BATTLEFRONT: Сумеречная рота

Клюв расхохотался, а Роджа смутился. Намир обнял его за плечи и прижал к себе на мгновение, усмехнувшись, прежде чем отпустить его.
— На этом транспорте была губернатор Челис, — сказал Намир. — Забудьте Коерти, забудьте все это чертово стратегическое совещание. Эта женщина приносит неудачу, а потому это самое лучшее известие, которое мы слышали за много месяцев!
Аванпост Бета был уничтожен первым, снесен начисто полудесятком лазерных разрядов из похожих на жвала пушек имперского шагохода. Через макробинокль Намир видел красные и оранжевые всполохи на фоне снега. Когда шагоход брел вперед, под его ногами мелькали голубые вспышки — бесконтактные мины, установленные персоналом аванпоста Бета, совершенно бесполезные против массы шагохода.
Картина должна была вселять ужас, и, в общем, так оно и было. Враг превосходил повстанцев числом и имел впечатляющее техническое преимущество. По словам Роджи, повстанческая наземная артиллерия не могла пробить броню шагохода. В лучшем случае прицельный выстрел мог бы повредить вооружение машины, но удар его ноги с поршневым приводом для органической цели был не менее сокрушителен.
Но вместе с ужасом в груди Намира разгоралась странная теплота. Последние недели он провел бесцельно, блуждая по пыльным металлическим лабиринтам, из которых еще до конца не выбрался. Сражение на Хоте, вероятно, безнадежно. Возможно, он погибнет. Но это была битва, а сражаться он умел.
Шагоходы направлялись к главным генераторам базы «Эхо». Их разрушение приведет к отключению силового щита, а без него сама база и все корабли, которые не успеют улететь, окажутся беззащитны перед звездными разрушителями. «Защищать генераторы», — последовал приказ сверху, и это стало первой задачей повстанческих войск. Защищать генераторы. Держаться насколько возможно. По необходимости — отступать.
Аванпост Дельта находился на западном фланге предполагаемого маршрута шагоходов. Тут уже начинались варианты: если шагоходы проигнорируют угрозу со стороны аванпостов, солдаты Намира смогут ударить машинам во фланг, когда те будут проходить мимо. Он прокручивал в голове возможные сценарии, наблюдая за паром, который выдыхал изо рта. Есть ли какие-нибудь щели в броне шагоходов, сбоку или снизу? Могут его люди послужить наводчиками или оказать огневую поддержку воздушному прикрытию повстанцев?
— Сержант!
Один из солдат «Эха» — женщина, которая сказала об уходе транспортного корабля, махала ему рукой.
Он пробрался к ней по снегу:
— Что там?
— Командование передает, что снеголеты вступили в бой с шагоходами. Пока не удалось причинить им вреда, но продвижение замедлилось.
Намир кивнул, глядя на северо-восток и пытаясь разглядеть ход сражения, но он не увидел ничего, кроме темных пятен на горизонте.
Женщина продолжала:
— Сэр, плохо то, что Империя выслала разведывательные группы. Войска идут в нашем направлении.
Ну конечно. В имперском командовании дураков нет. Они не дадут ударить шагоходам во фланг, если есть такая возможность.
Намир хотел приказать персоналу Дельты рассыпаться, оставить турель, траншею и артиллерию в качестве приманки, а самим устроить засаду. Лобовое столкновение с превосходящими силами противника противоречило всем его инстинктам.
— Готовьтесь, — сказал сержант и спрыгнул в окоп.
Приказ был держаться сколько возможно. Он намеревался выполнить его в точности.
Разведывательные группы Империи состояли из пары артиллерийских гравиплатформ и сопровождения в виде АТ-SТ. На каждой платформе было около пяти штурмовиков в броне, какой Намир прежде не видел, — ослепительно-белой и почти незаметной на снегу. Это были не скелеты, а призраки. И, как он подозревал, одетые более соответствующе погоде, чем они сами.
 
— Турель и артиллерия — в первую очередь бить по платформам, — сказал он в комлинк. — Они хотят, чтобы мы целились по шагоходам, а сами прорвутся, выгрузят войска и опрокинут нас. Не дайте им такого шанса.
