Тень императора

Впрочем, все обошлось. Поездка была недолгой и, покинув пределы городских стен, мы подъехали к месту, которое я знал по службе в гвардии, к летнему дворцу императора. Он был гораздо скромнее Старого дворца и для жилья подходил плохо, особенно поздней осенью, зимой и ранней весной, как сейчас. Однако этот объект на берегу Ушмая строился не для проживания, а для охоты. В километре от него начинался заповедный Дартанский лес, в котором всегда много оленей, кабанов и прочей живности. Вот только, насколько я знал, Марк Анхо не любил охоту. И за то время, что я провел в составе Черной свиты, он заезжал в летний дворец всего один раз на пару дней.
Мы вышли из кареты, и я смог оглядеться. Охрану дворца осуществляли бойцы трех особых дворянских рот: Черной, Красной и Синей. Гвардейцев из придворных номерных полков не видно. Но в этом ничего необычного и во дворце все как всегда, кроме одного. На окраине леса шло строительство, там суетились рабочие, стояли телеги с каменными блоками и кирпичами, лежали бревна и копались траншеи для заливки фундамента.
– Что это будет? – направляясь во дворец, спросил я Юнгиза.
– Храм в честь Иллира Анхо, – отозвался он и добавил: – Император решил, что его предок достоин большего поклонения.
Я и ламия переглянулись, обменялись понимающими кивками и проследовали внутрь дворца.
По дороге я несколько раз представлял себе встречу с государем-императором. Чем он будет занят и как нас встретит? Мне думалось, что в этот час Марк Анхо будет занят важнейшими государственными делами или, раз уж мы в загородной резиденции, готовится к охоте. Но император оказался проще, чем казалось. И когда мы появились в его покоях, то увидели, что он, в мундире нараспашку, сидит на кушетке и листает толстый фолиант. Как я успел заметить, это был справочник по именам. Так-так, все ясно. Марк Анхо думал над тем, как назвать своего наследника. От Балы Керна я слышал, что у принца до сих пор нет имени. Канимы хотят назвать его Тезео, в честь прадедушки, императрице нравится Гней, а астрологи советуют Харальда. И все они при этом смотрят на государя, ибо последнее слово за ним.
– Ваше величество, – доложил Юнгиз, – приказ выполнен. Граф Уркварт Ройхо и жрица Катрин Дегарьен доставлены.
Император, молодой коротко стриженный брюнет, порывисто обернулся и смерил меня оценивающим взглядом. После чего он встал, приблизился и поймал взгляд ламии. Что он увидел в ее глазах? Не знаю, но Марк удовлетворенно качнул головой и покосился на гвардейца:
– Вы свободны, майор. Нас не беспокоить. Никого не впускать. Как только появится канцлер, сразу доклад.
– Слушаюсь.
Юнгиз щелкнул каблуками и скрылся за дверью. Мы остались одни, и Марк снова обратил свое внимание на Отири:
– Значит, ты ламия?
– Да, – ведьма улыбнулась.
– Легендарных северных ведьм я себе иначе представлял.
– Наверное, вашему величеству казалось, что мы похожи на демонов, и все ламии страшные, уродливые создания, пьющие кровь невинных младенцев?
Государь кивнул и рукой указал на кресла возле кушетки:
– Как-то так. Но я рад, что ошибался. Мне известно кто вы, а потому проходите, присаживайтесь. Разговор у нас будет не очень долгий, но, надеюсь, откровенный.
Раз император предлагает, отказываться нельзя и, расположившись в удобных креслах, мы стали ждать, что произойдет дальше. А Марк повел себя не как властитель, а как наш соратник и вел себя словно равный среди равных. И пусть у кого-то поведение императора могло вызвать вопросы, непонимание или смущение, мы с Отири к этой группе не относились. Она ламия, дочь Кама-Нио, и этим все сказано. Для нее есть только один непререкаемый авторитет, богиня, а все остальные, невзирая на положение в обществе, всего лишь люди. Ну, а я ученик полубога и мой разум принадлежал человеку из иного мира, где настоящей аристократии практически не осталось. Поэтому благоговения и страха перед громкими титулами, званиями и высокими должностями у меня не было.
