Во все Имперские ТОМ 12. Финал (СИ)
Так что я просто ЗНАЛ, куда мне нужно — в самое восточное крыло, на самый нижний этаж, а оттуда уже в подвал...
Я спикировал вниз, как сверхсветовой коршун.
Охрана во дворе не успела не то что среагировать, а даже просто заметить меня.
Они вздрогнули лишь тогда, когда я пробил стену тюрьмы. Во все стороны полетели обломки кирпичей...
А я уже пробивал пол первого этажа.
А вот и подвалы. Но не те.
Тут располагались какие-то пыточные камеры. Двое Палачевских как раз вырывали щипцами ногти какому-то голому мужику.
Я сжег Палачевских одним взглядом, палачи даже не успели упасть, просто обратились в пепел, который вихрями заметался по помещению.
Я взмахнул рукой, и оковы пленника разрушились.
— Свобода! — сообщил я окровавленному мужику.
Мужик оказался каким-то англичанином.
— Ват зе фак? — пробормотал пленник.
— Либерти, блядь, — пояснил я.
Я кастанул на пленника заклинание клана Воркын-Корары, превращающее в животных. Теперь, на моем тысячном ранге, это заклинание было полностью управляемым, так что я сам мог выбирать, в кого превращать людей.
Англичанин тут же превратился в шестиметрового, сверхбыстрого и сверхумного медведя.
Медведь бешено зарычал...
— Гет аут оф хиер, — посоветовал я англичанину-медведю, — С охраной теперь легко справишься. Вали отсюда. Человеком станешь через пять минут. Файв минутс фор ю ту би беар.
Я топнул ногой, пробив пол, а потом свалился еще на этаж ниже.
Но тут были только какие-то трубы и прочие коммуникации...
Я еще раз топнул ногой.
Вот теперь я был в нужном месте — самый нижний подземный этаж тюрьмы, тут располагались камеры важнейший пленников.
Длинный серый коридор, забранные решетками лампы на потолке, стальные двери, на каждой из них — амулет, подавляющий магию.
Охрана уже хваталась за автоматы...
Я чуть усилил ауру.
Автоматы взорвались у охранников в руках, на пол полетели оторванные конечности, помещение наполнилось предсмертными криками.
Какой-то радикальный масон в балахоне попытался сбежать...
Я поглядел беглецу в спину — все его чакры тут же разорвало. Радикал замертво упал на пол, из его ушей, рта и глаз текла кровь...
Я щелкнул пальцами.
Амулеты на дверях обратились в пар. Сами стальные двери все повылетали и с гулким стуком попадали на пол. Одна из дверей даже раздавила насмерть парочку уже и без того потерявших руки охранников.
Я подобрал с пола автомат системы Карле.
Ну наконец-то! Я впервые в этом мире держал в руках огнестрельное оружие. Теперь Уральские ограничения на меня больше не действовали.
Автомат приятно холодил ладони...
Из выбитых дверей тем временем стали выходить узники — все они были магичками, видимо, в этом подвале держали женщин.
Магички все были в серых тюремных робах, на их бледных лицах лежал страх...
Женщин было человек двадцать.
Тая и принцесса появились последними — обе девушки были в ошейниках с амулетами, подавлявшими магию. Видимо, на них навесили эти ошейники еще до того, как Либератор отключил всю магию в мире, да так и не сняли.
— О, Господи! — принцесса разрыдалась.
Тая просто молча смотрела на меня.
А потом улыбнулась...
— Ты здесь, Нагибин.
— Ну ты же не думала, что я тебя брошу? — парировал я.
А потом обратился ко всем сразу:
— Ладно, барышни. Мы уходим. Немедленно. Считайте, что у вас амнистия. Подойдите все ко мне, как можно ближе. Не бойтесь. Возьмитесь все за руки. Тая, Лада, положите мне руки на плечи. А другой рукой держите кого-нибудь из девушек.
Магички выполнили мой приказ, теперь мы образовали нечто вроде странного хоровода.
Я, конечно, был божеством тысячного ранга, но не все же не факт, что у меня получится то, что я задумал...
Раньше я такого никогда не проделывал.
— Спокойствие, барышни. Спокойствие. Просто доверьтесь мне.
Но магички все дрожали от страха. Они явно не понимали, что происходит, но все надеялись на меня.
А вот теперь мне нужно быть ОЧЕНЬ быстрым...
Я кастанул заклинание Громовищна, достаточное, чтобы стены тюрьмы упали, и чтобы кирпичи разлетелись в стороны.
