Архипелаг раздора (СИ)

В кабинете Виктора царила чистота, среди которой светлым пятном желтел переполох бумаг. Первым делом мужчина бросился закрыть собой случайный беспорядок, но королева безразлично отстранила друга и села за стол.
– Мы долго ждали, когда ты наконец посетишь нас...
– Вот и свершилось. – Женщина запустила руку в складки платья, откуда вскоре достала свою старую, единственную и неизменную трубку, а новую и блестящую положила перед собой. – Северин продолжает заваливать меня глупыми письмами.
– Но ведь ты и так согласилась принять его послов...
– И даже покажу им орден, – как о чём-то неважном сообщила королева, и на неё уставились два изумленных взгляда: один – довольный, второй – настороженный.
– Я рад, мама, что ты решила поделиться знаниями!
Глаза Анны смеялись, пока она с удовольствием раскуривала трубку и вводила в полное недоумение остальных.
– Мама? – не вытерпел Герман, и женщина выпустила кольцо дыма.
– Мы покажем им орден, но другой. Я уже распорядилась обустроить заброшенный дворец.
– Великолепно! – рассмеялся Виктор. – У нас самая мудрая королева из всех когда-либо правивших этим островом!
– Посадим там цветы, сделаем грядки, разместим несколько усердных монахов, которые будут поклоняться... допустим, Сцилле, и пускай послы ищут там следы Асха!
– А что будет, если обман вскроется? – испортил ликование принц.
– Каким образом?
– Что, если шпион из настоящего ордена расскажет об этом послам?
– Исключено!
– Почему? Мы до сих пор не можем найти эту крысу! Или крыс, что ещё хуже!
– Герман, всё будет в порядке. Никто не знает о том, что сюда едут послы.
– Но для чего ты обустраиваешь дворец?!
– Захотелось мне новое место для отдыха!
Анна невозмутимо следила за тем, как сын возмущенно качает головой.
– Мой дорогой, мой любимый наследник! – обратилась она к нему. – Всё, что я делаю, ведёт лишь к процветанию и укреплению нашего государства и... – королева ненадолго замолчала, дождавшись полного внимания от сына, и закончила: – всех Кордов.
Молодой человек вздохнул, скидывая с себя тяжелые мысли, и отвернулся.
– Мне очень нужна твоя помощь, – проникновенно продолжила мать, и сын немедленно откликнулся, – пора вывести силу Асха из этих стен. И я хочу, чтобы ты был первым, кто это сделает!
– Конечно, как скажешь. – Герман и забыл, что секунду назад злился на неё и не хотел понять, теперь же он был готов свернуть горы, чтобы она всегда была счастлива.
– Ты отправишься в наш псевдоорден, используя скорость, посмотришь, насколько там всё готово и расскажешь мне.
Королева улыбнулась, слегка вздернув подбородок, но тут её взгляд упал на стол, на один единственный лист, где несколько символов соединилось в имени её дочери. Лицо Анны побледнело, трубка выпала из рук, и Виктор бросился поднимать её.
– Что это? – отчеканила женщина, когда прочла бумагу.
– А это... – Мужчина замер, не в силах посмотреть на Анну.
– Этого я так не оставлю!
Королева вскочила, отобрала трубку из холодных рук главы ордена и направилась к двери. Перепуганный Герман вырвал лист и быстро пробежал его глазами.
– Мама! – выкрикнул он ей вслед.
– Нет, даже не говори мне ничего!
– Мама, подожди!
Сын безуспешно прорывался сквозь стражу, которая немедленно окружила идущую женщину, и всё, что ему осталось – говорить в их присутствии.
– Мама, пожалуйста, успокойся! Это же ничего не значит!
– Я запру её! Навсегда!
– Не делай этого, прошу тебя...
– А если она сбежит, отдам замуж за первого посла, который переступит порог моей приёмной и отправлю жить с ним на его остров! Откуда бы он ни прибыл! Клянусь морскими богинями!
Герман остановился. Во всём теле клокотало, бурлило, но он был бессилен. Марианна преступила последнюю черту.
  
