Приручение. 2. Исцелю тебя (СИ)

За каких-то полчаса пересек полгорода. Припарковавшись возле особняка старшего брата, подметил, что на территории нет его машины. Приблизился к парадному входу и уверенно постучал. Через пару минут дверь открылась.
— Герман? Вот это сюрприз! — с удивлением встретила меня Ирина — жена Давида.
На лице молодой женщины отразилась радость. Мы неплохо ладили, и я уважал Иру, за ее терпимость. Но при этом, не понимал и не поддерживал ее страха остаться одной. Она могла развестись с Давидом, перестать терпеть его нападки и не самое лучшее обращение. Мы часами говорили с ней об этом, когда она под предлогом «я просто проезжала мимо», приходила ко мне на работу.
Она не была моей пациенткой, да и Давид наверняка устроил бы скандал нам обоим, узнай он о ее визитах. Но я все равно искренне пытался помочь Ире. Безрезультатно.
Потому что иногда, спасение утопающего — дело рук самого утопающего. Некоторые люди просто не нуждаются в спасении…
— Можно? — широко улыбнувшись, переступил порог дома.
— Нужно, — засияла Ира, пропуская меня в гостиную. — Какими судьбами?
— Я просто проезжал мимо, — хмыкнув, заключил ее в теплых объятиях.
— Почаще проезжай мимо, — немного пожурила меня Ира, уткнувшись мне в грудь. Потом отстранилась, а я шагнул к широкому дивану и удобно расположился на нем, закинув ногу на ногу.
— Я решил, что давно не виделся с Давидом, — начать совсем с крошечной лжи.
— Недавно он говорил о тебе, — призналась она, устраиваясь в кресло напротив. — Сказал, что ты оказал ему какую-то услугу. Весомую — так, кажется, он выразился.
Я непроизвольно скрипнул зубами. Сдержал порыв выругаться.
— Угостишь меня кофе? — с приклеенной и неживой улыбкой на губах, продолжал разыгрывать этот театр.
Был убежден, что Ира ничего не должна знать. Чем ей поможет эта правда? Вновь разобьет и без того покалеченное сердце? Подстегнет, наконец, уйти от Давида? В последнее я не верил.
— Молоко? Сахар? — с кухни донеслись ее вопросы.
— Нет, горький, без молока, — бросил я в ответ.
Не хотел кофе, скорее что-то покрепче. А еще невыносимо было находиться рядом с Ирой, и знать, что именно сделал Давид. Изнасиловал, унизил, растоптал юную, совсем еще неопытную девушку. Хотел отдать за ненадобностью своим друзьям. Она к счастью сбежала, унося с собой и боль, и чувство опустошения. И я с огромным трудом возвращал ее к жизни. А теперь не мог позволить этому подонку вновь ее обидеть.
— Вот, — на низком столике появилась чашка с черным кофе.
— Спасибо, — поблагодарил, но не притронулся. — А девочки где? — огляделся по сторонам, потому что даже не слышал веселого щебетания племянниц.
— Они в гостях у Ваших родителей, — с улыбкой отозвалась Ира. — Давид вдруг начал проявлять заинтересованность к собственным детям. То в кино, то в парк, сам отвез к дедушке с бабушкой.
Она говорила это, не скрывая счастья. Надеялась, что ее муж может измениться. И я не мог разрушить эту пусть и призрачную, но надежду.
— Отлично, — силясь, улыбнулся. — Давно пора стать отцом.
— Сказал человек, который никогда не был отцом! — неожиданно прогремел голос Давида за моей спиной.
Он вошел через заднюю дверь. Прокрался в дом, наверняка потому что увидел мою машину.
— Давид, — попыталась шикнуть на него Ира, но тут же наткнулась на угрозу в тяжелом взгляде мужа.
— Все нормально, — я примирительно отмахнулся и поднялся с дивана. — Ты прав, у меня нет детей, — укоризненно посмотрел на брата. — И я презираю людей, которые так просто ими пренебрегают.
— Я никем не пренебрегаю, — Давид расслабленно приблизился и встал за спиной Иры.
Я увидел, что ее спина напряглась, а на лице отразился испуг. Она понимала, что атмосфера между нами совсем не радужная. Не знала причины, но предчувствовала подвох в моем спонтанном появлении.
— Ир, может и Давиду кофе сделаешь? — попытался выпроводить ее, чтобы она не участвовала в этом нелегком разговоре.
— Да, конечно, — с благодарностью отозвалась Ира, но встать не успела.
