Дракон в мантии (СИ)

Драконихи даже вроде как подружились. О чем Маркус как-то плакался Норалу и Фернану и просил бочку пива и отпущения грехов. Пива маги тайком принесли за Академию, за отпущением послали к Гордину. Потом пришли Ксади и Кристалиса и Маркус отхватил люлей с двух сторон. Маги плюнули на мужскую солидарность и позорно ретировались, пока не перепало и им.
Иголку, кстати, забрали храмовники. Это теперь их реликвия. Лежит на красивой подушечке под стеклянным колпаком и радует прихожан центрального храма Всесоздателя и вообще народ Эквеса.
Я как-то зашла туда ради любопытства и еле унесла ноги. Меня узнали и решили продемонстрировать свою любовь и радость от встречи с таким прекрасным человеком.
Больше часа просидела в чьей-то голубятне в компании сизарей, пока меня не нашла поднятая по тревоге Сельма.
Магичка отделалась вывихом и общими ушибами, когда ловила падающего с лестницы стража. Поймать поймала, но приложилась чувствительно. Полтора дня она отлеживалась в лазарете, а потом нашла, где прячут ее одежду, и сбежала, мотивируя тем, что городская стража без ее бдительного ока и ласкового материнского пенделя окончательно распоясается.
Инквизитор отыгрывался на Ложе как мог. А мог он по-всякому, воображение имел буйное, а опыт — богатый. Статус друга Паладина, любимчика короля и подтвержденная правота выдавали ему полный карт-бланш. Недруги шипели как вода на сковородке, но возразить было нечего. Пользуясь случаем, Великий Инквизитор закручивал гайки потуже, и я даже начала опасаться, что так мы дойдем до массовых костров и божьих судов. Впрочем, мессир уверял, что он не псих, таким ужасом заниматься, а порядок навести нужно. Ибо Культ испортил ему ведро крови и километр нервов.
Как оказалось, явление Забытовского народу видели много кто, и по городу пошла гулять легенда, что Первый Паладин пришел на помощь Последнему в финальной битве всего хорошего против всего плохого. В некоторых вариантах я была зачислена в прямые потомки Первого (ни разу не исключено, но недоказуемо), где-то уверяли, что я и есть Первый, только в другой ипостаси, а кто-то говорил, что даже ипостась одна и та же, а я не человек, а сгусток божественной энергии. Слухи мне пересказывал Гордин и просил оные не комментировать, во избежание еще больших кривотолков. Но сознался, что поток в храмы кратно увеличился, а некоторых культистов Дозорным сдают сами прихожане, часто в побитом и связанном виде. Храмовники вынуждены перейти на усиленный режим функционирования во избежание самосудов.
Дракон Конси улетел. Я, как и обещала, два дня приходила к нему для общения и подпитки мудростью. А на третий он сказал, что в Эквесе для мудрецов слишком суетно, однако Избранная должна смиренно принять испытания славой. И отбыл вместе с братьями. Их имен я так и не узнала.
Ариус остался до моего возвращения домой. Решил, что провожать живого друга намного приятнее, чем хоронить мертвого, и он хочет перекрыть негативный опыт позитивным. Поддержала двумя руками.
Архимаг все-таки выделил Никсару лаборатории, и осчастливленный староста просиживал там днями и ночами. Точнее, мы просиживали. Нику позарез требовалось провести со мной какие-то измерения. Часто забегал Аджим и живо интересовался исследованиями. После битвы за Эквес общались мы ровно пару раз, даже пили чай. Со стороны смотрелись, наверное, очень колоритно. Он травил байки из прошлой, приключенческо-морской жизни, но благоразумно не касался первой аудиенции и Хаоса. Я тоже эту тему не поднимала, не хотелось расставаться на такой вот ноте. И кружево на пощупать я все-таки выпросила.
Техномаг Раших Варди, тот самый, который сразу после моего прибытия начал разрабатывать новые варианты переговорных зеркал на основе моего мобильника, наконец выпустил в продажу первую серию. Успех был ошеломляющим. При встрече он кинулся мне на шею и заверил, что мы богаты! Я сдвинула брови и напомнила ему, что таки часть прибыли полагается мне. Раших согласно кивал и просил разрешение на использование моего имени в названии. Для кратного увеличения продаж.
 
