Приручение. 2. Исцелю тебя (СИ)

— Садись в машину, — выдавил улыбку. — Сейчас будем исправлять твое плохое настроение.
Она машинально присела на сиденье и позволила себя пристегнуть.
— У меня самое обыкновенное настроение, — отозвалась безжизненным тоном.
— Что ж… тогда сделаем его необыкновенным.
Обошел машину, устроился за рулем. Привычным жестом перекинул папку с документами на заднее сиденье.
— Куда мы едем? — все-таки спросила Дана, когда направил машину в противоположную от ее дома сторону.
— В магазин, — ответил, пожав плечами. — Нужно купить кроватку, коляску и все что нужно для малыша. Времени все меньше.
Богдана подавленно молчала, вперив взгляд карих глаз мне в щеку. Я понимал, какой мозговой штурм творился в ее голове. Она не хотела принимать от меня подарки, но в той же степени, у нее не было денег, чтобы самой купить все необходимое.
Здравый смысл против гордыни — тяжелое противостояние! Но в итоге здравый смысл победил.
— И за это, я тоже верну деньги, — наконец, отозвалась Дана, не отвергнув мой порыв.
А порыв был какой-то невменяемый. Мне хотелось скупить полмагазина, лишь бы только увидеть теплую улыбку на губах девушки. Или искры счастья в глазах…
Выбирали кровать с энтузиазмом и присущей мне дотошностью. Потихоньку увлеклись процессом, вновь и вновь по кругу обходя огромный отдел с детскими принадлежностями и мебелью.
— Мне нужно пять минут, чтобы передохнуть, — в итоге взмолилась Богдана, немного побледнев и оперевшись на мой локоть.
Я подвел ее к низкой банкетке и помог присесть. Сам опустился на корточки и заглянул в глаза девушки. Она слишком отчаянно растирала свой живот.
— Ужас, Герман! — сквозь усталость улыбалась. — Ты ужасный муж. С тобой с ума сойти можно! Тебе ничего не нравится! Ты замучил продавцов.
— Никого я не замучал, — с деланной обидой хмыкнул я.
— Ты посмотри, как они смотрят на нас, — зашептала Дана. — Так, словно мечтают, чтобы мы поскорее убрались отсюда.
— Я думал, что я здесь психотерапевт. И как психотерапевт, скажу тебе, что они просто счастливы помочь нам с выбором.
Дана мелодично засмеялась. А потом вдруг ойкнула и ее лицо скривилось от боли.
— Все, нормально, — сразу выставила руки вперед, предугадав мой порыв вскочить и начать звать на помощь. — Просто малышу не терпится родиться, — виновато прошептала она. — Он стал активно пинаться.
Я посмотрел на ее живот. Даже сквозь ткань платья было видно, как он ходит ходуном. Потрясающее зрелище, если честно.
— Хочешь потрогать? — робко выдавила Дана, заметив, мой пристальный взгляд.
Я посмотрел ей в глаза. Растерянно кивнул и неловко расположил руку на ее животе. Едва коснулся и ничего не почувствовал, но Дана сама направила меня. Положила ладонь поверх моей руки, сместила немного вниз и легонько надавила. Мы оба замерли.
— Подожди, — хмыкнула Богдана. — Сейчас он покажет тебе свой характер.
В этот момент я почувствовал толчок. Следом еще один. Отчетливо ощущалась пяточка малыша, как седьмое чудо света, как что-то нереальное, восхитительное.
— Классно, да? — восторженно засияла Богдана.
Сейчас она казалась мне особенно юной. Беззаботной. Удивительной.
А еще, я вновь и вновь задавался вопросом: «Как она смогла полюбить еще не родившегося ребенка, зачатого насильственно?»
Я даже как психиатр не мог ответить на этот вопрос…
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍=11=
 
Герман
С позволения Богданы еще немного понаслаждался меткими ударами малыша в мою ладонь. Ничего более приятного в жизни я не испытывал. Нежное прикосновение маленькой хрупкой ладошки сверху моей руки и ощутимые толчки снизу, пускали по венам необъяснимое удовольствие. Что-то сродни эйфории, которая горячей волной прокатывалась внутри меня.
Мне хотелось закрыть глаза и чувствовать присутствие Богданы и ее сына. Хотелось, чтобы вокруг нас вдруг все исчезли и не нарушали нашей компании, и такого спонтанного единства…
 
