Ботаник (ЛП)

Я отхлебнул почти половину своего теплого пива, морщась от его мерзкого вкуса.
— Спасибо за совет, но в любом случае я не могу просить какую-то женщину учить меня трахаться.
— Можешь, — Роб был неумолим, — ты просто твердишь, что не можешь, потому что боишься…
— Хватит, — прорычал я с неподдельным гневом в голосе. — Я не хочу больше говорить об этом, и если ты продолжишь поднимать эту тему, уйду.
Роб ничего не ответил, и я почувствовал себя виноватым.
— Черт. Прости меня, приятель. Я не должен был выходить из себя.
Роб сжал мое плечо.
— Все в порядке. Не стоило мне так на тебя наседать.
— Это не оправдание моего дерьмового поведения, но сегодня днем я узнал, что мы не получили грант на реализацию общественных инициатив.
Роб приостановился с пивом на полпути ко рту.
— То есть «Сады» закроют?
Я кивнул, ковыряя этикетку на бутылке пива.
— Мы подали заявку на правительственный грант, но там куча бюрократических проволочек, которые нужно преодолеть. Только через полгода станет известно, дадут ли нам грант, и даже если дадут, все равно, если не случится чуда и мы не соберем достаточно частных пожертвований, у нас закончатся деньги и мы закроемся через пару месяцев.
— Вот черт, — выругался Роб. — Мне жаль, приятель.
— Мне тоже. — Я допил свое пиво. — Извини, я сегодня совсем расклеился.
— Эй, я все понимаю, просто дерьмовый день, — заверил Роб. Он допил свое пиво и помахал бармену, чтобы оплатить наш счет. — Почему бы тебе не зайти ненадолго к нам домой? Сара сказала, что готовит свой знаменитый морковный торт. Ты заслуживаешь кусочек-другой.
Я вспомнил полдюжины печений, съеденных за последние двадцать четыре часа, и покачал головой.
— Спасибо, но я, пожалуй, пойду домой.
Айрис
— Оливия? Где ты? — Я закрыла дверь в пансион моей лучшей подруги.
— На кухне! — Прокричала Оливия.
Прихрамывая, я доковыляла до кухни, опустилась на стул у острова и положила на гладкую гранитную поверхность коробку, которую держала в руках.
— Привет, красавица. Почему ты хромаешь? — Оливия стояла у стойки с тарелкой булочек. У меня сразу же потекли слюнки.
— Потянула связку в паху, — призналась я.
— Как?
— Я расскажу тебе всю историю, если позволишь украсть одну из этих аппетитных булочек, — хитро улыбаясь предложила я.
Она засмеялась и протянула мне булочку на блюдце, прежде чем налить стакан воды.
— Что в коробке?
— Это для тебя, — сообщила я радостно.
— О, правда?
В кухню вошел высокий темноволосый мужчина, держа на спине сына Оливии Лютера.
— Лив, мы уходим. Ты уверена, что не хочешь пойти с нами?
— Привет, Айрис! — Лютер помахал мне рукой. — Бен сегодня ведет меня на выставку пауков в музее. Хочешь пойти с нами?
Я вздрогнула.
— Спасибо, малыш, но нет. Пауки отвратительны. Привет, Бен.
— Привет, Айрис. — Бен улыбнулся мне, когда Лютер соскользнул с его спины и приземлился на пол.
— Нет, они классные, — возразил Лютер. — Ты знала, что пауки существовали еще до динозавров?
— Нет, честно говоря, — призналась я.
— Так и есть, — важно заявил Лютер. — Правда, Бен?
— Да, — подтвердил Бен, обнимая Оливию и целуя ее в губы. — Последний шанс посетить выставку пауков вместе с нами, дорогая.
— Заманчиво, конечно, — протянула Оливия, — но я хочу закончить укладывать плитку в душе.
Бен нахмурился.
— Я могу помочь тебе с этим завтра.
— Завтра мы устанавливаем унитаз и ванну в другой ванной комнате, — напомнила Оливия с усмешкой.
— Бен, пойдем уже. Я хочу попасть на выставку до того, как мне исполнится девяносто. — Лютер потянул Бена за руку.
Бен рассмеялся.
— Через минуту, Лютер.
— Сегодня пятница, — обратилась я к Лютеру, — Ты прогуливаешь школу, парень?
— Нет. У нас день профессионального развития, учителя заняты своими делами, — радостно ответил Лютер.
— А мне нравится твоя юбка, — похвалила я. — В стиле ретро восьмидесятых.
Лютер ухмыльнулся и покрутился на месте, так что ткань запорхала вокруг его костлявых коленей.
