ОПГ «Деревня» (СИ)
- Азат спрашивать не будет, что она хочет, увезет и всё. Сейчас тут женщина свое место знает! Никакого феминизма! - Егор назидательно погрозил пальцем — Не то что у некоторых, ещё не вкуривших реалий!
- Ахаха, Егор, самец брутальный! - Не выдержав, расхохоталась Ксюха. - То-то Азат мотается туда-сюда и больше половины времени здесь живет. Да и врачи, с подачи Айшат, напели ему, что до весны лучше матери с ребёнком пожить под присмотром, так что до весны она тут. Азат, как узнал, что пацан будет — пылинки с неё сдувать готов.
Под потолком, пару раз мигнув — загорелась лампочка энергосберегайка. Это Марфа раскочегарила генератор, давно переделанный на дрова и отданный в эксплуатацию ей. Разобралась она быстро, да и Егор или кто из технически подкованных соседей контролировали. А у неё был филиал молокозавода, тоже сейчас важная статья экспорта — масло и сливки пользовались стабильным спросом. Растапливала она его дважды в день, утром, на несколько часов и вечером - подольше. От неё запитали с десяток домов на улице, пяти киловатт генератора не хватало на электроприборы, но для освещения хватало, пока ещё были лампочки.
Несколько собранных в общее пользование сепараторов потребляли мало, так что по предварительной договоренности и стирали по очереди. После пары скандалов, когда Егор всех предупредил, что поотключает всех — эксцессы прекратились. Сам Егор использовал время работы генератора по максимуму, прочесывая электронные носители, что-то нужное переписывая, что-то просто пока отмечая как нужное, в блокноте. Собранные по деревне несколько принтеров — давно лежали балластом, вся найденная бумага для них кончилась, зато распечатали то, что показалось самым важным — но это было мизером, ещё больше осталось не перенесенным на бумагу.
- Егорский! - Вырвала она его из задумчивости. - Мне бежать надо, и так постоянно как начальство — то к пол-девятому прихожу, то к девяти. Зайди к Галке, купи чего-нибудь вкусненького, а?
- А что ты хочешь? - изумился он. - Разносолов пока не предвидится, как раньше, ты говори конкретно, чего изволите. Если реально — выцыганю у неё!
- Ну не знаю, ананасов хочу. - Ксюша задумалась. - Хотя откуда сейчас ананасы, селёдки возьми! Селёдку точно возят.
- Ты чо, мать?! - изумленно воззрился на неё Егор. - Вот же неделю назад на меня рычала, что от меня селёдкой пахнет, и говорила что терпеть её не можешь?!
- Я то откуда знаю, аптек больше нет, по полоскам не определишь! - мило покраснела она. - Но да, задержки. Так что тащи селёдку и вари картошку к моему приходу!
Она ушла в свой детский сад, а Егор включил комп, и поглаживая запрыгнувшего к нему на колени Гугла, сказал ему назидательно: «Вот и всё, кончилось наше время, ходячий рассадник токсоплазмоза, скора дома появится новый хозяин, а мы будем щемиться по углам!». И углубился в просматривание того, что в свое время скачал из интернета, авось пригодится. Глубоко жалея, что химию изучал недостаточно усердно и вообще — несколько однобоко.
В это же время, в домике, где раньше жил Никита — скучала Айшат, дожидаясь включения электричества. Жила она тут уже месяц. Азат, узнав от Иргиза, что и определят пол ребенка сразу, и обещают помочь без проблем родить — долго не раздумывал и привез её в деревню. С двумя девчонками, которые ей помогали, по статусу где-то около фрейлин. А на деле — подружки. Освоились они быстро, девчонок привлекали помогать в больнице. По русски они и до этого понимали, а сейчас и вовсе — болтали вовсю. И с Айшат многие задружились, и Ксюша к ней ходила, и Маня. Иргиз и Азат тоже жили на два дома, половину времени проводя в Верхних Тыгах, половину в деревне, отсыпаясь в дороге. Иргиз не отставал от врачей, те тоже нашли в нём не только интересного собеседника, но и практикующего коллегу.