Я нашел Дану, почти сразу после случившегося. Хотел убедиться, что она в относительном порядке, ведь то, что сделал Давид, было мерзким, бесчеловечным, грязным… Когда увидел Богдану впервые, во мне что-то перевернулось. Молодая, красивая, с прямым, смелым взглядом карих глаз. Она выглядела так, словно с ней ничего не произошло, меня это поразило. Позже я узнал, что она продала квартиру и уехала в неизвестном направлении. Понял, что все-таки произошло. Просто переживает она это глубоко внутри и бежит от проблем, подальше от Давида и воспоминаний о той ночи.
Благодаря связям быстро нашел Дану в пригороде. Поселился неподалеку. И мне каждый день приходилось преодолевать огромное расстояние от дома до своей клиники в центре города и обратно. Но я уже не мог не следить за ней. Сократил часы приема на работе, лишь бы не упустить ничего важного. И не упустил. Узнал, что девушка стала посещать гинеколога. Благодаря своим связям выяснил, что она беременна. Последствия той ночи, необратимо обрушились на Дану и я думал, что она сделает аборт.
А сейчас уверен в ее безграничной любви к еще пока нерожденному сыну Давида, и я хочу знать почему… И почему она вообще связалась с моим братом? Ведь не похожа она на девиц из его окружения.
— Пора сделать выбор, — вкрадчиво прошептала у самого уха Дана, и я понял, что все это время сидел с закрытыми глазами.
— Конечно!
Сухим ответом постарался скрыть волнение. Встал на ноги и помог Богдане подняться с банкетки.
Мы сделали еще один торопливый круг по магазину и я сдался под натиском Даны, которая очень убедительно просила купить ту кровать и модель коляски, что приглянулась именно ей.
Отказать беременной девушке, чьи глаза вдруг стали лучиться счастьем — не мог. Видеть ее такой окрыленной было наивысшей наградой. Это означало, что я на правильном пути.
После я согласился на просьбу закончить на сегодня с покупками, взамен предложив пойти перекусить. Купленное нами должны были доставить лишь спустя пару часов, поэтому мы решили зайти в ближайшее кафе.
Богдана с тихим вздохом опустилась на диванчик и первая открыла меню. Быстро пробежалась взглядом и определилась с заказом.
— Я буду большую порцию фисташкового мороженого с шоколадной стружкой, — облизнула губы, словно уже чувствовала вкус десерта. — И молочный коктейль с авокадо.
Удостоверившись, что заказ записан, попросил официантку принести еще и кофе.
— Ты серьезно хочешь попробовать самые несочетаемые вкусы? — изумился больше не ее выбору, а тому, как Дана радовалась наконец-то спокойному времяпровождению.
— Мы беременные и не такое можем захотеть.
— Чего например?
— Однажды ночью мне жутко захотелось мела, — полноватые губы растянулись в улыбке. — Я прямо уснуть не могла, а дождавшись, когда откроется ближайший магазин с канцтоварами… перехотела.
Нам принесли заказ. Кивком головы поблагодарил официантку, и та очень быстро оставила нас наедине. Я не смог сдержать смех, от истории про мел, а Богдана мелодично захохотала мне в унисон.
— А подруги? Неужели никто не мог принести мел?
Оперевшись на стол локтями, придвинулся ближе, сократив расстояние между нами.
Дана ответила не сразу. С видом глубокой задумчивости разглядывала мороженное, а потом немного скривившись отодвинула его от себя.
— Когда подобных хотелок становится слишком много, — наконец заговорила она. — Люди отдаляются. Я не виню никого.
Она придвинула к себе высокий бокал с коктейлем. Задумчиво размешала трубочкой зеленоватый напиток и продолжила с вымученной улыбкой:
— Наши интересы с подругами, давно разошлись. Девчонки хотят веселиться, а я со своей одышкой люблю веселиться на диване.
— Неплохой выбор, — ободряюще кивнул, а внутри неприятно царапнула ее ложь. Подруг у Даны не было, они остались там, в ее прошлой жизни и она не спешила говорить мне правду. Все еще не доверяла. — Когда появится малыш, будет не до сна, лучше отоспаться впрок. Или у тебя есть тот, кто будет помогать с ребенком? — вновь задал провокационный вопрос, стараясь делать это ненавязчиво.