Там чудеса (СИ)
Тихо хмыкнула, посмотрела на Прибоя, который подобрался ближе к огню. Чётко виднелась только большая голова с блестящей гривой, подсвеченная жёлто-оранжевыми сполохами огня. Остальная громада коня едва виднелась за кругом света. Прислушалась к ночным звукам и опять легла, крепко обняв котомку, на которой очень удобно было расположить голову. Ещё немного полюбовалась огнём, плясавшим свой танец на ветках. Костёр грел не только тело, но и душу. Стало спокойнее, уставшее тело понемногу расслабилось. Маленький круг света, который образовался вокруг огня, успокаивал.
Подползла ближе к костру и прижала к груди маленькую тёплую фигурку Петушка. Он успокоился, спрятал крохотную головку под крыло и, похоже, крепко уснул. Убрала птичку за пазуху, не заворачивая в ткань. Душа наполнилась благодарностью за минуты покоя и чувство защищённости, подаренные огнём. Если Петушок решит сбежать, пусть так и будет! Не хочу держать силой, просто не хочу, я не Наинэ!
Глаза закрылись сами собой. Я пригрелась и незаметно заснула…
Проснулась оттого, что замёрзла до стука зубов. Единственными источниками тепла, хоть немного согревавшими меня, оказались талисман и Петушок. Костёр давно прогорел и погас, даже угли стали серыми и зола не шевелилась.
Потянулась, пытаясь размять сведённые за ночь неудобной позой мышцы, открыла глаза и… Завизжала! Рядом с моей головой лежала тушка зайца. На шее зверька виднелись кровавые дырки, словно от клыков…
Мама родная! Откуда он тут взялся?!
Оглянулась по сторонам, никого, кроме Прибоя не увидела. Вокруг всё так же тихо и спокойно, только улетала с переполошным криком какая-то пичуга, спугнутая моим визгом…
Громко забурчало в животе, словно желудок напоминал, что заяц это не только ценный мех, но и еда… Один вопрос - как эту тушку превратить именно в еду! И почему заботливый некто не принес этого зайца хотя бы в разделанном виде?! Обидно!
Когда представила себе жареную зайчатину, стало дурно от желания вцепиться зубами в кусок мяса… Пришлось быстро сунуть руку в мешок и достать одно яблочко. Схрумкала его в два укуса, прямо с семечками. Вторым поделилась с подошедшим Прибоем, который, заслышав хруст, оторвался от сочной травы и подсунул морду, требуя поделиться вкусняшкой.
Аппетит от яблока только разыгрался, робко протянула руку к заячьей тушке. И что делать? Как её разделывать, или хотя бы содрать шкурку и выпотрошить?
На востоке разгорался розовый рассвет. Стало уже достаточно светло, я рассмотрела несколько крупных веток, до которых не добралась ночью. Можно набрать на приличный костёр и пожарить зайца. Придётся опять просить Петю о помощи, надеюсь, не откажет.
Старательно припомнив всё, что когда-либо видела о жарке мяса на природе, решила сначала разжечь костёр, чтобы получить горячие угли. Как-то слабо верилось, что без котелка смогу приготовить мясо на открытом огне - сгорит. Картинки, изображавшие собравшихся вокруг костра первобытных людей, жаривших огромную кабанью тушу, которую лижут языки огромного же костра, меня никогда не убеждали.
Поднялась, с трудом распрямив ноги и спину, и отправилась собирать сучья покрупнее. Для углей нужны, кажется, крупные. Собрав сучья в кучку, уложив их, отложила пару, похожих на рогатины. Ага, их использую для вот этой крепкой ветки, на которую насажу тушку, если её разделаю! Уж не знаю, как это сделать, но я должна приготовить неожиданно доставшегося бедного зайца. Голод не тётка.
Первое, чем озаботилась - как снять шкурку. Эх, если бы вместо зайца была птичка, ободрал перья и все проблемы. Причем драть перья я умела, пришлось как-то пару раз в деревне у бабушки. А вот снимать шкуру с зайца… Да и вообще с кого угодно. Это проблема.
Невольно вспомнились заготовки Павла с Вольхом. Бр-р-р… А сейчас я сама должна делать всё своими руками…
Если бы так не хотелось есть, я бы так и оставила этого злосчастного зверёнка лежать в траве!
