Контроль особых посещений (СИ)

   Металлические жалюзи, закрывавшие всю переднюю стену вольера поднялись, и Валера увидел пса - на вид самую обычную кавказскую овчарку, разве что хвостом не виляет и взгляд совсем не собачий, но и не человеческий: холодный и будто внутрь, а не наружу направленный... Взгляд русалки из-под воды.
   Собака лежала на подстилке, в лапе тоже катетер, как и у Валеры - ему сняли капельницу, а канюля, как называли эту торчавшую из руки штуку, осталась: именно в неё вольют антидот, когда наступит для этого время. Пока же врач, со шприцем наготове, остановился возле вольера, ожидая, пока дежурный, тоже в белом халате, откроет решётку.
   - Пёс обездвижен, не бойтесь, - успокоил врач, хотя Валера вовсе даже и не боялся.
   В сопровождении дежурного он прошёл внутрь вольера, с тоской глядя на собаку - какое там бояться: пса было так жалко - как бы не разреветься!..
   - Готовы? - спросил Валеру врач, усаживая его на установленную в центре вольера табуретку.
   Тот кивнул. Дежурный подошёл к псу и что-то влил ему прямо в катетер.
   Смертельная инъекция, понял Валера, когда глаза у собаки затуманились и 'глядящая из-под воды русалка' исчезла.
   И тут же что-то вдруг толкнулось в грудь, расплёскивая по телу серебристый иней. Солнечное сплетение стало жечь, словно туда сунули оголённый провод под напряжением. Валера судорожно вздохнул, рванув на себе футболку, и закрыл глаза, пытаясь согнать залившую их изнутри ртутную плёнку...
   А когда отрыл глаза вновь, увидел не пса в вольере 'зоосада', а ртутно блестевшее существо, запечатанное в стеклянном цилиндре среди тысяч и тысяч точно таких же - их ряды уходили вдаль, пока не пропадали из вида, и во всех метались от стенки к стенке существа, похожие на серебристые всполохи. Дусимы! - сообразил Валера. - Вот кто эти создания в цилиндрах, и вот где они сидят до попадания в ведущий на Землю канал.
   Валера смотрел на всё с места одного из дусимов, но находился при этом вне его - такое странное двоякое восприятие, как бывает во сне, когда ты и действуешь и одновременно видишь самого себя со стороны. Его стеклянная колба двигалась по-над другими цилиндрами, давая возможность рассмотреть сквозь прозрачные стенки проплывавших мимо серебристых существ.
   Они переливались, мягко меняя очертания, словно ртуть, но то, что Валера видел, - не было их телами, скорее образом, который создавало его сознание, пытаясь придать форму тому, что в действительности её не имело. В какой-то мере дусимов можно было считать энергетическими образованиями, но не сгустками энергии, а бесконечно текучей связью между отдельными сверхмалыми субатомными частицами, которые могли находиться в любом месте Вселенной, на любом расстоянии друг от друга, оставаясь при этом совершенно непостижимым, но, несомненно, единым целым. Прозрачные колбы, поэтому, никак не могли являться естественной средой обитания дусимов, да и самих этих закрытых 'стаканов' на самом деле не существовало - всего лишь порождённый рассудком образ, который позволял хоть как-то понять, что происходит.
   Едва Валера об этом подумал, как его стеклянный цилиндр резко ускорился и мгновенно перенёсся в другое место, больше всего походившее на лабораторию, уставленную оборудованием и увешанную инструментами непонятного вида и назначения. Посередине вращалась, переливаясь 'бензиновыми' разводами, сфера, а поодаль стоял огромный шкаф. Створки его были распахнуты, демонстрируя ряд вешалок, на которых - Валера не сразу осознал увиденное, а когда понял, то застыл, примороженный ужасом, - болтались распотрошённые люди. Кто-то всунул 'плечики' им прямо в грудь, при этом головы несчастных свисали, будто капюшоны курток, а из вскрытых черепов вываливался обнажённый мозг, утыканный то ли иглами, то ли датчиками - человеческое сознание отказывалось подбирать подходящий образ, стремясь не выявить, а напротив, затуманить картинку. Из сверкавшей сферы вдруг вывалилось что-то бежевое, и Валера, оторвавшись от созерцания жуткого шкафа, увидел, что это - человек! Молодой парень, голый и испуганный. Он озирался вокруг, явно не понимая, как и почему тут оказался. Потом вскочил и попытался бежать, но тут из-за шкафа выехал механизм тусклого латунного цвета - нечто вроде руки-манипулятора на колёсиках и, ухватив бедолагу прямо за шею, поволок его вглубь лаборатории. Валера силился рассмотреть, что там с ним дальше происходит, но в это время цилиндр, в котором был заперт его дусим, вдруг развернулся в прямоугольник с кругами по длинным сторонам и, упав на пол, растворился. Ещё один подоспевший робот тут же поймал оказавшееся на свободе серебристое существо в сетчатый мешок. Мешок стал медленно и неравномерно в одних местах сжиматься, в других растягиваться, пока из ртутного блеска не вылепилась похожая на человека фигура. А в это время к шкафу с висевшими людьми подъехал ещё один, третий, манипулятор и, сняв одну из вешалок, подкатил к дусиму. Накинул тело на сетку с блестящей фигурой, тут же снял и снова отправился к шкафу. Порывшись среди вешалок, робот вытащил другое тело. Это напоминало примерку одежды, и на этот раз манипуляторы были вполне удовлетворены результатом: надетое на дусима тело снимать не стали, а прямо с этой конструкцией покатили прочь от сферы и шкафа, при этом человеческая голова болталась, почти задевая пол.
 
