Во все Имперские ТОМ 12. Финал (СИ)

— Умничка!
Таня чмокнула брата в щечку. Потом помогла ему одеться. Теперь Петя был похож на Сашу, каким его запомнили при жизни — тот же плащ, черные очки, даже перчатка на руке...
На ладони под перчаткой у Пети даже был шрам в форме Крокодила, ему его по приказу Тани выжгли Жаросветовы.
На груди плаща Пети красовался значок археодендра восемьдесят восьмого ранга. Хотя на деле ранг у Пети был только вторым...
Но это все было неважным. Важным было то, что Петя был похож на Сашу, как одна капля воды на другую. И этого было достаточно.
Мир не знал о Танином подлоге, лишь мелкая группа заговорщиков была в курсе, и все они были Таниными людьми и занимали высшие должности в Империи.
А если кто-то догадывался и начинал болтать — то быстро встречался с Имперской службой защиты Конституции, которую возглавлял генерал Акалу Шаманов.
Конечно, Полётовская Конституция отменила и запретила Охранное Отделение. Но никто не мешал это Охранное Отделение просто переименовать, что Таня и сделала...
Когда Император и канцлер вышли из дворца, Таня с наслаждением вдохнула пьянящий весенний воздух.
Дворец полностью отстроили, восстановив его в строгом соответствии с первоначальным видом, который здание имело при Павле Вечном. Так что теперь огромная, но воздушная постройка в античном стиле снова украшала самый высокий холм парка.
Над дворцом развевался на ветру громадный флаг династии Рюриковичей-Бонапартов. На черном полотнище были изображены белоснежный сокол, падающий на добычу, зеленый листик хмеля и две Бонапартовские золотые полоски.
В Париже сейчас реяли такие же флаги, они реяли по всей Евразии и Америке.
Танина Империя охватывала эти два континента почти полностью, если, конечно, забыть про Швейцарию и Нидерланды. Обе эти страны были такими мелкими, что на карте их не сразу можно было и увидеть, среди закрашенных золотом земель Священной Империи.
Еще, конечно, османы до сих пор торчали на Ближнем Востоке и в Малой Азии, и по слухам даже готовили очередную войну. Тем важнее для Тани было сегодня заключить стратегический союз с Эфиопией...
На деревьях уже появилась первая зелень, в небе ярко светило Солнце, всегда напоминавшее Тане о её брате Саше, а еще больше о Саше напоминал памятник в центре площади перед дворцом.
Этот громадный монумент, высотой метров в двадцать, воздвигли по приказу Тани на месте бывшего памятника Павлу Вечному, который взорвали либеральные масоны.
Новый бронзовый монумент назывался «Тысячелетие магократии», в его нижней части были изображены все правители России за тысячу лет...
Где-то в середине памятника даже можно было разглядеть безумную рожу Царя Дмитрия, сжимавшего в руке меч. Царь был сделан по описанию очевидцев, видевших его лично.
Но на вершине памятника стояли вместе три фигуры других правителей — величайших монархов в истории страны.
Павел Вечный был в треуголке и опирался на трость, Рюрик в шлеме мрачно вглядывался вдаль, будто созерцал неведомые северные моря, ему трость заменял огромный варяжский меч. А третьим был Александр Рюрикович — в плаще, черных очках и одной перчатке, он держал в руке Солнце, а возле его ног свернулся зубастый крокодил...
Эфиопы уже ждали возле памятника. По протоколу сегодняшней встречи Император должен был показать эфиопскому принцу восстановленный после войны с Либератором парк.
— Что там с Перводревом? — неожиданно спросил Петя.
Петя спрашивал о Перводреве чуть ли не каждый день. Он вроде надеялся, что если вкусит его — то сможет исцелить свои поврежденные чакры, и тогда наконец перестанет быть инвалидом.
Но Тане нечем было утешить брата.
— Ничего, как и всегда. Прости. Но если найдем его — ты откусишь от него первым, я обещаю.
Впрочем, Таня не верила, что Перводрево когда-нибудь обнаружат. Местоположение Древа знала лишь Алёна Оборотнич, и она унесла это знание с собой в могилу.
