Второй синдром Геракла (СИ)

— Ну тогда прямо к подъезду подкачу.
Как мы перезнакомились тут, и заправка нарисовалась на Ставровском своротке.
— Михалыч, места в баке сколько?
— да двадцатку возьму?
— А влезет? — переспрашиваю я.
— Сорок должно, — прикидывает Михалыч.
— Ладь пистоль, пойду талоны отоварю, — подхватывает отец.
— Как так, Славк?
— Обычно, а то у тебя не остаётся с рейса, и запаса не бывает?
— Когда как, на и мои двадцать, — подает талоны водитель
— Не пойдет, ты один, да ведёшь, а нас трое, да отдыхаем.
— Ладно уболтал, по головам поделимся, — смеётся, дядька.
Опять ухохатываемся, мою голову наравне оценили. Так весело и докатили. А там по объездной. По левой стороне частный сектор и по правой. К восьмидесятым город дорос и до дороги. Пятиэтажки панельные подобрались. На Содышке в город и въехали. Хорошо, весело жизнь поворачивает.
Много хороших людей в жизни. Это я уже во сне додумывал. Что характерно продрых я до утра, часов до девяти, а уснул и пяти с вечера не было.
Глаза открываю и тихо офигеваю. Ни разу не наш дом. Трам-пам-пам, мы же во Владимире. Всё-таки я ребенок. Хотя память и соображалка взрослая, но...
— Сутки спать собрался?
— Да мам, расту не по дням, как Гвидон.
А сам вспоминаю как на выпускной в десятом почти трое суток не спал, а пришел с гулянки и тридцать шесть часов как с куста.
— Не торопись, давай чаю попьем и с ребятами знакомится пойдем.
— На службу меня значит, чтобы как все?
Весело нам, радостно. Вот так и попал я в детсад номер восемналцать на улице Школьной. А что вполне себе местечко. Улица тихая, тенистая, ну будет по весне. Это я по деревьям сужу.
— Здравствуйте, нам бы определиться.
—Давайте направление. Заводские, хорошо, у нас тут в основном заводские и по пути. Вы в цеху?
— Да в сборочном, нормировщица, а отец в конструкторском — чертёжник.
— А Николай Васильевич вам не родня?
— Нет, мы не местные, — поясняет мама.
— Ах ну да, общежитие же. Бумаги оформлены, идемте знакомиться.
А неплохо, для шестьдесят шестого года. Большая светлая комната. Места общего пользования как в шикарной казарме, только горшки наличествуют. Ну конечно шкафчик, полотенце, все дела синим шариком помеченные мне выделили. Пальтишко повесили, сандалики обули. Умыться. Везунчик я однако, прямо на обед угодил. Вот только селедка. Ну оно ладно. Мама ушла. Пообещала не задерживаться. Да чего уж. Тихий час.
А вот потом. Первый день, да в новом коллективе, да в смешанном. Ну и что дети? Они между собой те ещё вопросы решают. Хоть и уровень свой, но страсти почище мексиканских сериалов пылают. Характер ведь у разумного человека рано проявляется, у кого и с рождения буквально. Вон мой младший ни в жизнь не согласится, пока не осознает, что к чему. Не заставишь ничего, пока не разъяснишь. Да и дочь давала прикурить, особенно по одежде и обуви. Вот чего бы понимала, а если не сочетается что так и не оденет. Колготы не в цвет платья или носки с босоножками не дружатся.
А тут таких индивидов два десятка и все с характерами. Но понятие и воспитание наличествуют. Как потом оказалось, родители все не из простых лягушек. И комсомольские активисты, и производственники, как на подбор. Карьера в это время детям не помеха, многие уже в институте семьи создают и детьми обзаводятся. А те, кто от сохи и от станка, после армии почти сразу. Это мой тракторист путешествовал долго.
Перезнакомились помалу. Ну я про них позже расскажу. Сегодня то мы с Вовкой схлестнулись с Терёшкиным. Интеллектуал и эрудит, вот не вру. Мне вообще на Владимиров везло и сейчас попёрло.
  