Прежде, чем разжечь костёр, решила разжиться хоть чем-то режущим. У меня, как нарочно, не оказалось ни ножа, ни ножниц, вообще ничего острого и режущего. Эх, был бы тут Павел! Вот кто не расставался с острыми предметами никогда! А я, балда, ещё посмеивалась над ним!
Ещё раз пересмотрела всё, что лежало в котомке. Нет, ничего такого Ванечка не положил, к сожалению…
Пришлось пойти к Прибою в надежде, что уж на его сбруе или на седле найдется хоть что-то подходящее. Как ни удивительно - нашлось. За седлом висели две небольшие кожаные сумки, на которые я, до этого момента, не обращала никакого внимания. Они были сделаны так искусно, словно были частью самого седла. Расстегнув одну, нашла массу непонятных предметов и какие-то кожаные тонкие ремешки. Но ничего острого. А вот со второй сумкой повезло! В отдельном кармашке обнаружился короткий косо срезанный ножичек с широкой удобной рукоятью, обмотанной кожаным ремешком! Ура! То, что нужно. Рассматривать, что там ещё лежит, не стала, не я клала, не мне доставать. Увидела краем глаза какие-то камни, но желания проверить, что и зачем, не возникло.
Взяла нож и начала прикидывать - как разделать зайца. Руки тряслись, было жалко зверя, жалко себя, страшно, ведь совсем недавно этот серый бегал по лесу, а сейчас я начну его разделывать… Даже всхлипнула несколько раз. Потом желудок напомнил о себе очередным спазмом, и я взялась за дело… Возилась долго. К концу процедуры было похоже, что бедного зайца трепали собаки, но я справилась! Шкурка, разумеется, никуда не годилась, а вот тушку, промыв в роднике, насадила на крепкую ветку.
Сделать угли, естественно совершено забыла. Слишком сложным оказался процесс обдирания зайца. М-да, придётся жарить на костре…
Петушок, едва я его достала, вынул головку из-под крыла, встрепенулся и начал оглядываться по сторонам.
- Петя, - состроила умильную рожицу, - пожалуйста, помоги костёр разжечь…
Он посмотрел мне в глаза, потянулся и резко встряхнул крыльями, от которых брызнул целый сноп искр, упавших на сложенные для костра ветки. Костёр вспыхнул, словно в него плеснули бензина! Хорошо, не успела подвесить мясо! Сама с трудом успела отскочить в сторону. Но главное - горит! Петушка тут же попыталась засунуть за пазуху, но малыш воспротивился, распушив крылья и хвост.
- Ладно, куда тогда тебя?
Петя осмотрел меня своими крошечными глазками и взлетел на плечо, ухватившись лапками за ворот рубахи. Потом перебрался на цепочку, год назад подаренную мамой и пристроился на ней, изображая крупный такой золотой медальон, обхватив лапами и крыльями кулон, который я никогда не снимала.
Сильно горел костёр не долго. Постепенно огонь стал невысоким и я, в нетерпении, подвесила мясо на рогатины, пытаясь, вращая ветку, равномерно прожарить мясо. Получалось плохо. Мясо местами подгорело и обуглилось, но остальная часть оказалась относительно съедобна. Несмотря на то, что на зубах скрипели угли, и мне не хватало соли, справилась, хотя и только с третью того, что ещё годилось в пищу. Пришлось остановить себя, кто его знает, чем обернётся для меня это блюдо. Оставшуюся часть тушки завернула в тряпку, в которой раньше сидел Золотой Петушок и убрала на ужин. Остатки костра тщательно закопала, вспомнились уроки Павла.
Собрав раскиданные вещи обратно в котомку, направилась к Прибою.
- Ну что, в путь?
Окинула последним взглядом поляну, взглянула на солнце. Не ожидала, что приготовление зайца займёт столько времени! Вместо завтрака получился обед. Но, надо двигаться. Не могу же я сидеть, как привязанная на этой поляне.
Подвела к высокому поваленному непогодой дереву, и бодро взобралась в седло. Сунула руку за пазуху…
И тут обнаружила страшное!
Клубок пропал!
Всё утро, занятая страданиями, разделкой несчастного зайца, готовкой, и прочей вознёй, не вспомнила о своевольном “гаджете”, ни разу. Когда, куда пропал, не узнаю уже никогда…
Не зная, что делать, сползла на землю со спины удивлённо оглянувшегося Прибоя. Все планы разом рухнули из-за того, что не уследила за каким-то злосчастным клубком ниток!