Шаманов, конечно, искал Перводрево по приказу Тани, в Имперской службе защиты Конституции даже существовал отдельный департамент, занимавшийся исключительно поисками потерянного Перводрева...
 
Вот только искали они уже три года, и к цели так и не приблизились.
— Император Российский и Французский Александр Солнцеборец Рюрикович, — провозгласил тем временем камердинер, уже подбежавший к эфиопам и теперь озвучивающий гостям титул и тронное имя Пети.
— Иди, поприветствуй их, — приказала брату Таня, — Я буду через пару минут.
Петя пожал плечами и, как и всегда равнодушно, пошёл к толпе негритянских магов.
А Таня тем временем достала смартфон и набрала Шаманова.
— Приветствую, госпожа, — Шеф Имперской службы защиты Конституции ответил почти сразу же.
— Здорово, Шаманов. У нас проблемы.
— Я слушаю...
— Петя совсем плох. Я думаю, что он продержится еще пару месяцев. А потом всё.
— И...?
— Проведай Рюрика.
Шаманов тут же засопел в трубку:
— Я тебе уже сто раз говорил, Таня. Рюрика трогать нельзя. Вообще нельзя. Он просто опасен. Если мальчик узнает, кто он такой на самом деле — нам всем конец.
— Так если Петя разоблачит себя, как самозванца — нам тем более конец, — парировала Таня, — Проведай Рюрика, я говорю. Если Петя сольется — нам придется сажать на престол именно Рюрика. Больше некого.
— Сама сядь на престол, — Шаманов разозлился, — А Рюрик просто станет тираном, если мы положим корону ему на голову. Мы вообще нихрена не знаем его МОЩИ. А его мать — сумасшедшая Алёнка Оборотнич... Вспомни! И больше не говори со мной об этом.
— Да просто съезди к парню, Шаманов. Прощупай почву. Это так сложно?
— Ладно, съезжу.
— Вот и славненько. Целую.
Таня бросила трубку, потом приняла деловой канцлерский вид и двинулась к эфиопам, негры уже пожимали Его Величеству руку...
***
 2 мая 2025 года
 Священная Империя, Финляндская национальная автономия
 Окрестности Виипури
 15:36
Машина остановилась в небольшом сосновом леске, здесь оглушительно пахло хвоей, птицы громко пели, радуясь весне.
Шаманов дождался, пока шофер откроет ему дверь, и только тогда вывалился наружу.
— Эх, хорошо-то как! — весело провозгласил Шаманов, вдыхая лесные ароматы и похлопывая себя по пузу.
Пузо у Акалу Шаманова было, что надо.
Вообще, у Шаманова был двадцатый ранг, как и положено бригадному генералу и Шефу главной Имперской спецслужбы.
Вот только этого ранга он достиг еще год назад, и с тех пор перестал культивировать. Ему просто перестало хватать времени на новые инициации, которые на высших рангах были долгими и сложными. Так что Шаманов весь последний год просидел в кабинетах за рабочими столами, ну или за обеденными столами в гостях у корешей-АРИСТО... Как следствие, он растолстел.
Собственно, Акалу всегда любил плотно и вкусно пожрать, однако в юности его молодой организм все это успешно усваивал и перерабатывал в мышцу. Теперь же у Шаманова образовалось натуральное брюхо. Акалу знал, что над ним даже посмеиваются за спиной, со своим малым ростом и пузом Шаманов на самом деле выглядел потешно...
Вроде за глаза его даже называли Баем, ибо Шаманов со своей эксимосской рожей и правда напоминал жирного татарина-феодала.
Впрочем, было в этой кличке и нечто уважительное, все же Бай — по определению человек важный. И уж точно никто бы никогда не сказал Шаманову о его лишнем весе в лицо, ибо Акалу и был важным человеком. Правой рукой канцлера Тани Пушкиной, личным другом Его Величества Императора Александра, главой всесильной Имперской службы защиты Конституции.
На деле Шаманов был вторым человеком в самом огромном государстве на планете. Так что, честно говоря, ему было совершенно плевать, как его называют, и какое там у него пузо...
Шофер уже открывал двери авто жене Шаманова — красавице Любе. Вот по поводу её внешности точно никто ничего плохого не болтал, Люба была самим совершенством, в отличие от мужа.