Дракон в мантии (СИ)
Со всеми остальными я попрощалась еще утром. Даже к королю заехала на утреннюю аудиенцию. Простилась и попросила прощения за то, что всей компанией столь внезапно сбежали с бала. Его величество простил и попенял, что не взяли с собой и его. Ему эти приемы тоже вот где, но положение обязывает. Хороший у Аркара все-таки правитель, свойский.
— Медь, давай прощаться? — Норал обнял меня и сунул в руку маленький бумажный сверток. — Это семена местных роз. Ты любишь цветы, я знаю. Не переживай, они абсолютно неприхотливы! Поливай, и все. Посадишь у себя на подоконнике, будут напоминать тебе об Аркаре. И выше нос, подруга! Ты возвращаешься домой!
Я сглотнула комок. Ненавижу прощаться. Особенно навсегда.
— Мессир Мар, возвращаю перстень, — я стянула кольцо с пальца. — Не скажу, что он мне помог, но надеюсь, что не запятнала его имени, пока он был у меня.
— Медь, дать его тебе было честью. Я рад, что не ошибся в тебе, Избранная. — Гордин забрал перстень и бережно положил в коробочку. — Вот, держи на память. — В мою руку скользнул теплый медальон на шнурке в виде Уробороса.
— Спасибо, мессир.
— Да ладно тебе! Просто Гор.
— Мне тебя будет очень не хватать! — Меня перехватила магичка и всхлипнула, уткнувшись в плечо — Но… все когда-то заканчивается. Я понимаю, что ты приходила к нам не навсегда. Избранные всегда возвращаются в свои миры. Медь, не забывай нас. Вот, держи. Это значок городской стражи. Мелочь, конечно, но пусть напоминает.
Я обняла магичку в ответ. Вот уж по ком я буду скучать невероятно. Сельма, моя Сельма. Резкая, прямая, взрывная и надежная, как противотанковая лобовая броня. Мне ее будет не хватать. Слезы все-таки прорвались. Эх, сейчас бы хлебнуть романики.
— Медь, рад был знакомству, — Джулиан коротко стиснул мою руку. — Раз уж все тебе что-нибудь дарят, то вот, — герцог стянул с мизинца перстень. — Кольцо эльфийской работы, его подарил моему отцу его друг, эльфийский маг. В нашей семье верят, что оно оберегает от тварей Хаоса.
— Ваша светлость, не нужно! — запротестовала я.
— Джулиан, — поправили меня.
— Джулиан…, - послушным эхом повторила я. — Но я не могу принять такой дорогой и стоящий подарок!
— Можешь. Тем более что благодаря тебе у нас появилось новое оружие. И теперь кольцо мне не пригодится. Бери.
Отказываться дальше было очень неудобно, и я взяла. Красивое и очень изящное. Как раз будет на безымянный палец.
Ариус дал чешуйку. Кристалиса и Ксади по две, на сережки. Маркус чешуйку зажал, но преподнес металлическое кольцо дивной работы с многоцветными переливами. Я по очереди обняла драконов за шеи. Точнее, попыталась. Наверное, со стороны я была похожа на колокольчик на шее у коровы.
Подошел Никсар и молча меня обнял. Ну что, друг, буду скучать. Конечно, временами хотелось прибить, но мы столько пережили вместе, что это нормально. Любого хорошего друга временами хочется прибить. Проверено.
— Медька, — поглаживая меня по спине, прогундосил парень, — мне тебя будет не хватать.
— Мне тебя тоже, Ник, мне тоже…
— Вот, держи! — Мне в руки плюхнулся очередной сверток из плотной бумаги. — Это лучший сорт пустынного вина во всем Аркаре. Я знаю, ты его любишь. А я его совсем не умею заваривать. Вот дома и заваришь, как надо. Будешь пить и вспоминать меня и Аркар.
Вот зачем он так, а? Если до этого я еще как-то держалась, то сейчас слезы полились ручьем и я, всхлипывая, ревела у него на плече. Ник шептал что-то успокаивающее и снова гладил по спине. Чем провоцировал новый слезный поток. Наконец, я немного успокоилась и отпустила парня с совершенно промокшей мантией.
Потом подошел Фернан и, хлюпнув носом, протянул маленькое складное зеркальце.
— Медь, это тебе. Сделано по индивидуальному заказу. Белое золото, драгоценные камни. Покрыто небьющимся составом. С твоей монограммой. Пользоваться ты им, конечно, не сможешь, но как сувенир вполне сгодится. И… спасибо тебе за все.
