Драконье сердце (СИ)
Она развернулась и ушла в свою комнату, закрыв дверь.
Я вопросительно переглянулась с Майраной, она пожала плечами.
Весь вечер со мной пытался связаться Адриантен, чтобы попросить о встрече. Но я отказала, ссылаясь на то, что мне надо готовить два номера для следующего концерта, а завтра ещё и приход гостьи.
- Кто? Медея? - почему-то напрягся он, переспросив.
- Да, сирена из нашего дистрикта. Ты знаешь её? - догадалась я.
- Ну так, немного. Пересекались. В не лучшие мои времена. Так что представляю, что она обо мне наговорит, - голос Адриантена звучал непривычно тревожно.
- Не думаю, что она будет говорить о тебе, - успокоила я его. - Мы будем говорить о конкурсе. К тому же я знаю, что ты не сама добродетель. Я помню нашу первую встречу в воздухе и в Храме сирен, - усмехнулась я.
- Но я меняюсь, Мелопея. Поверь, пожалуйста. И не отталкивай меня, если она что-то расскажет такое, что тебе не понравится.
- Хорошо, Адриантен. Мы не будем обсуждать твоё ужасное прошлое, - посмеялась я. На тот момент я не думала, что там действительно будет что-то ужасное.
На следующий день Медею я ждала даже с каким-то нетерпением. Было любопытно. Откроет свои тайны сирена или нет.
Мы с Майраной готовились к её приходу.
Но с утра я получила обещанные три кувшина морофруззо. Правда принёс их не Ал, как обещал (или не обещал, пошутил?), а доставил посыльный.
А я даже поблагодарить дракона не могла - у меня не было возможности с ним связаться. И за вчерашнее решение и выход из тяжёлой ситуации - сердце грело то, что он прислушался и пошёл мне навстречу, хотя не обязан был. И за сегодняшнее сдержанное обещание.
С утра пила морофруззо и думала об Але. И улыбка невольно просилась на лицо. И даже творческий подъём появился. Зашевелилось что-то внутри, поднимаясь вверх. Я пыталась поймать, но пока ещё было рано - оно только зарождалось, и нужно было время созреть.
Мурена тоже нам помогала, готовила, накрывала на стол, занималась сервировкой.
Настал час встречи. Сначала зашли журналисты, сняли наши приготовления, поспрашивали чего мы ждём от встречи и как думаем она пройдёт. А потом зашла сирена. И мы с любопытством на неё воззрились. Мы помнили её по конкурсу, нам было тогда лет четырнадцать.
В нашей памяти осталась нежная красивая девушка с наивным взглядом больших небесно-голубых глаз.
Сейчас перед нами стояла женщина, в которой чувствовался какой-то надлом. В глазах усталость и холод. Я бы не узнала её, если бы не знала точно, что это она.
Перед камерами она постаралась улыбаться и быть приветливой. Мы попили тайна, угостились выставленными деликатесами к её приходу.
А потом, когда журналисты ушли, она резко изменилась.
Мурена к тому времени ушла. Почти сразу, как пришла Медея. Посмотрела на неё, удовлетворив любопытство, и ушла.
С Медеи слезла приветливая маска, как вода стекает по камню вниз после ударной волны. Глаза снова стали колючие, а губы превратились в узкую полоску.
Она села напротив в вызывающей позе. И окинула нас цепким взглядом.
- Ну что, поговорим с глазу на глаз?
- Майране можно доверять, - робко сказала я.
- Это ты сама потом решишь, - усмехнулась она. - Кому и что рассказывать. А я хочу поговорить только с тобой.
- Я пойду, - Майрана вскочила и кивнула мне.
Я кивнула ей в ответ, и она ушла из номера, оставив нас вдвоём с Медеей.
- Я слежу за этим конкурсом, ведь в нём участвует сирена с нашего дистрикта, - начала она чуть насмешливо. - И вижу, что вокруг тебя вьются влиятельные драконы. Знаешь, чем ты их привлекаешь?
Она достала из сумки фляжку и налила себе в пустую чашку от тайна жидкость из фляги. Отпила, и глаза её немного заблестели.
Поскольку вопрос был риторическим, я ждала, когда она продолжит. Но на всякий случай помотала головой.
