Там чудеса (СИ)

- Настя, ну нельзя же так, осторожнее!
Павел укоризненно посмотрел на меня, обходя нас с колдуном и облюбованную мной кочку.
Наконец немного пришла в себя от испуга и оглянулась на того, кто рычал… Мамочки, хорошо, не оглянулась сразу! Позади моей кочки лежала туша оленя с распоротым горлом, из которого ещё сочилась кровь, а над оленем, присев на хвост сидел волк и с недоумением смотрел на меня!
От вида убитого красавца, мне откровенно поплохело. Ноги ослабли, ухватилась за первое, что подвернулось. Подвернулся Вольх, как стоявший рядом. Отвернувшись от убитого зверя, схватила оборотня за рубашку и спрятала на его груди лицо, глотая слёзы…
- Настя, успокойся, не смотри туда, - понял моё состояние Вольх. - Сейчас унесём… Не ожидали, что на тебя так подействует его вид.
- Не могу, он такой красивый… Был, - невольно всхлипнула я.
- Понимаю, - Вольх лаково провёл рукой по моей голове. - Ты из другого мира, к такому не привыкла. Всё понимаю, малышка. Пойдём, отвару налью. Отвар уже готов, горячий. У меня для тебя есть что-то очень вкусное, сейчас полегчает…
Он сделал какой-то жест за моей спиной и повёл к костру.
Пока брела, сдерживая слёзы, старалась изо всех сил не прислушиваться к возне позади. Послушно села у костра, приняла в руки кружку с резко пахнувшим отваром и… Пряник. Сладкий, весь в медовой заливке, нарядный! Где только достал посреди леса?! Я вскинула глаза на оборотня. Вольх присел на корточки и придерживал горячую кружку, ласково глядя на меня.
- Прости, никогда столько крови не видела. И олень… Они такие красивые… А я мясо только в магазине… И олень, он же не курица… - мои слова, как и мысли скакали, никак не могла взять себя в руки.
Чувствовала себя полной дурой, надо же целое представление устроила! Но я ведь не нарочно!
Вольх ещё раз ласково, как маленькую девочку, погладил меня по голове, заставил сделать несколько глотков.
- Ничего, мы понимаем. Так бывает. Ты просто очень устала. Посиди здесь с Мирлисом, - он посадил мне на колени тёплого пушистого рыжика. - А мы скоро вернёмся, хорошо?
Кивнула в ответ, не имея возможности говорить из-за набитого сладостью рта.
Вольх поднялся и отправился к Павлу. Даже думать не хочу, чем они там занимаются. Нет, я видела дичь во время пути с Инаром. Он поймал один раз зайца. Но увидела того уже в виде разделанной тушки, ходила за водой и не застала процесса… От размышлений оторвал Мирлис, лапой толкнувший мою руку с пряником.
- Тоже хочешь?
Могла бы и не спрашивать! Мальчишка от сладостей никогда не отказывается, даром, что в кошачьей шкурке.
- Спрашиваешь!
Рыжий моментально уткнулся в ладонь. Поданный мной на ладошке кусок сладости исчез как по волшебству.
- Не расстраивайся, дай еще…
Невольно рассмеялась, приходя в себя от привычного уже нахальства этого проглота. Мирлис есть Мирлис. Постоянная величина и это прекрасно!
Мужчины вернулись, с кусками мяса, сложенными в какую-то тряпку, и где только взяли, насторожённо глядя на меня. Боялись продолжения истерики? Впрочем, быстро успокоились, заметив, что куски мяса на меня страшного впечатления не производят. Что я могла сказать - мясо в магазине совсем не то, что мясо в олене. Олене, который вот только что бегал, ел, жил…
Решительно поднялась и спросила, что собираются делать из мяса.
- Сейчас кусок над костром зажарим, остальное в глине запеку, вечером поедим, - ответил Павел, всё ещё не подходя близко.
- Давайте, - решительно согласилась я. - Извините за истерику.
- Всё нормально, просто не ожидали такого. Нам надо было всю стаю накормить.
Павел пояснял извиняющимся голосом, в то время как Вольх насадил мясо на прочную палку и закрепил на двух рогатинах.
Волки за время привала больше не показались. Мне стало неловко, совсем истерикой перепугала, надо же так умудриться.
Прожаренное на костре мясо оказалось вкусным. Мне вообще очень нравились травы, которые использовали оборотни, счастье, что они не вызывали никакой аллергии. Для меня положили большой кусок на ломоть хлеба, и я решительно начала есть, поймав, в очередной раз, облегчение во взглядах мужчин. Наверное, ещё опасались и раздумывали, чем меня кормить, если от мяса откажусь.