— Тебе спасибо, Фернан. Вам всем спасибо, — я обняла мага. Атмосфера душераздирающая. Было полное ощущение, что меня хоронят, а не домой провожают. Хотя, может, так оно и было…
Норал и Фернан встали по краям крупных кристаллов и что-то начали шептать вполголоса. Воздух в нарисованном круге завибрировал как в жару.
— Медь! — Ко мне размашистым шагом подошел Архимаг. Мне стало стыдно. В грустной суете я совсем о нем забыла. Глаза мужчины были влажными, будто от сдерживаемых слез. Хотя мы здесь сейчас все такие. Сельма вот вообще стоит, в платочек сморкается. Судя по золотистой монограмме на пол платка, в Джулианов. — Вот, держи. В свертке несколько локтей кружева, того самого, которое тебе так понравилось. И вот еще шкатулка. Со временем сама увидишь, для чего она нужна. Во всяком случае, я очень надеюсь, что увидишь.
— Спасибо, Аджим, — я даже не знала, что еще сказать. Хорошо, что хоть кружево с манжета на память мелодраматично не отодрал.
Маг подал мне сундучок с машинкой, а потом вдруг крепко обнял, уткнувшись лицом в волосы. От неожиданности я замерла и даже дышала через раз, пока мужчина стискивал объятия все крепче, переходя уже все грани приличий.
— Медь, прости за суккуба, — жарко прошептал Аджим на ухо и, отстранившись, с силой оттолкнул меня в круг. Что-о-о-о-о???
Додумать мысль я не успела, мир вокруг поплыл, стал мутным и нечетким, последней начала размываться фигура Архимага…
— Я понял, я все понял! — вдруг заорал Никсар. — Медь, ты не антимаг, ты…
Конец фразы потонул в нарастающем гуле. И я перенеслась. Вот так всегда, на самом интересном месте!
Послесловие
Я вернулась туда, откуда все и началось. Под обломки сарая. Оттуда меня доставали общими усилиями Динкиного отца и соседей. Подруга оттащила меня в травмпункт, дабы убедиться, что все со мной в порядке и отвезла домой, заявив, что к ветхим строениям я больше не подойду и на пушечный выстрел. Родителям решили ничего не рассказывать. Зачем волновать их попусту? Тем более что у мамы давление.
Дни потащились за днями. Работа, хобби, неспешные прогулки по парку. Машинка заняла почетное место в комнате, а из семян, подаренных Норалом, вырос чудесный розовый куст с крупными, кремово-розовыми цветами. И я, заблаговременно вооружившись талмудом по выращиванию роз, радовалась, что обещанные слова об их неприхотливости оказались правдой. В жизни б мне обычный куст из семян не вырастить.
Подаренный кофе, или пустынное вино, пить я так и не смогла. Как-то заварила чашечку, отхлебнула и проревела весь вечер в подушку. Все подарки, кроме шкатулки Архимага, спрятала на дальнюю полку, для теплой ностальгии должно было пройти время. Чтобы остыло, улеглось, забылось. А подарок Архимага, вырезанный из какого-то пахучего дерева, спрятала в шкафчик с туалетными принадлежностями.
Ночами часто снился Аркар. Я просыпалась, смотрела на единственную луну за окном и такие знакомые звезды и долго не могла снова уснуть. Слова Аджима я просто вычеркнула. Какая теперь разница, у кого на чей счет и какие были мимолетные фантазии? Зачем душу травить? Правильно же?
А однажды…
Однажды поздно вечером шкатулка тихонько тренькнула и коротко вспыхнула голубоватым светом. Привыкшая к подобным вывертам в Аркаре, я даже не испугалась и просто ее открыла. Внутри лежала записка, написанная красивым каллиграфическим почерком с завитушками.
“Милая Альмеди!
Как дела? Как прошло возвращение? Надеюсь, все хорошо. Прости, что так долго не писал, наладить связь оказалось сложнее, чем я предполагал. Но… В общем, у нас такое намечается! Без тебя никак. Собирай необходимые вещи, скоро за тобой придут. Точное время сообщу в следующем письме.
Очень соскучился.
P. S. Горячие приветы от Никсара, Сельмы, Норала, Гордина, Фернана, Джулиана и драконов. Ариус просил отметить его персонально. Отмечаю.
P. P. S. Ник придумал что-то очень интересное! Я всегда знал, что он толковый маг. Впрочем, об этом он сам расскажет тебе при встрече.