Попросила Архимага заняться этим вопросом и выделить мне толковых юриста и бухгалтера. Аджим пообещал и вроде даже договорился с королевским юридическим отделом на отстаивание моих интересов.
Джулиан Тавели распорядился оснастить боевых магов металлическими зеркалами, дабы гасить супостатов на дальних подступах. Инквизитор идею поддержал и ввел такое же для храмовников, сетуя, что не додумались до столь простого решения раньше.
А еще Джулиан и Сельма водили меня по казармам и показывали бойцам. Как Избранную и автора антимагической брони. Последний титул вызывал куда больше энтузиазма, и в целом мы с ребятами довольно неплохо пообщались. Мне накрыли обед в солдатской столовой. Я попросилась пересесть от командирского стола за общий для налаживания связей и более неформального общения. Меня пустили. Магичка потом рассказывала, что не знает теперь, чьих приказов скорее послушается стража — ее или моих.
А еще магичка и староста смотались за лошадками. Вернулись задумчивые и веселые одновременно.
— Представляешь, Медь, — описывал поездку Никсар, — мы приехали, а там вместо гостиницы уже натурально дворец стоит! И во-о-от таке-еными буквами на всю стену написано: “Здесь останавливалась Последний Паладин”. Конюшня так вообще мрамором отделана, ручки золотые и тоже надпись: “Здесь находятся лошади Последнего Паладина и его спутника”, туда экскурсии три раза в день проводятся. Дать морковку за отдельный прайс. Правда, условия у них, ничего не хочу сказать, царские. Питание, прогулка, чистка — все по расписанию. По два грума на каждую лошадь и персональный лекарь. Даже королевским конюшням фору дадут. По-моему, кобылы расстроились, когда мы их забрали. Ну да ладно. В общем, Сельма на это безобразие посмотрела, подходит к стойке и бух верительную грамоту и распоряжение забрать лошадей. Распорядитель в лице переменился и начал лепетать, что это, конечно, хорошо, но господин Уван с семьей на курорте, без него он лошадей отдать не может. И вообще, пусть Паладин лично приходит и забирает. Так что, увы, просьбу выполнить многоуважаемых заорр он никак не может. А ты Сельму знаешь, фитиль зажигания у нее короткий, она им такое устроила! Через полчаса даже тараканы на кухне строем ходили и хором учили устав караульной службы. Уван с курорта прибыл так срочно, будто в соседней комнате ждал. Он обстановку оценил, лошадей выдал, плату не взял. Хотя Сельма и предложила… ну как предложила. Стукнула по столу кулаком с зажатым кошельком и гаркнула: “Кому тут дать неустойку?”. Они почему-то сразу и отказались… Вот.
Я же говорила, что хозяин гостиницы тот еще жук? Скарабей, не иначе.
А! Еще меня попросили нашить брони. Хоть сколько-нибудь на всякий случай. Я согласилась, но без фанатизма.
Фернан помогал Нику с расчетами и часто пропадал у драконов. Особой помощи от него уже не требовалось, но, видимо, малыши чем-то глянулись старому магу и он с удовольствием с ними возился. Маркус и Ксади вышли на оптовиков и потребовали заключение договора на крупную партию тяпок и лопат от героев Эквеса. Оптовики обещали подумать и предварительно составить документы. На том и ударили по рукам и лапам.
Герцог предупредил, что свои грабли уважаемые господа торговцы могут засунуть себе куда захотят, а у него заказ на крупную партию брони и оружия. И пока его не сделают, он драконов никому не отдаст.
Кажется, кто-то скоро станет настолько богатым, что потребуется дополнительная пещера для золота.
 
Я уточнила у Ариуса, а как же страсть драконов к власти и богатству? Вроде ж как должно через край, а у нас все адекватные. Хронограф пояснил, что самые неадекватные полегли еще в Войне Драконов, а оставшиеся были… более благоразумны и лучше контролировали инстинкты. Кто-то, как, например, Конси, нашел выход в духовных практиках, кто-то, как Кристалиса, в постижении основ магии, он сам в изучении и накоплении знаний, а наше драконье семейство… вот тут — да. Ариус пообещал присмотреть, чтобы коммерческая жилка билась в рамках допустимого и конкуренты не жрались в прямом смысле слова.