- Чистотой и наивностью, - сказала она и отпила ещё глоток. - Надо признать, девушки из нашего дистрикта самые целомудренные и невинные из всех. Развращённых драконов наша чистота очень привлекает. В других дистриктах девушек хоть как-то готовят к реальности жизни на материке, если уж туда посылают. Они знают правила. Умеют бороться. А мы как рыбки... те гуппи, о которых ты пела... брошенные в аквариум к акулам, - скривилась она.
Налила себе ещё и откинулась на спинку софы с чашкой в руке. Она пила и пила. И чем больше пила, тем её речь становилась обрывистей и бессвязной.
- Ты, наверное, ненавидишь меня, да? Презираешь? Считаешь предательницей? Наверное, так и есть. Только ты не знаешь всей правды. Знаешь, почему именно из нашего дистрикта никто не возвращается? Потому что из других как-то готовят к правде. а нас нет. Из нас делает романтичных дурочек, которые считают за честь внимание драконов. Потому что считают их справедливыми. ответственными. благородными.
Голос её звучал глухо, словно она говорила сама с собой. И смотрела она в пустоту, не на меня, отчего впечатление усиливалось.
- Да. Но на самом деле всё не так. Мы для них игрушка, с которой они играют с особой жестокостью, не щадя чувства. Захотелось послушать пения - будь добра пой. Неважно, плохо тебе, или ты не хочешь. Больна или нет настроения. Словно собачка ты должна исполнять его приказы с улыбкой и подпрыгивать от удовольствия видеть хозяина. Может передать тебя друзьям. Да, перед друзьями они особенно любят похвалиться.
Медея тяжело задышала и остановилась, чтобы справиться с эмоциями. Пальцы так крепко сжимали чашку, что, казалось, она лопнет в её руках.
- А наигравшись, он забывает о тебе на долгое время. И весь мир забывает о тебе. Ты не существуешь для мира без интереса к тебе дракона. А если ты провинишься или не подчинишься, они любят наказывать. Он выжигает во мне всю воду, превращая кровь в кипящую лаву, я мучаюсь в агонии, а он равнодушно наблюдает.
Жидкость в её чашке забурлила, вспенилась и брызгами заплескала во все стороны. Заметив это, Медея усмирила поднявшуюся из-за эмоций магию воды.
- Знаешь, почему совсем исчезла Матеция?
Речь шла о второй нашей сирене, участвовавшей в шоу за последние годы.
Медея подняла на меня глаза, и я вздрогнула. Столько боли и страха было в них, что по спине прошёлся холодок.
- Она лишилась голоса. Из-за него, да... Он придушил её за то, что она не так отреагировала на его приказ. И всё. То ли задел что, то ли из-за стресса - она больше не поёт.
Я непроизвольно схватилась за горло. От ужаса волосы по всему телу встали дыбом. Я многое могла представить, но остаться без голоса сирене - нет худшей участи. Такое нельзя пережить.
- Кто? Кто он? Про кого ты говоришь? - потребовала я ответа.
Но глаза Медеи были стеклянными.
- Я не могу сказать. Он один из тех, кто крутится около тебя. Но их много. Таких как он много.
Она опустила глаза. Открыла фляжку, хотела налить себе в кружку, но не вылилось ни капли. Фляжка была пуста.
Сирена поставила стакан на стол нервным движением.
- Ты мне, наверное, не поверишь. И правильно. иначе как тебе дальше бороться. Не знаю, зачем я тебе это рассказываю, - пробормотала она. - Но послушай совета, лучше не становись санорэ дракону. Выбери другой приз. Хотя. тебе он тоже не достанется, -грустно усмехнулась она.
- Почему? - спросила я.
- Все ценные призы идут дистрикту, а не победительнице, - пояснила она. - А то! Ты что думала? Должен же дистрикт получить выкуп за то, что вырастил сирену. Стерва Мелисанда! - выругалась она. - Я просила отдать мне хотя бы десять процентов, чтобы устроиться тут, на материке - мне бы этого хватило. Никто не хочет возвращаться туда, где его обманывали всю жизнь. Но она отказалась. Нам дурят голову, подруга. Верить или нет, дело твоё. А я пошла. И так много сказала.
Она поднялась и ушла.
Какое-то время я сидела оглушённая услышанным. Пытаясь переварить и понять чувства, которые вызвал её рассказ. И не заметила, как рядом присела Майрана.
Видимо, я настолько выглядела потерянной, что она обеспокоенно подёргала меня за руку.