Саймон Тэйкер и первый год в Хогвартсе (СИ)

— Спасибо, — сказал ей вслед Саймон, поднимаясь, — так и поступлю.
— Саймон, — внезапно сказал Гарри, — спасибо тебе… что предупредил.
— Не за что, — ответил Саймон, — после чего добавил, — не переживайте, я никому не скажу, что был здесь. Это тоже не в моих интересах.
Гарри кивнул. Гермиона уже ушла к себе, и они остались вдвоём. Гарри открыл Саймону портрет, чтобы тот мог выбраться.
Как и сказала Гермиона, Саймон направился к главной лестнице. Однако, как только он подошёл к ней, прямо перед ним выросла профессор МакГонагалл. Каким-то шестым чувством Тритон за мгновение до этого снова ущипнул Саймона, и мальчик отскочил в темноту, куда не достигал лунный свет. Лицо профессора светилось холодной яростью, и Саймон понимал, что если попадётся ей сейчас — она оторвёт ему голову, и ей ничего за это не будет. К счастью, профессор не заметила Саймона. Она умчалась в сторону гостиной своего факультета.
Саймон принялся осторожно спускаться по лестнице. Он благополучно миновал четыре этажа, но на третьем лестничный пролёт сторожили Аргус Филч и миссис Норрис. Саймон испуганно отшатнулся в коридор третьего этажа. Может, если вернуться к комнатам, где хранятся награды…
Внезапно он снова оказался около двери, где сидел гигантский трёхголовый пёс. И здесь Саймон почувствовал, что его нервы сдают. Он опустился на пол, закрыв лицо руками и с трудом сдерживая истерику. Хватит, довольно с него. Пусть его поймают, пусть его накажут, пусть его отцу напишут об этом — он больше не может, он хочет только добраться до своей постели. Он поднял было голову, чтобы крикнуть и дать им найти себя, как вдруг…
Он увидел перед собой привидение своего факультета, Кровавого Барона. Тот смотрел прямо на Саймона и улыбался.
— В чём дело, юный сэр? — заговорщически подмигнув ему, прошептал барон, — почему на вашем юном лице написано отчаяние?
— Я заблудился, — прошептал Саймон, — я не могу вернуться в свою гостиную. А, — только тут до него дошло, — вы разве меня видите?
— Конечно, вижу, — тихо рассмеялся барон, — ты хорошо спрятался, юный сэр, но от призрака ты таким не укроешься. А насчёт гостиной — так я буду счастлив проводить тебя туда, маленький рыцарь. Ибо, не сомневаюсь, сюда тебя привели дела неотложные и благородные.
Поднявшись, Саймон покорно последовал за призраком. Он так устал, что ему было всё равно, куда его приведут — хоть в кабинет к директору школы. Но нет, они спустились на три этажа через пару тайных ходов, миновали дверь в большой зал, спустились в подвалы и…
— Простите, — шепнул Саймон, — а вы можете посмотреть, нет ли там кого возле входа в гостиную?
— Возле входа в гостиную, — Барон прищурился, и Саймон понял, что так он смотрит сквозь стены, — нет, юный сэр, путь чист — так что вперёд.
Через минуту они оказались около стены, ведущей в гостиную Слизерина. Саймон из последних сил шепнул, — Семейное Древо.
Часть стены отъехала в сторону. Саймон повернулся к призраку.
— Спасибо, сэр, — сказал он, — вы меня спасли.
— И я буду счастлив сделать это в будущем, коли возникнет такая необходимость, — кивнул барон, — сейчас же — меня ждут дела. Доброй ночи.
И он прошёл прямо сквозь стену. Саймон опустился в одно из кресел. От одной только мысли, что сейчас надо подняться на третий этаж, чтобы лечь в свою постель, его мутило. О том же, чтобы взять волшебную палочку и снять с себя Дезиллюминационное заклятие, и речи не шло. Саймон поднял руку — её контуры, хоть и бесцветные, уже были чётко видны. Наверное, через два-три часа действие заклятия прекратится само собой.
Тритон выскочил из кармана Саймона, сел ему на плечо и принялся аккуратно покусывать мочку уха. Сил на то, чтобы прекратить это безобразие, у него не осталось. Да и, по правде говоря, это было даже немного приятно. Мальчик и сам не заметил, как провалился в глубокий сон…
  
Глава 8
 
Тролль на Хэллоуин
 
— Эй, ты чего тут делаешь? — Саймона кто-то потряс за плечо. Ощущая жуткую головную боль, он открыл глаза. Перед ним стоял Драко Малфой.
 
