Отель "Белая роза" (СИ)

Гермиона сидела рядом на коленях и не знала, что делать.
— А тебе? Тебе было больно? — спросил он, поразившись тому, что она даже не вскрикнула от боли. Он не верил, что это происходит наяву, а не во сне.
— Нет… Мне было… даже приятно… — Грейнджер поправила кудрявую прядь и нежно улыбнулась ему, покрываясь лёгким румянцем.
— Сделай так ещё раз… Гермиона, — попросил он.
Ещё раз почувствовать её ладони на своей коже. Малфой прерывисто вздохнул, желая этого больше всего на свете.
— Как? — прошептала она.
— Коснись меня… Пожалуйста… — его голос дрожал.
Гермиона раскрыла свои золотисто-карие глаза шире, и он проследил, как её ладонь возвращается на место. Нежное касание до его щеки и…
Это был фейерверк приятных искр. Они замерли, и все звуки вокруг тоже затихли.
Драко вообще не чувствовал боли. Совсем. Только горячее, накрывающее с головой возбуждение… И желание, чтобы это продолжалось. Долго. Часы, дни, года… Её мягкие тёплые ладони. Её запах. Её взгляд, пытливый и темнеющий до чёрного. Он снова тихо застонал от удовольствия.
— Твои татуировки… Они двигаются… — Гермиона ласково гладила его, а он громко дышал, теряясь в её прикосновениях. — Драко, это так странно… Я не понимаю…
— Я тоже ничего не понимаю, но прошу — не останавливайся… — пробормотал он, закатывая глаза от наслаждения.
Было хорошо. Очень, но хотелось большего, и он решил рискнуть.
Малфой снял перчатки. Он посмотрел на Гермиону, ожидая её разрешения, и, увидев, что она согласно качнула головой, тяжело вздохнул, словно готовился нырнуть в опасную неизведанную бездну. И осторожно дотронулся до её скул, обнимая точёное личико с двух сторон.
Нежная, бархатная, тёплая. Под пальцами заструилась приятная искрящаяся энергия. Драко открыл рот от изумления, заметив, как на тыльной стороне его ладоней зашевелились вытатуированные листья, пропуская бутоны цветов. С ним что-то происходило, но пока ему было всё равно на свой внешний вид. Внутри творилось что-то ещё более прекрасное.
— Тебе правда не больно? — спросил Драко, возвращая всё своё внимание волшебнице, сидящей рядом.
— Мне не больно… — выдохнула Грейнджер, не прекращая ласкать его лицо, чуть зарываясь в его волосы и трогая уши.
Их ладони заскользили по плечам друг друга. Малфой позволил себе провести подушечками пальцев по её ключицам, и она закусила губу, когда он тронул нежную кожу её декольте. Гермиона перехватила его ладони, перешла выше к его предплечьям, поднимая рукава рубашки. Драко видел, как она кусает и облизывает пересыхающие губы, и чувствовал ещё больше жадного желания притянуть девушку ближе к себе и слиться с нею в одно целое.
Он безумно хотел её.
— Грейнджер… Я… — прошептал он, следя за её ртом с голодом в глазах.
Драко больше не мог держать себя в руках и потянулся к ней. Гермиона попыталась отвернуться от того, что её ждало, но Драко скользнул на её затылок рукой, погружаясь пальцами в тяжёлые локоны волос, и настойчиво потянул к себе.
Сначала они соприкоснулись очень легко, задев друг друга, как крылья бабочек, а уже через мгновение Драко жадно впился в её нежные губы. Этот поцелуй был похож на взрыв. Все мысли растаяли от огненной бури, полыхнувшей внутри него. И чистый воздух ворвался в каждый уголок его тела, вызывая искры магии. Перед глазами взрывались фейерверки. А член, как верный солдат, уже топорщился в тесных штанах. Гермиона что-то мурлыкнула, жарко и доверчиво отвечая на его поцелуй. Её руки легли на его плечи и крепко, по-собственнически сжали их, а потом она просто залезла к нему на колени.
И Драко отпустил себя. Он погрузился в свои ощущения. Затянувшийся поцелуй начал превращаться во что-то сумасшедшее. Он целовал её как помешанный, оглушённый, потерявшийся. Касался её языка, жадно изучал каждый дюйм влажного сладкого рта. Ладони совершенно неосторожно исследовали изящное девичье тело, и Гермиона подавалась им навстречу. Платье спустилось ниже, и её упругая грудь оказалась в руках Драко. Она издала невероятно сексуальный звук, когда он коснулся её отвердевшего соска. Член тут же среагировал, болезненно дёрнувшись в штанах.
