Контроль особых посещений (СИ)
- До свидания, - она развернулась и зашагала на выход, спиной ощущая холодный взгляд майора из подразделения, сотрудников которого остальные ОКОПовцы называли просто: надзиратели. Внутри продолжал недовольно ворочаться Дус.
* * *
- Вот твоя любимая, жива и почти здорова! - Кира аккуратно ссадила кошечку на землю рядом с Серым - тот немедленно принялся её обнюхивать - быстро и жадно.
В ветклинику Кира пришла пораньше, но кот её уже ждал. Выскочив из-под лавки, замер, таращась круглыми, ждущими глазищами. Похоже, он давно уже тут, во дворе, болтался, может даже вообще с утра.
Позволив своему мохнатому другу убедиться, что с ней всё в порядке, кошечка встала и медленно пошла прочь: шатавшаяся поначалу походка постепенно обретала уверенность. Серый тихонько затрусил следом. Прежде чем скрыться в кустах, он остановился и, повернувшись, мяукнул - жёлтые пятаки смотрели Кире прямо в глаза.
Очевидно, это означало его кошачье 'спасибо', но сказать наверняка было трудно, ведь речью кот, в отличие от существа в 'зоосаде', не владел и всё, что хотел, показывал исключительно действиями. Сам он указания Киры понимал - вероятно, это было не на уровне слов, а каким-то другим образом, человеку неизвестным.
Мыслительные процессы животных и людей так сильно отличались, что 'намокшая' выдра теряла способность говорить. И тогда оставались секунды, чтобы найти поводок и приструнить Дуса, иначе он навсегда выбивал человеческую душу и единолично завладевал телом! Так обстояло дело с выдрами, а уж про обычных людей и говорить нечего: у них вообще не было поводка, а значит, и шансов остановить перевёртыш, сохранив душу. А без души нет разума!
Но то существо в 'зоосаде' - оно точно было порождением дикого дусима, но при этом словно бы владело одновременно и силой зверя и разумом человека... Смесь двух вариантов сознания, двух миров... - никто в ОКОПе никогда не упоминал о таких случаях! Говорящий пёс - разве это возможно?! Однако Кира слышала и видела собственными глазами... нет, ей не померещилось! Да и надзиратель не стал бы ошиваться в 'зоосаде' просто так.
Хотя какое там 'просто так' - последнее время столько всего неправильного случилось: дусим появился какой-то неправдоподобно здоровый... к тому же вселился прямо в поезде, так что надо теперь градусники ещё и во всех составах вешать; Сим-Сим умудрился 'высохнуть', уже разорвав напарнику горло, а другие выдры 'утонули' прямо попарно; сбежавший пёс загрыз ни в чём не повинного гражданина - тут не только надзирателям, всему ОКОПу было от чего забеспокоиться!..
4. 'Паутина'
До сегодняшнего дня Кира видела Владислава Маркольева только на фотографии и представляла его себе обычным человеком лет тридцати пяти, светлоглазым, с непримечательной внешностью, среднего роста и телосложения - в общем, так, ни рыба ни мясо на вид, ни за что не скажешь, что сухая выдра...
Реальность разбила это представление в пух и прах. Маркольев оказался высок и красив, чем сразу же вызвал у Киры симпатию. Почему-то хотелось ему подчиняться и доверять, и даже осознание того, что это именно он обрёк Кокона на заключение в 'зоосад' и может точно так же отправить туда и её, не могло заставить относиться к поручителю настороженно. Пытаясь понять, как те же самые, что на фото, черты лица могут выглядеть настолько по-другому в реальности, Кира постоянно и откровенно пялилась на поручителя, что, похоже, его вовсе не раздражало, временами вызывая едва заметную, будто невесомую, улыбку. Вот эта самая улыбка и помогла в конце концов определить, что красивым Владислава - Кира, хоть застрели её, теперь даже про себя не хотела называть его Колом - делает что-то идущее глубоко изнутри. Говорили, сухой выдрой или сухарём становятся через перевёртыш, во время которого человек поглощает зверя, так может, именно этот 'растворённый в крови' зверь и дарил поручителю такую привлекательность? Отличная физическая форма, точные, грациозные движения - сразу видно, Владислав прекрасно чувствовал себя в собственном теле: абсолютно свободно и очень комфортно. А черты лица... - что ж, возможно, его мимика тоже была грациозной?
- Ты работать сегодня собираешься?
Они с поручителем молча шли по туннелю, как вдруг Маркольев остановился и задал этот вопрос. Кира повернулась, неожиданно ярко осветив его лицо: глубоко уйдя в свои мысли, она забыла выключить закреплённый на голове фонарик, который зажгла минут пять назад, когда наступила в лужу и обрызгалась. Две глубокие вертикальные морщины, прорезавшие лоб Владислава возле переносицы выглядели боевой раскраской, точёные скулы были словно оголённые кости, а короткий ежик едва тронутых сединой волос вдруг показался вставшей дыбом звериной шерстью. Блестящие, цвета сверкавшего на солнце льда глаза смотрели на Киру в упор.
- А?.. Да! Извините, задумалась.
Она погасила фонарик. В туннелях не было темно: горело аварийное и рабочее освещение, чего было вполне достаточно, чтобы видеть, куда идёшь, а остальное в патрулировании от обычного зрения уже не зависело.
- Да можно на 'ты', - огорошил Владислав. - К чему нам церемонии?
- А говорят, вы... то есть ты - злой, как пёс! - вдруг само сорвалось с Кириного языка.
- И что? - без интереса в голосе осведомился он, играя своей фирменной невесомой улыбкой.
- Да ничего, просто... - она опустила взгляд, смутившись, что таращится на поручителя такими же круглыми пятаками, как её знакомый серый кот. - Просто я думаю, это не так!
- Ну и зря, - с неожиданной холодностью произнёс Маркольев.
- Почему?
- Потому что ни дружеское обращение, ни работа напарниками не помешают мне засунуть тебя в 'зоосад', возможно пожизненно, если я увижу к тому предпосылки. Это ясно?
- Вполне, - снова посмотрев ему прямо в глаза, ответила Кира.
- Сзади, - не отводя взгляда, совершенно спокойно сказал Маркольев.
Она резко развернулась: фантом был похож на огромную кобру в боевой стойке. Миг, и он атаковал, целясь в грудь, но Кира успела выставить кулак, пронзив огромную 'змеиную голову'. Руку прострелило, как от удара электрическим током, Дус внутри задрожал, но, к счастью, не взбесился. 'Кобра' постепенно уходила внутрь Кириного тела - сейчас, при закрытом канале, это было не опасно, если, конечно, всё делать правильно.
Фантомы могли принимать любую форму, быть огромными или, наоборот, едва заметными, их, между полнолуниями, обнаруживалось в метро великое множество: непрерывно перемещаясь, они имели свойство появляться то там, то здесь, где именно - заранее предугадать невозможно. Обладая той же загадочной и непонятной природой, что и дусимы, субстанция, порождающая фантомы, видимо, вываливалась из открытого канала вместе с дикими подселенцами и 'клубилась' потом по всему метро, до поры оставаясь невидимой.