— Ты чего, тут спал, что ли? — фыркнул он.
— Да… я что-то вчера после астрономии присел сюда, задумался… и, наверное, уснул, — пробормотал он.
— Ну, на пользу тебе это не пошло, — уверенно сказал Драко, беря за руку Саймона и вытягивая его из кресла, — выглядишь просто кошмарно. Пошли умываться, а то ты такими темпами ещё и завтрак пропустишь.
Саймон воздал хвалу небесам за то, что легенда для его плохого самочувствия так удачно сложилась сама собой. Не тратя ни секунды, он поспешил приводить себя в порядок.
— Готов поспорить, эти болваны уже на пути домой отсюда, — важно сказал Драко, когда они в половину девятого входили в Большой Зал.
И каково же было его удивление, когда прямо у входа они увидели сидящих Поттера и Уизли. Те тоже увидели их и посмотрели на них со смесью веселья и презрения.
— Этого не может быть, — прошептал Драко, усаживаясь на скамью, — неужели их не поймали?
— Может, и поймали, — пожав плечами, убедительно соврал Саймон, — но даже за нарушение режима первокурсников вряд ли сразу берут и выгоняют. Я, честно, говоря, и не ждал, что их исключат…
— Да нет, — уверенно сказал Драко, ещё раз посмотрев на гриффиндорский стол, — их точно не поймали. Уж слишком у них довольные рожи.
— Драко, прискорбно меня извини — но мне до этого совершенно нет дела, — с лёгким оттенком раздражения сказал Саймон, накладывая себе на тарелку яичницу с беконом, — у меня и так голова раскалывается, а ты мне ещё и предлагаешь подумать над тем, поймали их или нет. Может, они вообще не покидали спальни ночью. Я-то откуда знаю.
— Ничего, — фыркнул Драко, — думаю, у меня ещё будут шансы с ними поквитаться.
Саймон, несмотря на головную боль, в очередной раз раздосадовано подумал: чем Поттер и Уизли так задели Малфоя, что он жаждет им исключения? На его взгляд, виноваты они были лишь в том, что не обращают на него внимания. Но он искренне не понимал, как на подобное можно обижаться. Саймон, будучи сыном посла, оказывался в центре внимания большого количества людей куда чаще, чем ему хотелось. И он, наоборот, ценил каждую минуту спокойствия и уединения. Драко же… впрочем, какая разница?
Внезапно он почувствовал на себе взгляды со стороны преподавательского стола. Осторожно обернувшись, он умудрился поймать взгляды сразу троих учителей. Альбус Дамблдор с любопытством смотрел на Саймона, словно тот учудил нечто такое, чего от него никто не ожидал, и это очень заинтересовало директора. Профессор Снейп посматривал на Саймона хоть и хмуро, но казалось, что он чем-то доволен. Профессор же МакГонагалл, судя по её губам, была крайне раздражена. И у Саймона возникло крайне нехорошее чувство, что всё это связано с его ночными похождениями.
Бросив взгляд на часы, Саймон поспешно заработал ложкой. До начала занятий оставалось всего десять минут, а первый урок — травология, и до теплиц надо ещё успеть добежать…
* * *
Через неделю случилось событие, которое вызвало возмущение на всём факультете Слизерин. За завтраком в Зал влетело шесть сов с большим длинным свёртком. Адресатом этой посылки был Гарри Поттер, которому сверток упал аккурат на тарелку с едой и разбил её. Через несколько секунд ему на голову упало письмо.
— Интересно, что это ему там прислали, — протянул Драко, внимательно наблюдая за Поттером, — по размеру судя что-то большое… неужели… да ну, быть того не может.
Он с трудом дождался конца завтрака, после чего встал и бросился их догонять. Саймон пошёл следом — ему тоже было интересно, что там такое, кроме того, не помешает присмотреть за тем, чтобы Драко не вышел из себя.
Крэбб и Гойл успели вырасти перед Гарри и Роном как раз в так момент, когда те подходили к лестнице. Драко Малфой, подойдя секунду спустя, вырвал у Гарри свёрток и оценивающе ощупал его.
— Это метла, — категорично заявил он, бросая сверток обратно Гарри. В его голосе читались злоба и зависть, — на этот раз тебе не выкрутиться, Поттер — первокурсникам нельзя иметь свои метлы.