 
Поели быстро, но со времени остановки прошло много времени. По моим прикидкам, часа полтора, не меньше. Удивительно. Предпочла бы двигаться короткими интервалами с небольшим отдыхом. И стоило так себя и меня загонять, чтобы отдыхать несколько часов? Впрочем, лезть с замечаниями к мужчинам не стала. В конце концов, не я бегу по лесу. Хотя, заставь они меня идти пешком, точно взбунтовалась бы.
После еды Павел предложил прилечь отдохнуть. Вот ты и попался! Пристроилась как можно ближе к парню и начала “пытку”, как он обычно это называл во время нашего путешествия вдвоём.
- Павел, - почти шёпотом приступила к допросу. - Скажи, вот ты со мной разговариваешь, когда собакой оборачиваешься. А почему Вольх не хочет?
Ответил сам Вольх, немного испугав меня. Честно - не ожидала, что он меня слышит, тем более, колдун был занят у костра. Чем, было плохо видно из-за его спины, загородившей обзор. Да и вообще, не хотелось его спрашивать.
Всё время после истерики, а если подумать, то и вообще со времени остановки, Вольх держался немного отстранённо. Я начала подумывать, не выдрала ли пару клочков шерсти, пока не приноровилась к ходу волка. Наверняка, не слишком приятно, когда тебе прореживают мех, вот и обиделся…
Сейчас он подключился к разговору легко, как так и надо. Похоже, его косые насторожённые взгляды или привиделись, или действительно испугался истерики. Мой бывший, тоже терпеть не мог женских слёз.
- Видишь ли, Настя, при обращении приходится выбирать, каким свойством будет обладать зверь. Дело в том, что Павел выбирает речь, при его службе это важнее, да и с тобой надо общаться, звериный язык ты не знаешь. Я при обороте выбираю магию, чтобы даже в зверином облике иметь возможность защищаться и защищать вас. Приходится решать, что важнее.
- Ничего себе, - потрясённо посмотрела на Вольха. - То есть ты… Ой, прости… те. Я не хотела вас обидеть и…
- Настя, давно пора перейти на “ты”, - с кривой усмешкой проговорил Вольх. - Ты не заметила, я именно так и делаю? С самого знакомства. Согласись, нам пришлось кое-что пережить вместе, и после того, как ты мне помогла “выкать” немного странно?
- Ну… Всё-таки вы… Старше…
- Для тебя это так важно?
- Да не то, что важно, - я начала нервничать. - Меня учили уважать людей в возрасте…
- Ох, Настасья, - Павел укоризненно покачал головой и отвернулся, скрывая улыбку. - Язык твой - враг твой…
Запыхтела от смущения, чувствуя, как краснеют щёки, только после слов оборотня, поняв, что ляпнула.
- Вольх, извини… те, я…
- Настя, - перебил чародей, - давай ты вздремнёшь, так будет проще и тебе, и мне. Несмотря на мой возраст… - язвительно добавил Вольх, которому разговор точно не нравился.
- Да ничего я против вашего возраста не имею, - сев, обхватила себя руками. - Ну… Ну… Ладно, короче… Ну…
- Настя, я всё понял, не стесняйся…
- Ладно, перейду на “ты”. Извини, если обидела.
Вольх улыбнулся и поспешил ответить, чувствуя, что сейчас опять начну мямлить и извиняться:
- Ты меня не обидела. О чём хотела спросить?
- Вольх, извини, но… Знаешь, не могу не спросить. Не сердись, если мне об этом знать нельзя. Я пойму, - опять замялась, поймав внимательный взгляд чародея. - А почему вы с Павлом не хотите при мне превращаться?
Оборотень помедлил, сомневаясь, стоит ли отвечать, и всё же проговорил:
- Начну с того, что процесс оборота не очень приятен на вид, особенно для непривычного человека. Наши сородичи видят обороты с первых дней жизни, привыкают, не обращают внимания, а вот представители других рас… Бывало непонимание и страх. И ещё - этот процесс, скажем так, рискованный в присутствии посторонних. В некоторые моменты оборота мы довольно беззащитны и этим могут воспользоваться. Поэтому выработалась традиция, теперь скорее привычка - оборачиваться или при соплеменниках, или при тех, кто очень близок и в ком уверен. Извини, не прими на свой счёт, это действительно привычка, а не недоверие к тебе. Если тебе это обидно, могу оборачиваться и при тебе, для меня это не станет проблемой…