— Спасибо. Я нашел ее в магазине, и продавщица сказала, что юбка достаточно старая, похоже, и правда из восьмидесятых.
 
— Мы вернемся около пяти, — сообщил Бен Оливии. — Я куплю нам что-нибудь на ужин по дороге домой.
— Спасибо, дорогой, — поблагодарила Оливия.
Я с неподдельной радостью и легкой завистью наблюдала, как Бен снова поцеловал Оливию, а затем взял Лютера за руку и вышел из кухни. Я улыбнулась своей лучшей подруге.
— Значит, у вас с Беном все хорошо?
— Невероятно хорошо, — поделилась Оливия. — Он вернулся в город всего полторы недели назад, но уже чувствует себя как дома, понимаешь? И Лютер на седьмом небе от счастья, что Бен с нами.
— Это потрясающе. Бен уже нашел себе жилье? — поинтересовалась я, откусывая от булочки. — Боже, как же вкусно.
— Он живет с нами, — призналась Оливия. — Я знаю, это странно, что Бен уже переехал к нам, но…
— Эй, я не осуждаю, — заверила я подругу. — Ведь очевидно, что вы двое без ума друг от друга.
— Как все прошло с Лукой, когда ты попросила его помочь тебе с садом? Ты ведь обращалась к нему во вторник вечером, верно? — спросила Оливия.
— Сначала открой свой подарок, — велела ей, — пока я доедаю эту потрясающую булочку.
Оливия открыла коробку с мягкой улыбкой на лице и раздвинула папиросную бумагу. Она осторожно взяла розовую вазу с вихрями и поставила ее на остров.
— Боже мой! Айрис, это ты сделала?
Я проглотила булочку и ответила:
— Да. Только вчера вечером закончила. Я подумала, что она будет отлично смотреться в одной из новых комнат на третьем этаже.
— Мне очень нравится. — Оливия наклонилась через остров и поцеловала меня в щеку. — Спасибо. Ты уже так мастерски выдуваешь стекло. Это твое увлечение может стать чем-то большим, чем просто хобби. Ты ведь знаешь об этом, правда?
— Спасибо, но я не настолько хороша. Я занимаюсь выдувание стекла всего два года, — отмахнулась я от похвалы.
— Ты очень способная, — настойчиво повторила Оливия, снова изучая вазу. — И я знаю, что тебе это нравится, так почему бы не вложить деньги в открытие магазина?
Я рассмеялась.
— Во-первых, у меня недостаточно изделий для собственного магазина, а во-вторых, ты предвзято относишься к моим работам, потому что ты моя лучшая подруга. Тебе должно это нравиться.
Оливия покачала головой.
— Нет, не должно. Я бы обязательно сказала тебе, если бы получилось дерьмово. К тому же, я была в твоей студии, и там более чем достаточно вещей для продажи. По крайней мере, попробуй продавать через интернет. Открой магазин на «Этси» или еще где-нибудь.
— Может быть, — согласилась я, доедая булочку и запивая ее водой. Машинально потерла внутреннюю сторону бедра. В паху дела обстояли куда лучше, чем раньше, и я даже смогла вчера поработать волонтером в приюте для животных, а сегодня днем собиралась на волонтерскую смену в Садах. Кстати, об этом…
— Итак, хочешь узнать, как я потянула пах? — спросила я.
— Конечно, хочу, — кивнула Оливия.
— Ну, тогда держись, милая, потому что это очень интересная история, — пообещала я.
Двадцать минут спустя я уплетала вторую булочку, а Оливия смотрела так, словно у меня выросла вторая голова.
— Что? — спросила я.
— Ты видела Луку голым, — улыбнулась она.
— Ага.
— Ты видела его член… голым.
— Да, и еще раз да.
— И он был большим.
— Впечатляюще огромным.
— Вау. — Оливия дотянулась и ухватила кусочек моей булочки. — Значит, Лука — тайный нудист. Никогда бы не подумала.
— У него нет ни единой линии загара, — по секрету сообщила я. — Только акры загорелой кожи, мускулы и прекрасный член.
Оливия рассмеялась.
— Хотела бы я, чтобы у тебя потянуло в паху от езды на этом чудесном члене.
— Подруга, в точности, как и я, — согласилась я с Оливией. — Если бы это была романтическая книга, вторжение на задний двор Луки закончилось бы скачкой на его члене и самым лучшим оргазмом в моей жизни. Вместо этого я порвала штаны, потянула пах и трижды чуть не блеванула на него. А потом Лука увидел на тумбочке мой самый большой вибратор.