1967 В Москву
 
Вот мы и в Москве. Кутузовский проспект. Дома - пирамиды, машин за час проезжает, я за всю теперешнюю жизнь столько не видел. Ну если бы в электричке не уснул. Долго ехали, три часа с лишком, сказал отец, когда в метро спускались. Там покруче чем в кино. Ну потом может еще чего увижу.
Как они тут живут? Народу тьма. Ребятни куча, каникулы. Про машины, вообще жуть. Все больше Волги с Москвичами да газики – фургоны, диковин импортных тоже хватает. Опеля, Мерседесы, Хорьхи и прочие трофеи.
 
Вон внизу фургончик зеленый подъехал. Арбузы в ящиках вытаскивают, вдоль дома шофер с грузчиком выкладывают, столик, весы. Вот и магазинчик получился. Здорово, но мне выходить нельзя и ключа нет. Родители с утра ухмызднули, меня не взяли. Торговля не сильно шустро идёт, будни – взрослые на работе. В кладовой авоська нашлась и бечевки моток. Дело за денежкой. Считать я умею. Искать тоже. В ящике в прихожей рубль двадцать. На кухне в коробке со специями трёшка. Килограмм пять вытяну, как раз полтора рубля и верёвка сдюжит. Вкусный, однако арбуз.
В Детский мир идём. Даа, метро конечно вещь, но магазин, нет, МАГАЗИНИЩЕ. Помню, там в девяностые автосалон даже был. Тут детей только на первом этаже больше чем в Валькиной школе раза в два. В прошлом будущем это меня не так зацепило, не знал и не понимал многое.
У какой же сволочи что поднялось, такую красотищщу разорить, столько детской радости развеять. Ну да мне пока думать про такое не получается. А может и не случится такого. А пока сплошной восторг и радости полные штаны.
Я уже знаю куда отца тащить, дорогу хорошо помню. Вот они богатства: инструмент, моторчики электрические, приборы разные. Тут тоже всё ясно, берем то что сами хорошо сделать не сможем. Опять же цены тут совсем не Владимирские. А лимит нам хозяйка, она же главбух – казначей ещё дома определила. Вот и ходим, изучаем, приценяемся. Нам с Женькой цешку и детали по списку. Мне персонально набор – радиоприёмник и стамески. Отцу штангенциркуль, микрометр, и прочее. Мне альбом и карандаши сверх лимита. Тут бабушки добавили под мои заявки. Техно – шоппинг в полный рост. Ассортимент конечно АлиЭкспрессу уступает, но по этим временам богатейший. Набрали всего и ещё немножко. Будет чем долгими зимними вечерами заняться и благосостояние семьи приподнять.
  
1967 НТП
 
 
Задача инженерного и технического образования в целом в Советском Союзе была не столько утилитарной, сколько, как и всегда идеологической. Чтобы технари не стали интеллектуалами, но профессионалами своего дела.В результате к концу 1950– х годов сформировалась целая группа людей, которые владели базовыми и даже продвинутыми навыками технической профессии, но при этом совершенно не интересовались гуманитарными предметами. Именно это было одной из причин развернувшейся в оттепельную эпоху дискуссии так называемых физиков и лириков.
 
Но меня и моих сокурсников в восьмидесятые чаша сия миновала. Ещё при формировании Владимирского политеха были заложены принципы практического образования и многие преподы, в том числе и теперешний начальник моего отца Виктор Валентинович Эфрос, преподавал своим студентам теорию дизеля на очень наглядных примерах и руки у них после лабораторных работ не отличались от рабочих моторосборочного цеха. А культура нас не обходила ни в школе, ни в институте. Но об этом позже.
Наш Женька за статьи в Кругозор и ЮТ получил приглашение из МИРЭА за подписью ректора. Фора была приличная, физику и математику ему зачтут пятерками по предъявлении аттестата. Сдавать только русский и сочинение. На 500 рублей гонораров Яву купить хочет, а не хватает. На семейном совете дал обязательство что школу без троек закончит и на права сдаст. На серебряную медаль не вытянул, старые грехи по поведению не пустили. Но всё выполнил и вот мы с батей и Женей идём на сборище выкупать заранее сговоренный аппарат. Явовская тусовка во Владимире богатая. Собираются возле оврага и управление ГАИ через дорогу. На этом овраге каждое лето у них большой шабаш и конкурсы всякие. Ну и контингент не простой, это же не Ковровский "Заяц", иномарка как ни крути. Порог вхождения 750 рублей по минимуму. А к тому еще много чего. Ну опять я отвлекаюсь.