Не валяй дурака, Америка… (СИ)

Причём, я заметил представителей разных видов спорта. Одни из них, те, что помельче, бегали по стенам и были не более пяти сантиметров в длину, если мерить без усов. А усы — это ещё столько же в длину… Их окрас был потемнее, чем у тех, кто передвигался исключительно по горизонтали.
Потому что по полу ползали, причем не менее прытко, более рыжеватые создания. Получается, что и здесь есть расовое разделение. Рыжие покрупнее были. Сантиметров шесть — семь. Но и количество их было менее впечатлительное…
Я вслух выругался на выбирая слов…
— Это ты снова по-гречески? — поинтересовалась Лолита.
— Да. — буркнул я в ответ.
— У вас там что, не было тараканов.
— Были, но они были помельче, и более стеснительные что ли…
— Это как?
— Ну… Они не выходили наружу все сразу. Сперва засылали разведчика. И если разведчик тут же не погибал от самого страшного оружия массового поражения тараканов… То тогда уже появлялся второй его собрат. А тут они видишь какими толпами бродят…
— А что это за оружие массового поражения тараканом? Дуст?
— Нет. Обычно это домашний тапочек, но иногда можно заменить и свёрнутой в трубочку газетой…
— На этих местных монстров может не подействовать… — глубокомысленно проговорила Ло.
И я с ней согласен целиком и полностью. Американский таракан это существо огромное, омерзительное и бессмертное, как мне кажется.
— Жаль, что поздно… — высказала своё мнение Лолита. — Можно было бы пойти в какой-нибудь магазин и купить дуста.
— Дуст это обоюдоострое оружие. Если бы мы на ночь глядя распылили бы тут это отравляющее вещество, то среди этих монстров, конечно бы начался бурный ажиотаж… Но и сами бы мы не смогли бы тут спать, без опасения отравиться насмерть. Химия — это вещь такая противная. Она может не сразу убивать, а постепенно. Так что эффект от её применения ощутим только мы. А тараканы тут будут жить ещё какое-то время. И повезти может жильцам, которые въедут в этот номер после нас. Мы же тут ненадолго. Лично я вообще не хочу тут оставаться, но выбора у нас нет. До утра бы дотянуть и свалить отсюда поближе к центру…
— Ты думаешь, что там не будет тараканов?
— Я думаю, что там их не будет столько, сколько здесь.
— Ты боишься тараканов? Они же не кусаются… Кажется…
— Я больше чем уверен, что в местной постели живут те, которые кусаются.
— Тараканы?
— Нет. Клопы…
— Я не хочу, чтобы меня кусали.
— Тогда тебе придётся спать стоя, как лошадь.
* * *
Перетряхнув постель, я отметил, что бельё не такое уж и свежее… Зато следов от жизнедеятельности клопов я не обнаружил. Ну, хоть это хорошо…
Мы отодвинули кровать подальше от стен, чтобы у ползающих тараканозавров было меньше шансов забраться к нам под одеяло…
А тем временем Лолита устроила мне домашний стриптиз.
— Я совсем запарилась. — пожаловалась она постепенно освобождаясь от своих одежд.
Одежды на ней было действительно много. И жилет с кармашками для денег, и всякие другие тряпки увеличивающие объём её фигуры примерно вдвое… Но такой стриптиз практически не возбуждал у меня никакого эротического интереса.
— Пойду посмотрю как тут обстоят дела с водой в душе.
А дела были не слишком хороши. Ржавая холодная вода из привинченной к стене душевой лейки не вызывала желания тут же принять душ. Я оставил воду открытой. Может, когда сольётся, вода не будет такой уж ржавой…
Но Лолита сказала, что чувствует себя такой потной, и ей всё равно, какой водой смывать с себя всё это.
Зайдя в душ в костюме Евы, она посмотрела на мутную воду, попробовала её рукой на предмет определения комфортности принятия водных процедур, и оптимизм у моей колумбийской волчицы заметно упал.
 
— Давай я тебя оботру просто мокрым полотенцем! — предложил ей я.
— Я уже на всё согласна…
Кое-как нам удалось привести себя в порядок. Перед тем, как лечь спать, мы снова перетрясли постель на всякий случай, но никакой новой живности не обнаружили.
