О князе и грязи (СИ)

Поэтому когда на ВНД ему стали втирать про то, что собаки не имеют достаточного развития мозга, чтобы пользоваться орудиями, Кир не стал возбухать и тащить Филина в здание. Он теперь понимал, почему Ма велела фильтровать всё, что говорят профессора, и включать свою голову. Земные собаки, может, и правда не умеют с пульта включать кондиционер, а вот Филин на второй день в общаге научился.
Наконец семинары на сегодня кончились. Кир вылетел из учебного корпуса как ошпаренный. Будь он дома, сейчас бы побежал нырять в реку или, если зимой, то гонять по горам на лыжах. Здесь же ни реки, ни гор, да и не с кем. Друзей он так и не завёл, не Бабулю же тащить на подвиги! Тем более что до неё ещё надо телепортом добираться, а во второй половине дня там всегда очередь.
Тут Кир вспомнил, что при университете вообще-то был спорткомплекс, более того, студенты были обязаны проводить там несколько часов в неделю, чтобы поддерживать себя в тонусе после долгих часов по аудиториям. Ма объясняла ему, что при этой системе большинство затягивает до пятницы, а потом в выходные упластывается в ноль, чтобы выбрать все обязательные часы, так что в конце недели там всегда очень людно и суматошно. Кир решил для себя, что жалкие обязательные шесть часов будет расходовать в понедельник-вторник, а на остальные дни найдёт себе спорт где-то ещё, чтобы не толкаться. Но сегодня как раз был вторник, самое время пойти спустить пар на каком-нибудь тренажёре.
Пройдя квест с регистрацией, получением ключей от персонального шкафчика и переодеванием в общественной раздевалке, навевавшим невесёлые воспоминания о приютской жизни, Кир вышел в тренажёрный зал.
О тренажёрах Кир получил некоторое представление, когда ездил с отцом на Землю. В гостинице был спорткомплекс, и отец ходил туда размяться после интеллектуального труда, а Кир увязывался с ним. Правда, собственно вот эти подвижные машины они оба обходили стороной, равно как и свободные веса. В муданжских боевых искусствах тренируются только с весом своего тела, ну или при помощи каких-нибудь мелких подручных средств, если задача — развить ловкость и балансировку.
Поэтому Кир аккуратно обогнул всё непонятное и направился в угол, где стоял целый комплекс из жердей, колец и торчащих в стороны поручней. Он размялся, поболтавшись на поручнях так и этак, а потом приступил к своей обычной тренировке: подтянуться, крутануться через палку, подтянуть ноги к палке, выровняв тело горизонтально, повращать в таком положении стопами по десять раз в каждую сторону, вывернуться спиной кверху и крутануться в обратную сторону. Потом спрыгнуть на пол и начать всё снова. Он сделал пяток подходов и собирался уже перейти к подтяжкам на одной руке, когда сзади кто-то засвистел и захлопал.
Обернувшись, Кир обнаружил у себя за спиной небольшую толпу, возглавляемую Абрашем во всей зубасто-бриллиантовой красе.
— Я и не знал, — весело заговорил тот, — что у нас среди прочих включённых сервисов есть ещё и цирковые представления!
— Да нет, — ответила ему девушка из толпы, — это просто кто-то из студентов ручную обезьяну тут оставил.
Вся группа загоготала.
Кир спрыгнул на землю и сделал несколько шагов к Абрашу.
— У тебя зубы лишние, что ли? — по возможности миролюбиво, но громко спросил он. В отличие от порядочных муданжцев, росших в семьях, Кир так и не усвоил серьёзности запрета на травмы лица. — А то смотри, если я их тебе выбью, ещё и продать смогу. Двойная выгода.
— Уф! — Абраш делано отшатнулся. — Дикий зверь! Смотрите, даже говорить по-человечески не умеет, только из берлоги выбрался — а туда же, образование получать!
Кир очень хотел ему двинуть. И пусть Ма два года сверлила ему мозги, что в земном университете это неприемлемо, сейчас его бы это не остановило. Затормозил он только потому, что, применив силу, подтвердил бы мнение Абраша — что он дикий и неотёсанный мужлан. Ну ладно же.
— А, так ты хочешь цивилизованно? — скривился Кир. — Не проблема, только сам потом пожалеешь, что не отделался зубами.