Ладони мужа легли на ее плечи, припечатывая напуганную девушку к креслу.
 
— Останься, — сухо распорядился Давид. — Этот разговор и тебя касается.
Мы сверлили друг друга недобрыми взглядами. Атмосфера накалилась до предела. Давид, как и всегда излучал самоуверенность, а мной быстро овладел гнев. Мало ему было разрушенной жизни Даны, так он и жену не щадил.
— Давид! — я повысил голос, пытаясь призвать его к здравому смыслу. — Не думаю, что Ира должна участвовать в этом! Хорошенько поразмысли, нужно ли ее посвящать? Твоя жена здесь лишняя, пусть уйдет и поговорим.
Он усмехнулся с присущей ему надменностью. Сжал плечи Иры так, что она немного поморщилась.
— Она моя жена ненадолго, — небрежно бросил Давид, наконец, отпустив девушку. Он обошел диван и с видом хозяина этой жизни опустился на него. — Документы на развод уже готовы, ей нужно только их подписать!
— Что ты такое говоришь? — вскочив с места, зашептала Ира. Обхватила руками плечи, словно ей стало вдруг холодно. — Какой развод? Почему?
— Потому что я женюсь на другой, — все с той же улыбкой провозгласил Давид, словно упиваясь вот так изощренно ломать людей.
— Я… Я… Я не знаю, что сказать, — выдавила Ира, теряя голос. — Мы так давно вместе… у нас дети, Давид. Как ты мог?
Но в ее взгляде не было упрека, скорее мольба. Она безмолвно умоляла его этого не делать. Передумать и не рвать семейных отношений, которыми несмотря ни на что дорожила.
— Давид, в тебе нет ничего человеческого, — брезгливо бросил я поморщившись.
На моих глазах разворачивалась драма, но я не мог уйти, потому что она затрагивала и меня. Не косвенно, а напрямую. Сразу понял, на ком собрался жениться Давид.
— Я не дам тебе развод! — собрав все крупицы характера воедино, вдруг отрезала Ира.
Лучше бы к здравому смыслу прибегла. Это был ее шанс, наконец, начать новую жизнь. И я почти сказал ей об этом. Почти…
Промолчал лишь по одной причине. Потому что чем дольше Давид не получит развод, тем дольше не сможет воплотить свой план в жизнь. К тому моменту я сам женюсь на Богдане, а Марка усыновлю.
— Куда ты денешься, — лениво отмахнулся Давид от Иры, словно от назойливой мухи.
— Но… но как же девочки? Ты бросаешь не меня в первую очередь, — она приблизилась к мужу и попыталась взять его за руку. — Ты бросаешь своих дочерей!
Он порывисто поднялся и отпрянул от жены, не давая ей шанса коснуться себя.
— Девочки останутся со мной, — вновь расплылся в самодовольной улыбке. — Поэтому, если не подпишешь развод, вообще их больше не увидишь! — пригрозил с пугающим спокойствием.
Ира попятилась, прижав ладони к груди. Врезалась в диван и тут же на него обессилено осела.
— Мразь, — хрипло выплюнула она, теряя голос.
Давид лишь посмотрел на нее с неприкрытой жалостью, понимая, что все и всегда в его руках.
— Нет, Ириш, он намного хуже, чем ты о нем думаешь, — я наконец вышел из ступора и вплотную приблизился к брату. — Твои дети ведь не у наших родителей, так? — заглянул в его лживые глаза, и тут же понял ответ на свой вопрос. — Ты украл собственных детей? — мне стало противно, оттого что мы хоть наполовину, но были братьями. — Боже… Даже для тебя это чертовски низко.
— Да мне плевать на твое мнение, — зло оскалился брат. — Меня интересует лишь конечная цель. Результат, к которому я так стремлюсь. Я женюсь на Богдане, у меня будет наследник, а в придачу и еще двое детей от первого брака. Чем тебе не счастливый семьянин, а? — весело хмыкнул он. — Или чем тебе не хозяин фирмы отца? Единственный собственник семейного бизнеса Сабуровых!
Его глаза с азартом вспыхнули. Конечно, это все чего он желал. Быть единственным наследником нашего отца богатея. Я на это наследство не претендовал, потому что был всего лишь незаконнорожденным. А вот наш младший брат Феликс, по всем позициям составлял конкуренцию Давиду. Он был счастлив в браке, и ожидал появления наследника. Мальчика. Его жена Соня в скором времени должна родить. Феликс в глазах нашего отца, стал идеальным представителем индустрии Сабуровых. Давид этого допустить не мог.