Засыпая в обнимку с Лолитой, я успел подумать:
«Ну, здравствуй, Нью-Йорк! Город мечты, сука, твою американскую мать…»
 Глава 2 
Глава вторая.
Нью-Йорк, Нью-Йорк…
06 августа. 1974 год.
США. Нью-Йорк. Штат Нью-Йорк.
Спали мы до самого утра. Но выспались ли? Навряд ли… Потому что как только свет солнца проник сквозь грязные и давно не мытые оконные стёкла, мы как-то быстро проснулись, быстро собрались, и бодренько так покинули место нашего временного обитания.
Перед выходом из номера, мы тщательно перетряхнули все наши вещи, чтобы не дай бог не прихватить с собой нежеланных пассажиров. Один такой уже забрался в сумку и, кажется, планировал устроить там «гнездо»… Хрен ему по всей его усатой морде! Он был изгнан, и в ужасе убежал, спрятавшись под кроватью.
Лолита снова поменяла имидж. Деньги перекочевали на дно сумки, а она опять стала молодой стройной девушкой. Я ей посоветовал оставить на месте фальшивые очки. Так, по крайней мере, вид получался более глупый и непривлекательный. Так я ей и сказал.
Зря я ей это сказал… Лучше сунуть руку в гнездо гремучих змей, чем сказать девушке, что она выглядит глупо и непривлекательно. Я напрасно её убеждал, что это только камуфляж, и что это всё лишь для того, чтобы на неё меньше обращали внимание всякие местные самцы.
Б Е С П О Л Е З Н О…
Девушка тут же возжелала всё это кардинально изменить. Хорошо ещё, что она не понеслась сразу в какой-нибудь местный салон красоты, или как тут у них это нынче называется. Но изменить причёску, выкинуть очки в мусорку и нарисовать на лице новые глаза, губы и всё остальное она захотела тут же, здесь и сейчас.
— Тогда поехали сразу в какой-нибудь модный бутик! — предложил я ей.
— Зачем? — сделала она наивные глазки.
— Ну, нельзя же ходить с накрашенными глазами в таких драных кедах и хипповском платье…
— Есть одна народная мудрость, — ответила мне, немного успокоившись Лолита. — Старые кеды прослужат гораздо дольше, если не покупать новые.
— Я к тому, что одежда должна соответствовать обуви, так же как и обувь должна соответствовать одежде.
— Сразу видно, что ты — англичанин.
— Это ещё почему?
— Местные вообще не заморачиваются по поводу одежды…
— Я тоже особо не заморачиваюсь. Но надевать трусы поверх пальто считаю признаком дурного тона. А нам с тобой, лучше вообще не выделяться из толпы для нашей же безопасности.
— И для их безопасности тоже… — усмехнулась девчонка. — Ты же опять всех перестреляешь.
— Солнышко ты моё колумбийское! Ты из меня монстра-то совсем не делай! Я же не супергерой из дебильных комиксов, которые издают дебильные издательства для малолетних дебилов.
— А я люблю комиксы. Я по ним начала в своё время изучать английский язык.
— Книги надо читать. И не те, где много картинок, а те, где много текста.
— Ты — скучный. У нас такой был в отряде. Он был очень старый и всё время бурчал, что мы ничего не читаем… Заставлял нас книги читать.
— И правильно делал.
— Да… Может быть… Но его никто не слушал.
— Ну и зря…
* * *
Мы уже покинули отель. Ушли, как говорится, по-английски, не прощаясь. Портье не было на месте. Я оставил ключи на столе, забросив их подальше за решётку, чтобы труднее было достать снаружи…
На улице было светло, тепло и омерзительно… Похоже, что улицы тут не убирают от слова совсем. Наверняка это привет от цивилизованных европейцев, предки которых и заселили эту страну. Ведь это в высокоцивилизованной Европе в средние века было принято выбрасывать из окон не только мусор, но и выплёскивать на улицу свои ночные горшки. Кажется, именно из-за этого и были придуманы широкополые шляпы, если я не ошибаюсь… В таких же вроде щеголяли мушкетёры в романах Дюма? Жаль, что он не описал подробно процесс утилизации отходов человеческой жизнедеятельности в Париже тех времён. Не думаю, что в Лондоне нравы местных аборигенов чем-то отличались от бытовых привычек жителей Парижа и прочих европейских столиц.