Я за миг рассчитал действие этой звуковой атаки таким образом, чтобы узники в остальных корпусах не пострадали, и чтобы они могли сбежать, когда стены падут.
А потом, в ту же секунду кастанул телепортацию.
Я уже не увидел, как разрушаются «Кресты», только услышал бешеный гул — самое начало порожденной мною лютой звуковой волны...
А потом все утонуло в голубой вспышке.
***
10 сентября 2022 года
Российская Империя,
Восточносибирская колония,
в тридцати километрах к северу от Хатанги,
Павловск
Около 15:00 по местному времени
Чуйкин, конечно же, не смог сбежать на подводной лодке.
Этот план Крокодила был изначально обречен.
Таня успела бежать, а вот у Чуйкина такого варианта не было...
Чуйкин был слишком близко и плотно связан с Либератором. Он был радикальным масоном, так что Либератор мог достать его откуда угодно и доставить пред свои очи.
Чуйкин знал это, так что сам отказался уплывать из Гренландии.
И вот теперь Либератор телепортировал Чуйкина в Павловск, прямо на вертолетную площадку за дворцом, всю заваленную трупами, остатками и сгоревшими остовами боевой техники, а еще засыпанную снегом...
Чуйкин понятия не имел, где именно сейчас летит Павловск, но судя по снегу — уже где-то в глубоком Заполярье.
Выгоревший Павловский дворец мрачно смотрел черным окнами.
В снегу перед Либератором валялись кровавые ошметки, вперемешку с костями и клоками блондинстых волос — все что осталось от бывшей богини Алёны Оборотнич.
Рюрик тоже был мертв. Либератор оторвал мальчику головку, она лежала в снегу, раздавленная в лепешку, тельце мальчика валялось рядом.
Либератор улыбался.
Чуйкин, единственный из всех радикальных масонов, умел безошибочно читать эмоции и настроения хозяина. Так что он понимал, что эта улыбка — искренняя. Либератор торжествовал. Но за этим торжеством скрывалась и некая тревога...
Чуйкин тут же рухнул перед монстром на колени:
— Прости, батя! Я виновен и готов принять любое наказание. Только если будешь убивать меня — прошу, убей меня своей рукой. И для меня не будет большей чести! Флот Крокодила уничтожен. Южная оконечность Гренландии полностью зачищена. Эйстрибигс стерт с лица Земли. Но Крокодил бежал. И его друзья тоже. И самое главное — Таня Нагибина предала тебя, батя. Сука помешала мне выполнить твой приказ и убить Крокодила! Я молю о пощаде, батя. Знаю, что я недостоин служить тебе!
Чуйкин отвесил поясной поклон, не вставая с колен.
Остальные радикальные масоны в его положении начали бы заикаться и дрожать от ужаса, но Чуйкин смотрел на монстра с покорной готовностью.
Чуйкин понимал хозяина и всегда знал, чего батя хочет, за это Либератор его и любил...
— ВСТАНЬ.
Чуйкин поднялся на ноги.
Либератор задумался на секунду, потом его ухмылка стала шире.
— СОЗВЕЗДИЯ КРОКОДИЛА БОЛЬШЕ НЕТ В НЕБЕСАХ. ОНО ПОГАСЛО. ЗНАЧИТ, КРОКОДИЛ ЛИШИЛСЯ СВОИХ СИЛ. ОН БОЛЬШЕ НЕ УГРОЖАЕТ МНЕ. А Я — ВСЕ ЕЩЕ НЕ СРАЖЕН. И Я ВЛАДЕЮ ДУХОВНЫМ ПЕРВОДРЕВОМ. Я — БОГ.
Либератор замолчал.
— Ты всегда был богом, батя, — ответил Чуйкин.
— ДА. НО КРОКОДИЛ БЕЖАЛ. НО ОН ЖИВ. КАК ТЫ СЧИТАЕШЬ, ЧУЙКИН, ЭТО ПОБЕДА?
В громовом гласе Либератора слышались едва уловимые нотки страха.
Чуйкин отлично понимал, что происходит. Батя хотел, чтобы Чуйкин его утешил и успокоил. Чуйкин был единственным человеком в мире, от кого Либератор требовал утешения, а еще единственным, с кем Либератор вообще советовался...
— Это победа, батя, — уверенно сообщил Чуйкин, — Я слышал разговор Крокодила с каким-то философом. И философ сказал Крокодилу, что тот лишится всех сил, когда созвездие исчезнет с небосклона. Так что да. Мы победили. И если я заслуживаю кары...