 
С этими словами он приподнял запястье и ткнул на браслете тревожную кнопку.
— Князь? — зазвучал из часов голос дежурного телохранителя.
— Да, это я, — откликнулся Кир, не переходя на муданжский. — Мне тут создаёт проблемы какой-то Абраш с Шидынмы. Говорит, у его семьи там алмазные прииски. Ты не можешь что-нибудь с этим сделать?
— Вас понял, передам начальнику безопасности, — подтвердил телохранитель. — Мне вмешаться сейчас?
Абраш, с которого Кир не сводил глаз, сначала скалился, но услышав серьёзный ответ на том конце, напрягся.
— Да нет, он так-то беспомощный, — заверил Кир. — Просто возомнил о себе слишком много.
— Так точно, — ответил телохранитель. — Прошу, держите в курсе, если ситуация получит развитие.
Кир пообещал перезвонить если что и отключился.
— Ну и что ты мне сделаешь? — фыркнул Абраш, но глаза у него забегали.
Кир пожал плечами, развернулся и снова принялся за свои упражнения. К решению таких проблем он уже привык на Муданге. Далеко не все жители спокойно принимали его существование, а кому-то и вовсе казалось, что раз Император подобрал с помойки одного сынка, то может и ещё кого-нибудь подобрать, а там — вдруг новый подобрыш окажется лучше прежнего? Поэтому время от времени особо одарённые сверстники пытались за счёт Кира продемонстрировать Императору свои невероятные навыки и способности, и Кира уже давно было не пронять публичными нападками. Экзамены он сдал без протекции и в университет поступил сам, а таким утыркам, как Абраш, полезно утереть нос хоть разок, и пусть Кир это сделает не лично, а через ресурсы семьи. На то она и семья, в конце концов.
Тем временем Абраш и его подпевалы принялись что-то скандировать и кидаться в Кира пенковыми блоками и ещё какими-то неизвестными снарядами. Кир воспринял это как вызов своей ловкости — и продолжил упражнения, по ходу отпинывая прилетающие предметы. Пару раз засветил кому-то по голове.
Наконец в этот балаган явился тренер и стал выяснять, что происходит и почему от группы Абраша во все стороны летят предметы. Кир уселся на своей планке, скрестив ноги, и приготовился доказывать свою невиновность, но тут у Абраша зазвонил телефон.
Он вынул трубку — золотую, с мозаикой из бриллиантов разного цвета на обратной стороне, — выслушал звонившего и прямо на глазах вытянулся в струнку.
— Да, хорошо, — услышал Кир. — Хорошо, отец, я понял.
Когда он убрал трубку, Кир смотрел сверху покровительственно. Абраш зыркнул на него с ненавистью, но ничего не сказал.
— Так что тут происходит? — спросил тренер.
— Ничего, — буркнул Абраш. — Пошли. Пошли, я сказал!
И, забрав своих приспешников, он гордо удалился.
— Ваше высочество! — раздался откуда-то сбоку голос нагеленного эспажанца. — Вот это да, вы их так круто сделали! Правильно! Так им и надо, пустобрёхам! Если что, имейте в виду, я всегда на вашей стороне!
— М-да? — ухмыльнулся Кир. — И где же ты был, когда они на меня быковали?
— Ну я не сразу заметил, — забормотал эспажанец. — Вы так быстро решили проблему, я не успел даже слова вставить...
— Сидел он смотрел шоу, — вклинился другой голос с эспажанским акцентом. Кир кувырнулся на руках и приземлился перед новым персонажем. Этот был повыше и повнушительнее нагеленного, да и на лице читалось побольше интеллекта. — И не он один. Мы с друзьями тоже не вмешивались, уж прости, интересно было, что ты сделаешь.
Упомянутые друзья толпились у соседнего тренажёра, скаля белые эспажанские зубы.
— Это у вас тут так принято, делать из людей шоу? — недобро спросил Кир.
— В какой-то степени, — легко согласился новый знакомый. — Пойми меня правильно, если б они на кого из вундеркиндов стали наезжать, я бы первый вступился. Но ты — принц и небось не лыком шит, без моих соплей мог разобраться. И разобрался же! Тут, видишь ли, закон джунглей. Каждый вначале должен показать, на что способен сам, а потом уж можно звать на подмогу. Иначе уважать не будут, понимаешь?