 
— О боги, Гермиона! — вскрикнул Малфой, когда ласковая ладонь мягко обхватила его пах, и тело прошило током сильнейшего возбуждения.
Он хрипло застонал. Драко даже не заметил, когда Гермиона расстегнула его штаны. Её губы, целовавшие его с жадным упоением, и волшебные руки заставляли Драко возноситься к небесам, волны удовольствия неотвратимо накатывали с каждым возвратно-поступательным движением её умелых тонких пальцев. И он взорвался фееричным оргазмом почти сразу.
Драко показалось, что он на несколько секунд потерял сознание — так хорошо и легко ему стало.
— Гермиона, ты невероятна… — еле выговорил он, отходя от такой мощной встряски.
И не выпуская Грейнджер из объятий, резко аппарировал их обоих в свою комнату. Драко боялся отпустить её, боялся, что это кончится так же резко, как и началось. Боялся, что он спит или находится без сознания, и всё происходящее — плод его больной фантазии.
Гермиона тихо рассмеялась, осматривая его огромную кровать, и быстро скинула свои немногочисленные вещи. Малфой слабо заулыбался ей в ответ, глядя на её обнажённое тело, вызывавшее только одно желание — овладеть им.
— Гермиона… — прошептал он. — Идеальная… Ты такая идеальная…
Она выглядела божественно. Загорелая и ладная, как кукла. Все его фантазии о ней в купальнике тут же стёрлись. Голая Гермиона выглядела куда более вкусно. Она откинула копну волос изящным движением головы, и Драко облизнул губы, представляя, что сейчас сделает с ней. Он вспомнил, как дышать, и снова коснулся её. Провел рукой по плечу, мимо соблазнительно торчащей груди и по животу. Её кожа. Она была невероятной на ощупь — гладкой, мягкой. Он вёл пальцами и не мог насытиться этим ощущением манящего тёплого бархата и шёлка. Гермиона часто и тяжело дышала, наблюдая за его действиями и выгибаясь навстречу его руке. А когда его пальцы оказались между бёдер, на её влажной, горячей промежности, она всхлипнула и потянула его к кровати.
— Драко, я так хочу тебя… — томно прошептала Грейнджер.
Она легла перед ним, перевернулась на кровати, сверкая своей потрясающей задницей. Выгнулась. Свет рассветного солнца заиграл на её округлых ягодицах.
Она знала, что прекрасна.
Драко быстро скинул свои вещи и бросился к ней. Обхватил тоненькую талию и начал покрывать её спину поцелуями. Жадными и жаждущими. Его руки скользнули на её грудь. Он сжал набухшие соски, и Гермиона громко, протяжно застонала. Драко зарычал, потеревшись о её задницу членом, ставшим снова твёрдым как кол. Но он не торопился, для начала Драко хотел порадовать её своим языком. Как и обещал вчера.
Малфой спускался поцелуями всё ниже и ниже, кусал и лизал её. Он хотел испробовать её всю, пока Гермиона была в его объятиях, пока она так раскрепощена и доступна. И он опустил голову, взял её за бедра, чуть приподняв для своего удобства, и медленно провёл языком по её мокрой от обильной смазки киске. Гермиона затрепетала в его руках, охая и стеная. Он сделал так несколько раз, доводя её до полной потери контроля, а потом толкнулся языком в её влагалище. Гермиона заскулила. Он лизнул ещё и ещё, а затем повторил движение языком.
— Драко, Драко! Ах! — воскликнула Грейнджер беспомощно, и Малфой самоуверенно ухмыльнулся, запоминая, как чудесно звучит его имя, когда она заведена до предела.
Он перевернул ведьму на спину и продолжил вылизывать её горячие складочки, щёлкая языком по самому чувствительному комочку, заставляя Гермиону снова и снова выгибаться навстречу его губам. Она уже не выдерживала его пыток и нетерпеливо, даже властно схватила его за волосы. Драко это понравилось. Пусть Грейнджер дёргает ещё сильнее. Ей можно всё. Ему нравилось, как грубо она подталкивала его и, не церемонясь с ним, добивалась своего наслаждения, показывая, как ей нравится. Он улыбался, чувствуя её дикое желание. Гермиона отдавалась до конца, не сдерживала себя и не изображала кроткого ангела. Она была такой, как ему хотелось. Она была настоящей.