К тому времени обнаружили бесследную пропажу Никиты, поисками не занимались. Только что в узком кругу подозревали неладное и ждали от этого исчезновения неприятностей, но время шло и на него давно махнули рукой. Как заметил Председатель: «Стопудова свалил в поисках счастья, я его в эти дни не видел нигде, затаившись сидел. Думаю, что его в этих поисках счастья удавили по тихому, и обобрали. Знать бы ещё, что он спереть и унести успел. Так что бдительности не теряйте, такие вот инициативные — опасней явных врагов». А остальным до Никиты и раньше то дела не было. Сейчас же, когда он перестал мозолить глаза — и тем более.
Галка в последнее время хлопотала как пчёлка, из деревни увозилось масло, сливки, мука и всё это было под её контролем. «А сейчас ещё и сахар» - в предвкушении потирала она руки. Привозилось пока гораздо меньше, селёдка вот пошла на ура, а остальное пока или свое было, или дорого. Или планировалось импортозаместить, да и денег пока у населения не накопилось, на предметы роскоши. Перевозками в сторону поселения и дальше, до завода - занимался Викул, он же нашел ещё нескольких земляков с лошадьми и телегами. Со стороны Могузлов тоже не иссякал грузопоток. Крестьянский обоз сопровождали уже знакомые казаки, башкиры тоже старались ездить кучно, особенно с приходом зимы.
Пока не стало подмораживать и не выпал снег — возчики, за отдельную плату успели частично отсыпать дорогу щебнем, тонким слоем. Для этого в трех местах на протяжении девяти километров устроили копанки, откуда долбили и брали камни. Два карьера ближайших съездил и расковырял Александр на мини-экскаваторе, один у сторожевого поста руками начали крестьяне. Со стороны Могузлов дорога была пока более жидкой, по осени раздолбить телегами успели, слишком тонкий слой щебня не выдержал. Расплачивались с ними продуктами и инструментами, теми же лопатами. До морозов наметили дорогу и немного прикатали.
А сейчас перешли на сани, и грузоперевозки закипели. Начали вывозить заготовленный лес в деревню, потянулись сани за сеном. А позавчера приезжали гости издалека, по местным меркам. С Уфалея, как сказали. Изъявили желание торговать, ходили везде совали нос. Нагрузили несколько саней, на которых приехали — маслом и мукой. Расплатились щедро, а перед отъездом — долго сидели у председателя, куда Захаром были вызваны Серёга, Расул и Анисим. После отъезда обоза - четыре начальника ушли в небольшой запой. Причем пили без куража и веселья, с остальными на контакт не шли. Как Галке по секрету сказала Татьяна - ругаются и злобствуют, чудом до мордобоя не доходит.
Поэтому зашедшего в лавку вечером Егора Галка взяла в оборот с порога, этот точно должен был знать, что происходит.
- Какие ананасы, Егор, побойся бога! - Она явственно сглотнула слюну. - Селёдки? Есть! Сегодня привезли, народ что-то накидывается на неё, вроде и речной рыбы хватает, а на селёдку как с голодного края накинулись. Постой, Егор, а ты не беременный часом?! Ананасы с селёдкой! - Засмеялась Галка.
- Иди ты в пень, Галка! - Досадливо ответил тот. - Ксюха просит...
- Ой, а она у тебя что, тоже того?! - покраснела Галка
Пришла очередь смеяться Егору: «Вот девки, материнский капитал под лям им не интересен. Стабильная жизнь с ипотекой и зарплатой тоже. А стоило звиздецу случиться — массово забеременели!» Галка цыкнула, чтоб не орал и молчал в тряпочку, сходила домой и вынесла ему с полкило мармеладок: «Они кисленькие, сам только не жри, проглот, Ксюше всё! Как я её понимаю, тоже что нибудь такого хочется, чего нет». А потом вывалила на него последние новости, по его озадаченному виду поняла — не знает.
- Интересно... Нет, Галка, я тут с этим сахаром замудохался, да с самогоном, не в курсе, что случилось. Думаю, что ничего важного, накручиваешь себя. Но схожу завтра с утра, сегодня надо картошки сварить да селедку почистить, а к этим зайди — под утро унесут...