О князе и грязи (СИ)

И тут до Кира дошло.
— Предыдущий! — выпалил он, возликовав. Вот что говорил этот рыжий! Что у него с языком, медведь прожевал, что ли?! — Нет, предыдущего у меня не было!
Только выпалив всё это, Кир вспомнил про ареян. Оглянулся — ну точно, стоят пырятся все четверо, хихикают в кулаки. Ладно, хорошо, на весь филологический его теперь ославят. Плевать, он же поступил на биомед.
Наконец, обретя университетский аккаунт, Кир решил пройтись по кампусу и присмотреть себе местечко, где поботать. Кое-какие идеи у него уже были на основании фоток и буклетов, но и лично разведать стоило. Он вышел на улицу и завернул за угол, туда, где располагалась парковка для собак. Филин ждал на привязи, чинно улегшись на траву, но при виде хозяина вскочил и завилял всей задней частью тела.
— Скучно тебе тут? — вздохнул Кир, снимая поводок со столбика и почёсывая Филину холку.
Вопрос Филина в университете до сих пор не был решён. Оставлять его на Муданге было бы жестоко — он всю жизнь с Киром бок о бок, они оба не представляли, как можно расстаться почти на год. На время уроков запирать его в общажной комнате Киру тоже не нравилось. Филин привык гулять по собственному усмотрению и только изредка — с хозяином. Оставалась вот эта собачья парковка: столбики вдоль стены на таком расстоянии, что привязанные собаки не дотягивались друг до друга. Тут кто-то выл, кто-то скулил, кто-то лаял, а кого-то хозяин плохо привязал… Обстановка нервная, а если какая шавка сорвётся с поводка и решит выяснить отношения с Филином, её могут потом и не досчитаться. Худульский горный пёс — не комнатная собачка, а дикий хищник. Порвёт и не заметит.
Пока Кир надо всем этим размышлял, к соседнему столбику подошёл какой-то парень и отвязал своего корги. Пёсик тут же потянул хозяина знакомиться с Филином.
— Привет! — сказал хозяин Киру. — Это у тебя самоед такой здоровый?
— Привет, — автоматически ответил Кир. — Нет, это с моей планеты. У нас называется северная горная собака.
— Ого, — парень укоротил поводок своего корги. — Звучит сурово. Не порвёт?
— Если на него не бросаться, — пожал плечами Кир, оглядывая собеседника. Тот выглядел, как тамлинг: невысокий, коренастенький, темнокожий, с пучком слегка вьющихся волос на макушке и одетый в шёлковые шаровары с золотыми узорами и такую же рубашку со стоячим воротом. — Ты студент?
— Теперь да, — довольно улыбнулся тамлинг, блеснув белыми зубами, к счастью, без алмазов. — Сегодня первый день на первом курсе физмата.
— Серьёзно?! — обрадовался Кир. — Я на биомеде первый день! Ты тоже с тура слинял?
Тамлинг закатил глаза.
— Я на него даже не ходил, только зашёл поздороваться с деканом. У меня отец тут преподаёт, я этот тур сам провести могу.
— Круто! — улыбнулся Кир и, собравшись с силами, протянул руку. — Я Кир.
— Париндра, — сказал он и поклонился, не беря его руку. — Это значит “лев”. А твоё имя что значит?
Кир неловко спрятал руку в карман, чувствуя себя идиотом. Тамлинги не жали рук! Это только земляне! Но вопрос был ещё хуже.
— Моё имя очень древнее, и теперь книжники не могут согласиться, что оно значит, — пробормотал он. — Кто-то говорит, “солнце”, другие — “заботиться”, а третьи — “унижать врагов”.
Париндра расхохотался.
— Я считаю, это отличное сочетание! Если ты проживёшь жизнь в согласии с этими значениями, ты будешь счастливым человеком!
Кир осторожно улыбнулся. Наверное, надо было ответить что-то аналогичное про льва, но на Муданге они не водились, и он мало что про них знал.
— Ты сейчас уже домой пойдёшь? — не придумал он ничего лучшего.
— Нет, я хотел почитать где-нибудь под деревом, пока погода хорошая.
— Я тоже! — обрадовался Кир.
— Тогда пойдём к собачьему клубу. Ты его не нашёл ещё?
Кир помотал головой.
Париндра привёл его в дальнюю часть кампуса, на приличном расстоянии от зданий. Здесь угол территории был огорожен звукоподавляющим стеклом, а внутри колбасилось разное зверьё. Кто-то бегал кругами, кто-то лазал по тренажёрам, кто-то просто расслаблялся в теньке. Присмотревшись, Кир заметил, что там не только собаки, но и какая-то экзотика вроде обезьян, пантер и одного варана. К счастью, внутри “собачий клуб” тоже был разгорожен на зоны, чтобы никто никого не загрыз.
 