Глава 14
 
Шум волн и утробное урчание Корда им в тон успокаивали Марианну. Она пришла в корпус очень рано, ещё не зная, что вчера секретные документы о вступлении в орден перестали быть таковыми. Единственное, что заботило её в это безоблачное утро – неотвязные мысли о Германе, заглушить которые не мог даже любимый левиафан. Тот плескался у берега, пытаясь заманить девушку к себе, но та лишь задумчиво теребила свисток.
 
– Марианна, здравствуй! – раздался за спиной знакомый голос, но принцесса и не подумала обернуться.
Тихий шелест песка присоединился к песне океана, но только сильнее поднял бурю в истомившейся душе.
– Даже не ответишь? – Опустилась рядом Элла и посмотрела на бывшую подругу.
– А зачем?
– Я скучаю по тебе, – искренне призналась наездница и перевела взгляд на горизонт. – Мы хорошо дружили, часто плавали вместе, мне этого не хватает.
– А мне прекрасно и так!
– Если это правда, я рада. Честно! Мне бы не хотелось, чтобы ты чувствовала себя одиноко...
Марианна метнула испепеляющий взгляд и пересела подальше. Элла поняла, что начала совсем не с того, и попробовала исправиться:
– Корд тоже очень скучает по тебе.
– Я вижу.
– Ты стала реже приходить, и он хуже ест. Они очень верные, эти создания, если подпускают кого-то, то навсегда.
Принцесса посмотрела на Корда и, как только он заметил это, начал красоваться с удвоенным усердием. Он и фырчал, и бил хвостом по воде, и выписывал такие странные фигуры, что хозяйка не смогла не улыбнуться.
– Он любит тебя. Не бросай его так надолго.
– Не буду, – уже теплее проговорила Марианна. – А как у тебя дела? – грубовато спросила она затем, но девушка ничуть не обиделась.
– Наверное, хорошо. Недавно вылупилось новое поколение. Кажется, они гораздо сильнее всех предыдущих! И крупнее! Кстати, твой Корд тоже станет папой.
– Правда?! Когда? – Обида принцессы испарилась, и она жадно ловила каждое слово о любимце.
– Пока сложно сказать, но он давно не отстаёт от Кары. Она та ещё заноза! Вечно лупит его хвостом по морде, а он радуется как дурачок!
– Я видела её?
– Думаю, да, но вряд ли запомнила. Она не в моём отряде.
– Я бы хотела на неё взглянуть.
– Приходи завтра! Завтра будет общий сбор, а после него я покажу тебе её. Но она с характером, к ней близко лучше не подходить, – улыбнулась Элла.
Марианна легко согласилась и почувствовала, что всё вокруг стало как раньше. Они сидели на одной полосе берега, смотрели вдаль, разговаривали ни о чём и, наверное, мир вновь приобрел былые краски, но позади них от темного пятна зелени отделилась фигура и направилась к ним быстрой походкой. Вскоре стало ясно, что это Герман, и Элла поднялась. Принцесса не спускала глаз с сияющего лица девушки, и черная туча налетела так же быстро, как поднимается буря в океане. Марианна отвернулась, когда брат целомудренно поцеловал любимую в лоб.
– Увидимся позже, – полным нетерпения голосом ответила Элла и обратилась к подруге: – Значит, завтра здесь же?
– Я не приду!
– Почему? Я думала...
– Не хочу я видеть никакую Кару! Это дела Корда, вот пусть он сам с ней и видится!
Девушка попыталась подняться в своей обычной порывистой манере, но ступни заскользили по шелковистому песку, и она забавно упала. Пара замерла, неестественно выпучив глаза, но тень улыбки если и мелькнула на их каменных лицах, то пропала вместе с погрузившемся под воду левиафаном.
– Подожди! – выкрикнул Герман и догнал спешащую уйти сестру.
– Не хочу вам мешать!
– Но я пришёл к тебе!
– А я к тебе не приходила!
– Я искал тебя вчера весь вечер, где ты была?
– Мог бы зайти ночью, я прекрасно спала в собственной постели!
– Марианна, послушай, да остановись же ты! – выкрикнул он, и та застыла.
Брат обошёл её кругом и крепко обнял.
– Скажи мне правду, ты вступила в орден Асха?
Девушка оттолкнула его и попыталась уйти, но он больно сжал её руки и заставил насильно посмотреть на него.