   Фаршированного дусимом человека засунули в капсулу с маленькими манипуляторами внутри. Словно паучьи лапки, они суетливо набросились на добычу, тычась в оба тела с такой скоростью, что невозможно было разглядеть, что именно они делают. Когда два манипулятора схватили человеческую голову и прямо так, с торчавшими из мозга иглами стали запихивать внутрь серебристой фигуры, словно хотели скатать двойное тело в рулет, у Валеры прямо перед носом будто яркий сноп искр взорвался, вынуждая зажмуриться.
   Открыв глаза, он увидел вольер, только на месте кавказской овчарки со взглядом русалки из-под воды теперь лежало крупное, не имевшее с земной собакой ничего общего существо - с тёмной, свалявшейся шерстью, длинными, похожими на уродливо скрюченные руки и ноги, когтистыми лапами и вытянутой вперёд, но при этом широкой пастью. Застывшие глаза уже не казались странными, скорее просто дикими, как у волка.
   Глядя на мёртвого пса, Валера чувствовал с ним связь, она жарко билась внутри, распирала уши, вспучивала кожу на загривке, поднимала дыбом волосы. Он задыхался, хотелось на воздух, и Валера бросился к выходу из вольера, но его перехватили двое в белых халатах: один держал, не пуская наружу, а другой в это время, быстро и ловко вставил шприц в катетер и влил антидот. Отпустив Валеру, врачи выскочили из вольера и с грохотом захлопнули за собой решётку. Лязгнул, дважды повернувшись, ключ, врачи замерли с наружной стороны, впившись в Валеру взглядами.
   - Мне надо на воздух!!! - хотел заорать он, но вместо слов из горла вырвался нечленораздельный рёв.
 
   Валера всем телом обрушился на запертую решётку, так что врачи невольно отпрянули.
   - Какой буйный - даром, что еле жив! - удивился один. - Будет так продолжать, загнётся до того, как установит контроль.
   - Ничего, справится! - второй явно был оптимистом.
   Валера бился в решётку снова и снова, пока тело не скрутило дикой судорогой. Что-то рвалось из него наружу, пытаясь взорвать кости, перекрутить мышцы, набатом ударяя в голову: Пус-ти! Пус-ти!! Пус-ти!!!