— На время занятий лучше тут его оставлять, — сказал Париндра, вручая поводок коржика смотрительнице. Пёсик тут же воодушевился и рванул в гущу событий. Смотрительница отвела его к тем, кто бегал, и спустила с поводка. — Мой тут уже всех знает.
Филин посмотрел на бесильню и презрительно чихнул.
— Пойдёшь? — спросил Кир.
Тот встряхнул головой и потянул Кира к лавочке поодаль.
— Он не очень любит играть с другими собаками, — признался Кир.
— Привыкнет, — заверил Париндра и подмигнул.
Они уселись на лавочке. Филина Кир украдкой спустил с поводка — далеко тот отходить не будет, так, обнюхает всё вокруг. Сверившись с расписанием на завтра, Кир открыл на планшете курс по молекулярной биологии. Париндра достал из кармана шароваров маленькую книжечку и раскрыл на середине. Книжечка была сильно потасканная, а текст, насколько Кир видел, в ней располагался узкими столбцами.
— Это молитвы? — поинтересовался Кир.
— Стихи, — усмехнулся Париндра.
— О, — удивился Кир. — Я думал, ты по учёбе что-то читать хотел.
Париндра смерил его насмешливым взглядом, почти как Филин — собачий клуб.
— За первый курс? Я там и так всё знаю.
Кир захлопал глазами.
— А зачем тогда поступал?
— Надо же диплом получить, — пожал плечами Париндра. — А мне всё равно, в каком парке стихи читать, здесь или у дома.
Кир отвернулся от него и уставился в экран. Он что, один тут недотёпа из глубинки?!
  
Глава 4
 
На занятие по молекулярной биологии Кир двигал с новой целеустремлённостью. Вчера созвонился с отцом — тот, конечно, хотел знать первые впечатления от университета. Кир ему, конечно, ничего не сказал о своих неудачах. Мол, занятий не было, с кем учусь, пока не знаю, поводов для знакомства не нашлось. Вот определится состав группы, тогда… Кир так убедительно это преподнёс, что сам поверил. Действительно, что ему эти математики с филологами? Сегодня придёт в свою группу, где будут нормальные люди с общими интересами. Это как у матери с клубом было: одно дело какие-то случайные соседи, а совсем другое — люди, осознанно выбравшие именно этот круг интересов.
Таким образом преисполнившись оптимизма, Кир явился в аудиторию с улыбкой и настроем наделать кучу друзей на все года обучения. На биомеде первый год все учились вместе, потом начиналось разделение на медиков и исследователей, и с каждым годом область изучения становилась всё уже. А чтобы на первом курсе группы были не слишком большими, их делили случайным образом, поэтому Кир не знал, будет в его группе ещё кто-то, кто метит в медицину, или нет, но в любом случае собирался завести знакомства.
Аудитория оказалась небольшая — всего человек на десять. Кир пришёл чуть-чуть заранее, и кроме него здесь уже было трое: две ареянки и, вероятно, землянка.
— Привет! — лучезарно объявил Кир.
Ареянки обернулись к нему на секунду, кивнули и вернулись к прерванному разговору. Землянка закатила глаза.
— Из всех возможных мест… — пробормотала она.
Кир не понял, к чему она это, но засмотрелся. На девушке был розово-коричневый спортивный костюм, сидящий немного туго на её выразительных округлостях, и это сочетание цветов ласкало взгляд. Пушистые русые волосы девушка забрала в небрежный пучок, и выпавшие из него лохмушки мило обрамляли румяное лицо. Кир обошёл длинный стол первого ряда и прицелился на стул рядом с розовой пышечкой, но там оказались сложены её вещи. Тут Кир припомнил, что Ма говорила, мол, земляне любят рассесться попросторнее, и занял место через одно от девушки.