Белорусский барон. Том 2 (СИ)

Мужчина вышел из своего состояния. Кокон расформировался. Его стол получил ещё несколько трещин после этой магии.
Булгарин погладил стол, со злости выбросил табурет. Тот разбился об стену.
— Друг мой, я благодарен, что ты уже в который раз меня выручаешь, — погладил он стол и поцеловал каждую новую трещину, которую получила столешница.
Начальник штаба набрал Александра Григорьевича Лебовского и всё рассказал ему.
— Но я не смог заглянуть глубже пяти метров, — добавил Булгарин.
— Этого достаточно, — серьёзным тоном сказал Лебовский. — По описанию ясно, что это Тысячи Хранителей Скверны. Они собираются привести сюда своего Хозяина.
Наконец-то император сказал что-то дельное. Булгарин и сам догадывался, что Подземники были вызваны Хранителями Скверны. Но он не знал, что у них есть какое-то Божество, хоть и догадывался. А раз император так уверенно говорит об этом, значит, там действительно есть нечто, что может уничтожить этот мир… ну или Белорусскую Империю… или хотя бы Брест и его окраины.
— Что прикажете? — спросил Булгарин.
— Собери людей и отправь к Жестокому Лучу.
— Сколько?
— Всех, кого сможешь собрать. — И Лебовский бросил трубку.
Булгарин почему-то улыбнулся. Он понял, что ещё не всё потеряно. И что сейчас самое время закрыть вопрос с Подземниками плюс стать Начальником СЗЛ всех шести областей.
* * *
Мы зашли с дворецким ко мне в кабинет на втором этаже. Сочника с нами не было. Он пошёл на дежурство с Одноруким Джеком. Не знаю зачем, но да ладно.
— Я так понимаю, что вы уже в курсе, куда мы ездили? — спросил дворецкий. Я кивнул. Тот продолжил: — Зная вас, Дмитрий Михайлович, коротко расскажу о важных деталях.
Тут Семён Семёнович перечислил все плюсы, которые я получу. Это и строительство нового блока для Чистильщиков, которые будут под моим командованием. С два десятки крутых вышек со смотрителями. Четыреста человек на моей службе, которые будут подчиняться мне в случае нападения на нас врагов. А в мирное время они закреплены за Михаилом Булгариным.
Ещё у меня будет бюджет в пять миллиардов рублей, которыми я буду распоряжаться на нужды своей небольшой «армии».
Дворецкий будет работать с людьми его ранга и ума.
— Другими словами, всё будет проходить через меня, — сказал Семён Семёнович. — А уже я буду всё это конвертировать для вас… под стать вашим интересам, — улыбнулся дворецкий.
Он понимал, что я ненавижу все эти бумаги, и что мне выгоднее общаться с мужиком на уровне — то, то, то и то, а вот это не нужно и то не нужно. Так что меня всё устраивало.
— Ну и ещё важная деталь. Строить начнут в пять утра. С Минска едут машины. В Бресте уже всё готово, но нужно дождаться определённый транспорт, который сможет перевозить нужные материалы сюда, — досказал Садовников.
— Что ж, Сёма, мне всё нравится. Пусть строят. Молодец. А сейчас я к себе. Нужно ещё много дел сделать.
— Конечно, ваше благородие, — поклонился дворецкий.
Я же свалил к себе в комнату, принял душ и лёг на кровать. Минут десять полежал, а потом подготовился к трансформации своего тела к Одарённому Высшего Класса.
Да-да, я уже получил эту силу, то бишь перешёл на этот уровень. Вот только с точки зрения моей прошлой жизни, мне нужно было доделать кое-что на эфирном плане. Поэтому я и занялся печатями, которые устанавливал до пяти утра. А потом, когда увидел, что к нашему поместью подъезжает техника, от которой трясётся дом, вышел на улицу и попросил парковать эти шумные тачки с другой стороны поместья.
— Вы знаете, кто я? — спросил у Чистильщиков из Минска.
— Да, ваше благородие, — ответил один из тех, кто подъехал на огромном артефакторном БелАЗе. — Сейчас всё сделаем.
Их самосвалы могли проехать где угодно, даже по моему дому… и даже не заметили бы. Поэтому пусть объезжают с другой стороны и там бухтят и вибрируют.
