно было подцепить любую дрянь, а на Свалке, так подавно. Меченый отправился на разведку, точнее, осмотреться по ту сторону ворот — и вскоре вернулся. Выглядел он весьма мрачно.
— Посмотрите-ка, что я обнаружил, — он поманил за собой товарищей.
За воротами, видно, располагалась стоянка: между тремя старыми грузовиками соорудили из досок и металлического хлама подобие навесов, по центру располагалось большое кострище.
Возле кострища лежали два тела в джинсах и черных куртках. Обезглавленные. Головы обнаружились в стороне — одна под деревом, другая в канаве. И, что самое страшное, у одного из трупов рукав куртки был отпорот, а плоть с руки срезана — нетронутой осталась только кисть.
— Ого, наш излом поработал, — с ходу определил Воробей. — Они его, видать, за своего приняли, а как поняли, кого подпустили, поздно было. Убил он их вон там, в стороне, где ты головы нашел, — кивнул парень Меченому. — Только странно — он же, зараза, сыт был, зачем же к нам полез? Ведь мог бы уйти.
— Значит, не хотел уходить, — мрачно подытожил Алекс. — Или мы ему помешали. А может, просто убивать любил.
— Боюсь, этого мы никогда уже не узнаем, — хмуро заключил Воробей, закончив осмотр места. — Идемте отсюда. А с телами пусть их приятели возятся, если есть такие. Ну, пошли, чего встали?
Минут через пять у всех троих практически синхронно просигналили наладонники.
— Ого, дело серьезное, — первым прочитал Воробей. — Бандиты опять свои порядки проводить вздумали, наши просят помощи… Блин, — сталкер вздохнул. — Стоянку брошенной техники наши отбили, так теперь эти гады к депо поперли. Ребятам, видать, плохо приходится — по сетке пустили рассылку, всех помочь просят. Вы как хотите, а я пошел.
— Я с тобой, — криво улыбнулся Алекс, шагая следом. Меченый просто молча направился за ними, давая понять, что и он тоже в их компании.
Свалка разительно отличалась от Кордона. Огромные, едва поросшие чахлой растительностью, груды металлолома и бетона, ныне еще и искореженного многочисленными аномалиями. Ржавая техника, где стоявшая ровными рядами, а где — словно покинутая в спешке. Развалины каких-то строений. Местами рос редкий лес.
 
Еще Алекс сразу заметил, насколько эти места безлюдны. Странно для места, являющегося, по словам Воробья, перекрестком. Даже стрельбы не слышно. Удивительно в нынешней ситуации.
Шли молча и быстро. Дороги здесь, видимо, были исхожены, аномалии каждый раз отмечали, разбрасывая вокруг мусор. Зверья Алекс тоже не увидел — должно быть, мутанты здесь пуганные. Хотя сталкеры на базе и говорили, что в людных местах звери самые опасные. Ну, по крайней мере, здесь к их маленькому отряду пока никто не совался.