Сердце пламени (СИ)

— Что? Это может быть не Таврия?! — болезненно выдохнула Ивонет, не понимая, что её переполняет больше: обида или гнев.
— Прости, принцесса, но с крохами колдовской силы в сломленном теле творить магию сложно. Меня хватило только на то, чтобы напитать камень. А чтобы задать точное направление, нужно больше энергии. Только после того, как моя искра вернётся, я смогу управлять потоками как мне будет угодно, а пока только так, — мужчина с сожалением развёл руки в стороны.
Ивонет не верила своим ушам. Да, она понимала, о чём говорит Янар, но мириться с его правдой не желала. Она так устала от горя, обид и переживаний, что не выдержала и стукнула мужчину в грудь.
— Ты вновь меня обманул! — Ещё один удар. — Ты вновь предал моё доверие! — Слёзы начали печь глаза. — Ты лгун, каких только поискать! Обманщик! Ненавижу! — Она хотела ещё раз как можно больнее ударить бесчувственного истукана, но мужчина перехватил её руки, притянул к себе и сжал трясущееся тело в объятиях. Замер, терпеливо ожидая, когда гнев сменят опустошение и разбитость.
— Ненавижу… ненавижу тебя…
— Тсс... Всё будет хорошо.
— Не будет!
— Они выберутся, вот увидишь.
— Неправда!
— Вы ещё встретитесь и посмеётесь над всем этим.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Ивонет притихла и тоже замерла. Уткнулась носом в чужое плечо и прикрыла глаза, ощущая запах хвои, пыли от полушубка и тонкий аромат дыма от чужой кожи, как от печного огня. Уютного, мирного, приветливого.
Она нырнула руками под мужской полушубок и обняла Янара в ответ, отмечая уголком сознания, что ей непривычно слышать мерный, но мощный стук чужого сердца. Ощущать щекочущее дыхание над головой. И чувствовать себя в безопасности в кольце сильных рук, что держат крепко и в то же время бережно.
А что самое невероятное и волнительное, это ощущать чужую всеобъемлющую энергию, окутывающую как кокон, в котором не только тепло и уютно, но и спокойно. Настолько, что не хочется её лишаться. Ивонет сама не поняла, в какой момент её руки обвили сильнее, а тело прильнуло плотнее.
— Спасибо…
Она поймала себя на мысли, что могла бы стоять так вечно. Но мужчина вдруг напрягся, резко разомкнул объятия и поспешно шагнул назад. И, несмотря на жару, плотнее закутался в полушубок, став похожим на сыча, хмурого и недовольного. Через мгновение он поменялся в лице и прислушался.
— Слышишь? — осипшим и каким-то больным голосом отчуждённо поинтересовался он.
— Что? — растерянно спросила Ивонет, ощущая неловкость и пустоту. И радуясь, что мужчина слеп и не видит её лицо.
— Что-то не так.
И в этот момент неподалеку раздались детские крики.
Ивонет сорвалась с места и поспешила на поляну, где оставались ферры.
Все до единого они катались по земле, а их тела скручивали спазмы. Крутило так, что невозможно было дышать. Дети плакали, кричали и выли, взрывая землю когтями.
— Лима, что здесь произошло?!
«Не знаю, мы играли с ребятами, когда вдруг всем стало плохо. В один миг они попадали на землю, как шишки в ураган, и началось вот это».
Ивонет увидела в стороне женщин и поспешила к ним, но и они выглядели не лучше: метались по поляне, словно в бреду, и хватались за лица, сдирая куски кожи вместе с шерстью, как обезумевшие.
Ивонет похолодела от ужаса. Она нашла взглядом Ирвина и кинулась к нему, подхватила мальчишку на руки. Его кожа с шерстью, как и у всех, стала опадать кусками, а лицевые кости под кожей начали изменяться, словно там орудовали огромные жуки-короеды, причиняя невообразимую боль. Ирвин ещё раз болезненно взвыл и упал без чувств.
— Янар! Что происходит?! Это мор, отрава, болезнь?
— Ничего страшного.
— Ничего страшного?! Но они умирают!
— От перевоплощения ещё никто не умирал.
— Перевоплощения?!