Я же вернулся назад к себе. Снова принял душ, почистил зубы, надел новый спортивный костюм и пошёл завтракать. Никого на кухне ещё не было. Дворецкий хоть и проснулся, но он уже решал какие-то дела насчёт поместья. Сочник и Джек на посту. А все остальные ещё спят. Хотя нет, вижу, как ко мне спускается ребёнок с важным лицом.
 
— Дмитрий Михайлович, доброе утро, — кивнула маркиза Миллер. Сама же, было видно, не рада, что так рано проснулась.
А как я не рад, что у нас в доме новая девочка, да ещё и сильнее меня. Но, надо отдать должное, девочка не глупая. Своё место знает. Так что пока что всё нормально. Думал, будет сложнее.
— А почему не заварен утренний кофе⁈ — услышал я в голосе мелкой блондинки толику раздражённости.
Только сказал, что всё хорошо, как на тебе.
— А с чего вдруг там должно что-то быть? — вопросом на вопрос ответил ей. — Я кофе не пил. Семён Семёнович занят. Сочник и Однорукий Джек на посту. Мелкий — без понятия. Тебе лучше знать, где он.
Девушка хитро улыбнулась, погасив в себе раздражение.
— Какая интересная особенность, что у вас, что у вашего младшего брата, — сказала маркиза Миллер. — Никаких правил приличия. — Одарённая Городского Класса подошла ко мне и применил магию воды, чтобы создать кресло, в которое уселась, как царица на троне. — Может, мне и одиннадцать, но попрошу считаться с тем, что я выше вас по Классу. А ещё с тем, что и титул мой тоже…
— Да я знаю. Но мы же теперь семья, как я понял, — улыбнулся блондинке, которая чуть не закипела, но снова сдержалась. — И раз уж ты в моём доме, то веди себя как дома… но только не у себя, а у меня. Я подскажу. — Встав из-за стола, я подошёл к одиннадцатилетней блондинке и сказал: — Смотри. Мы здесь все обращаемся друг к другу на «Ты». Дворецкий — это исключение, которое он сам выбрал для себя. Поэтому ты, если желаешь, можешь тоже обращаться ко мне на «Вы». Но знай, что я в СВОЁМ доме буду обращаться ко всем на «ты».
— Даже к императору Лебовскому? — хитро улыбнулась блондинка.
А она знает, за что зацепить. Вот только уже я не такого мнения об императоре. То есть нет, он мужик крутой, как и прежде. Но вау-эффекта от того, что он будет стоять рядом, не будет, как в тот раз, когда я впервые встретился с ним в поместье маркиза Миллера рядом с поместьем графа Коняева.
— Даже к твоему любимому императору, — улыбнулся я. — А теперь, если уже ты собралась жить с моим братом, то, будь добра, сделай себе кофе сама. А ещё можешь сделать какао, раз заваришь кипяток.
— Говорят «заварить кипятком»… например, «траву заварить кипятком»! — попыталась выругаться Ангелина Геннадьевна. — Так что вы не только не… ой всё! — сама же что-то начала маркиза Миллер и сама же закончила.
Зато она призвала кипяток и решила сама заварить себе кофе. Плюс решила сделать мне. Вот только она словила момент и обожгла меня. Ну как обожгла. Она попыталась это сделать. Вот только на мне был артефакт от кипятка, который я поглотил в самом начале своих зачисток Лучей, чтобы проверить, как это поглощение работает. Уже в который раз радуюсь тому, насколько данный артефакт полезен. А ведь я даже не закинул нормально пельмени, чтобы потренироваться с кипятком.
Но да ладно.
— Слушай, если ты хотела специально это сделать, то могла бы догадаться, что на мне эфирный доспех, — улыбнулся я. И сразу же его снял с себя. — Вот сейчас на мне его нет.
Как только я это сказал, девушка снова облила меня кипятком, продолжая наливать в кружку тот самый кипяток.
— Ой, простите, Дмитрий Михайлович, — начала хитро улыбаться маркиза, а потом снова загрустила, потому что кипяток не сработал.
— Увы, но так вышло, что я сожрал артефакт, который помогает против кипятка и вот таких вот избалованных гениев, как ты, — дал я щелбан по носику этой бестии.
— Да что вы себе позволяете⁈ — раскричалась маркиза Миллер. — Я уйду из вашего дома!
— Пожалуйста, — улыбнулся я. — Дверь там, — указал я в сторону главного холла.
— Безобразие какое-то, — пробубнила себе под нос Ангелина. Сама же пошла наверх к своему Андрюше.