Солдаты «Эха» не спорили. Роджа и Клюв засели в окопе. Намир проверил свою винтовку — А280, которую ему выдали вместе с зимней униформой и которой он никогда прежде в бою не пользовался, — и уставился на горизонт.
После того как враги оказались в зоне поражения, их план продержался всего секунд десять. Артиллеристы, в соответствии с приказом, нацелились на одну из платформ, даже когда АТ-SТ двинулся вперед, взбивая снег тонкими металлическими ногами. Первая платформа вспыхнула огненным шаром вместе с пассажирами, но вторую артиллерия пропустила, промазав метров на пять. Штурмовики спрыгнули на землю и устремились к аванпосту.
Намир, Роджа и Клюв стреляли по АТ-SТ со своих разнесенных друг от друга позиций в окопе. Их целью было отвлечь экипаж, заставить шагоход сменить цель и дать турели шанс на еще один выстрел. Шагоход не отвлекся, но отступил и выстрелил по турели, разметав по льду металл, пепел и пламя. Намир был уверен, что три артиллериста погибли мгновенно, испепеленные плазмой или раздавленные стенками турели.
После этого сражение пошло на два фронта. Намир приказал Родже и Клюву оставаться в окопе и стрелять по наступающим штурмовикам. Выжившие солдаты базы оставались при артиллерии, пытаясь расстреливать шагоходы по одному. Сержант слышал крики, видел вспышки красных разрядов, но держал позицию, навалившись грудью на снежный бруствер, высовывая только голову и плечи.
Он знал, что шагоход в любой момент может взять его на прицел, но если штурмовики доберутся до окопа, то Намиру и остальным все равно конец, так что он держал быстро перегревшуюся винтовку окоченевшими руками и поочередно отстреливал штурмовиков. Стрельбу сержант вел методично и почти спокойно. Едва заметив, что пламя охватило броню его нынешней цели, он тут же переключался на новую.
Когда в его секторе обстрела уже не осталось штурмовиков, мужчина еще раз огляделся. Артиллерийская позиция была уничтожена. Шагоход неожиданно перешагнул через окоп и оказался с южной стороны. На его ноге болталось что-то вроде обломка — Намиру сперва показалось, что это остатки турели, но, присмотревшись, он понял, что это изуродованное тело той самой женщины, которая сообщила о транспорте и предупредила сержанта о разведывательной группе.
Одной рукой она обхватила голеностопный сустав машины, ее ладонь застряла в механизме. Ноги ее не двигались, но каким-то чудом женщина все еще была жива. Голова ее была поднята, и Намиру показалось, что она улыбнулась, когда в другой ее руке вдруг оказалась граната. Он хотел было окликнуть ее, хотя даже не знал ее имени, но она исчезла в шаре расцветшего пламени, и шагоход повалился вперед.
Намир перевел взгляд на северную часть окопа и увидел несколько недобитых штурмовиков, с которыми разделывались Роджа и Клюв: первый был еще в окопе, второй пробирался среди трупов по льду. Вторая гравиплатформа исчезла, вероятно отозванная к АТ-АТ.
Отступление не удивило Намира. Аванпост Дельта потерял турель и большую часть солдат. Более он не мог помешать вторжению на Хот.
Повстанческие снеголеты почти не замедлили продвижения шагоходов. К концу сражения на аванпосте Дельта ни один АТ-АТ так и не был обездвижен, и основная масса имперских войск уже подвинулась на юг мимо аванпоста к базе «Эхо». Единственное средство передвижения Дельты было уничтожено в бою, а тантаны разбежались. То есть Намиру, Родже и Клюву предстоял долгий путь назад на своих двоих.
Когда все трое взобрались по насту наверх, то увидели, как повстанческие корабли уходят в небо. Если персонал базы сумеет завершить эвакуацию, подумал Намир, то потери Альянса могут оказаться не столь фатальными.
Они мало разговаривали по дороге. Роджа берег руку, словно она была повреждена. Плечи Клюва поникли, но голову он держал прямо — сущее олицетворение мрачной решимости. Намир осматривал горизонт, пытаясь оценить, какое расстояние отделяет их от шагоходов. Эти гигантские машины были ходячими ориентирами, и чем дальше они продвигались на юг, тем более неудержимыми казались.