Ивонет подхватила бесчувственное тело маленького ферра, присмотрелась внимательнее. Действительно, то, что происходило, напоминало перевоплощение из ферра в человека. Вытянутая волчья пасть чудесным образом уменьшилась, превратилась в маленький аккуратный носик и линию пухлых детских губ. Клыки втянулись, образовав ряд мелких зубов без одного переднего. Шерсть опала, и теперь Ивонет могла прикоснуться к румяным щёчкам и к коже с мелкими задорными веснушками. Удлиненные конечности тоже изменились, став нормальными с крохотными пальчиками. Теперь ферр ничем не отличался от обычного пятилетнего ребенка, мирно спящего на её руках.
 
— Посланница Вирры, почему ты плачешь? — Ирвин открыл глаза, осоловело поморгал и уставился на Ивонет ясными голубыми глазами. Потом поморщился и почесал щёку. Замер, словно испугавшийся заяц. Спрыгнул с её рук и начал себя осматривать, трогать лицо.
Его любопытство перетекло в новый испуг, а после — в неудержимый восторг. И вот он уже мчится к друзьям, оглушая округу новостью, что он похож на богиню.
Хотя, как оказалось, не только он, но и остальные ферры на поляне стали людьми.
— Я так понимаю, представление завершилось и мы можем идти?
— Стой, куда?.. Нет, подожди, — Ивонет тряхнула головой, путаясь в мыслях. — Я не понимаю…
— Ферры обрели утерянную способность, что тут непонятного? — пожал плечами мужчина, к чему-то принюхиваясь.
— И тебя это не удивляет? Хотя… — Ивонет прищурилась. — Ты знал, что так будет. Ведь ты совсем не удивлён.
— Ну, знать у нас может только вездесущий Альхард. Я мог только догадываться.
Янар выбрал направление, но Ивонет преградила ему путь.
— Чего еще ты от меня хочешь, принцесса? — вымученно обронил мужчина. — Мы выбрались из ловушки, ферры обрели способность к перевоплощению. Разве не об этом ты мечтала?
Ивонет нахмурилась:
— Все мои мечты слишком дорого стоят. Какова цена у перевоплощения?
— Как и было предсказано: кровь. Только кровь смоет проклятие, на которое они сами себя обрекли. Ну и, конечно, условие договора, хоть и через несколько столетий, но было выполнено.
Ивонет топнула ножкой, упёрла руки в бока:
— Ты можешь объяснить нормально, чтобы я не вытягивала из тебя каждое слово?!
Стихийник развернулся, волосы упали ему на лицо, создавая острые тени на впалых щеках и скулах. Навис над девушкой каменной глыбой. Опасной, злой, которая ещё мгновение — и раздавит:
— Хочешь знать правду? Тогда смотри.
Он резко притянул её к себе за шею и поцеловал.
Изморось, холодный промозглый ветер. Она сидела в карете, выглядывала в окно, и печаль омрачала красивые черты. Руки нежно прижимали к груди сверток со спящим младенцем.
— Янар, ты уверен, что дорога безопасна? Отец велел добираться через Шепчущий лес.
— Не бойтесь, принцесса, с нами волки, они в обиду вас не дадут. Как и я, — мужчина стукнул себя кулаком по кожаному доспеху. 
— Да, но сейчас день, ферры не могут перевоплощаться.
— Чтобы быть отважным, не обязательна звериная ипостась. Вы же знаете, волки умрут за вас, если понадобится. Они присягнули вашему отцу и дали клятву крови.
— Всё так, но меня не отпускает тревога. Будущее окутано туманом, это плохой знак. Я его не вижу.
— Вы просто устали, — усмехнулся мужчина, осаживая серого жеребца, который от бездействия начал топтаться на месте. — Если не доверяете им, доверьтесь мне. — Он склонился ниже: — Я обещал вашей сестре, что вы и ваш малыш не пострадаете и доберетесь до Штормового предела в безопасности. Значит, так и будет. — Он по-мальчишески подмигнул, выпрямился и стукнул по крыше кареты: — Дрейк, трогай!
Всё случилось невероятно быстро. Вскоре они попали в засаду: воины Альхарда перегородили дорогу поваленным деревом, а потом кинулись в бой. Они самоотверженно и храбро сражались с сидами, словно от этого зависела их жизнь. Хотя, возможно, так и было, ведь Альхард не прощал промахов. Но что может сделать горстка людей против магических существ? С ними легко разделались бы, но люди-волки, которые поклялись защищать род Изначальных и быть преданными им до конца своих дней, обернулись против своих и начинают рвать тех, с кем ещё недавно стояли плечом к плечу и кого называли братьями. Они перешли на сторону врага. На сторону Альхарда.