– Итак, – продолжил Марк, – для начала я предлагаю условиться, что при личных встречах мы можем обращаться друг к другу по имени. Знаете, у меня никогда не было друзей, только подчиненные, и я не помню своих родителей. С недавних пор появился Иллир, близкий человек, хоть и дальний, но родственник. А теперь я вижу перед собой людей, с которыми связан общей тайной, и мне нравится, как спокойно вы держитесь. Что скажете? Будем общаться без официоза?
 
Честно говоря, мне было все равно. Отири, судя по всему, тоже. И мы ответили согласием. Опять-таки, как отказать императору? Он предлагает правила игры, а мы их принимаем.
– Я не против, ваше ве… – прервавшись, я помедлил и добавил: – Марк.
От того, что я назвал императора по имени, ничего страшного не произошло. Небеса не разверзлись, и земля не ушла из-под ног. Марк улыбнулся, и свое слово сказала Отири:
– Я тоже согласна, Марк. Так будет проще и пойдет на пользу общему делу. Обещаем не злоупотреблять доверием.
– Отлично! – император довольно потер ладони. – Теперь непосредственно к тому, ради чего мы здесь собрались. Недавно меня навестил Иллир и мы долго общались. В основном говорил он, и предок поведал много интересного. Он рассказал о вас, о богине и ее врагах, о северянах и ламиях, о демонах в нашем мире и о том, что произойдет, когда восстановится связь с дольним миром. Это открыло мне глаза на многие события последних лет, заставило полностью пересмотреть свои взгляды на историю и сделать некоторые выводы. В первую очередь я обязан заботиться о моем народе и государстве, которое унаследовал. И самый простой путь, разумеется, оставаться в стороне от войны богов и передела, который вызвала смерть Кама-Нио. Однако именно благодаря богине остверы стали тем, кто мы есть сейчас, а мой великий предок ее паладин. Я не могу предать Иллира и Кама-Нио. Значит, я на стороне богини и сделаю все, что в моих силах, дабы помочь предку возродить ее и защитить культ Улле Ракойны на территории моего государства. Однако мне необходима помощь. Иллир сказал, что на вас можно положиться, и вот вы здесь, имперский граф и ламия в образе юной жрицы. И у меня к вам один вопрос – вы готовы мне помогать?
– Да, – ламия ограничилась кивком.
– Разумеется, – отозвался я.
Он помедлил и с облегчением выдохнул:
– Отлично.
На минуту воцарилась тишина, и никто не торопился ее нарушать. Император собирался с мыслями, а мы с Отири снова ждали и, наконец, Марк продолжил:
– Иллир хочет укрепления своего культа и моей власти. Я должен стать настоящим самодержцем, который не оглядывается на великих герцогов, канцлера, верховного патриарха, олигархов и архимага. Нельзя мириться с тем, что государством управляют случайные люди, временщики, авантюристы и хапуги, как это было раньше при Верховном Имперском Совете, и как это есть сейчас, при всемогущем канцлере с его «имперцами» и великом герцоге Каниме. Если они решат, что я им не нужен или мешаю, меня уберут. А я хочу жить, и намерен самостоятельно управлять империей, которую основала семья Анхо. Для этого по всей стране будут построены храмы Иллира и я создам орден паладинов. Именно новый имперский культ, храмовники и жрицы Улле Ракойны станут моей опорой в борьбе за власть.
– Марк, а чего ты хочешь от нас?
– Хороший вопрос, Уркварт. Для начала мне нужны честные и преданные люди, которые станут настоящей опорой императора. Есть три роты военной свиты и гвардия. Но я не знаю, на кого из гвардейцев могу положиться. Практически все они состоят в «Имперском союзе», а значит неблагонадежны. Меня отсекли от общества и, не общаясь с людьми, я не могу сделать правильный выбор. Это недопустимо и я назначаю тебя советником по особым поручениям. Для начала. А прекрасная Отири, как мне сказал Иллир, займет место рядом с госпожой Кэрри Ириф, верховной жрицей Улле Ракойны. Традиционно император не поддерживает ни один из имперских культов, но эти времена в прошлом. Мой великий предок рядом и я знаю, на чью сторону встану.