Как закалялась сталь - 2057. Том 3 (СИ)

Видно было, что ребята пока еще «переваривают» озвученные числа. Миллион рублей. Казалось бы — ужас сколько денег. Попробуй, собери. А на самом деле — что это за сумма? Слезы, некоторые в день на любовниц спускают больше…
Люгер внезапно отделилась от стены и прошла в угол, где сидели последние вошедшие.
— Вальтер, ты чего сегодня хмурый такой? — спросила Юта, а потом мягким движением выхватила у него из-за пазухи коробочку с проводком.
Зазвенела тишина, все замерли, все знали что это за коробочка…
— Да епрст…, вот какого… извиняюсь, хера? — наконец проворчал Маузер.
— Эй, бойцы, руки из-за пазух убрали! — добавил он мрачно, заметив движения Манлихера и Магнума. — Вот только пальбы нам сейчас не хватает… Слушаем тебя, Вальтер.
— Он не включен, — глухо произнёс парень.
Люгер засмеялась.
— Мальчик, эта штука выдаётся уже включенной. Эти лампочки сбоку…, - она щелкнула переключателем и загорелся огонёк, — …. для дурачков вроде тебя, которые думают что раз у них есть тумблер, так можно им поиграть.
Она щелкнула ещё раз, и огонёк погас.
— Согласно седьмому пункту правил Штурмгруппы, если бойцу предлагают вербовку, боец обязан доложить об обстоятельствах и условиях сотрудничества любому из комиссаров Штурмгруппы, и они принимают последующие решения вдвоём, в рамках своей компетенции и общей целесообразности, — вдруг тяжело сказал СВД. — Комиссар, которому доверена подобная информация не вправе разглашать её любым лицам без согласия доверившегося. Так?
— Да, так. Мы все в курсе, — сказал Маузер. — И…?
— Около двух лет назад боец Вальтер, вот этот именно…, - СВД кивнул на друга, и пристально смотрел на него до тех пор, пока наконец Вальтер не кивнул.
Только после этого СВД продолжил:
— … боец Вальтер сообщил мне, что его пытаются вербовать. Мы обговорили ситуацию, и пришли к выводу о необходимости внедрения. Лишний человек в органах нам не помешает, пусть и внештатник. Ну и плюсом маленькая денежка идёт. Его типа за мной приставили наблюдать. Я ж депутат, а он — уже нет. Депутатов нельзя вербовать, по закону.
Тишина пропала, зашуршала одежда, послышались облегченные вздохи.
— Ну, — протянул теперь уже Манлихер, — совсем другое дело. И вообще, — продолжил он. — Давайте, товарищи, выворачивайте карманы, чтоб я видел, отключайте телефоны… Расслабились тут.
И он первым вытащил из кармана сначала один телефон, а потом и второй, демонстративно расстегнул куртку, похлопал себя по штанами.
— Повернись и подпрыгни, — скомандовал ему Магнум, что было мгновенно выполнено. Другие тоже завздыхали, закряхтели, отходя от увиденного, и принялись демонстрировать содержимое своих карманов.
— А что мне то делать? — почти фальцетом спросил Вальтер.
— Да не боись, — ответила Юта.
Она подошла к тискам, установленным на верстак, зажала «жучка», и медленно начала заворачивать рукоять. Коробочка некоторое время сопротивлялась, но скоро сдалась, и с хрустом превратилась в металлолом. Юта обернулась посмотреть на присутствующих. Все сосредоточенно молчали, и только Глок безмятежно улыбался.
— Вальтер, — поднялся Марат. — Объяснишь куратору, что тебя рассекретили. Найди способ объяснить очень доходчиво. И в конце беседы передашь ему это, — он помахал перед лицом парня букетом денежных билетов.
— Здесь сто тысяч, — продолжал Марат. — Скажи ему, что сам нанимаешь его на работу. Каждый месяц он будет получать "десятку", и твои копейки тоже пусть себе забирает, сам пусть там выкручивается… И если принесет что-то реально стоящее, или поможет в рисковом деле — за каждое такой «подвиг» будет получать вот такой, аналогичный букет. Не тушуйся, делай все спокойно, и пойми, для него это сейчас ЧП, просто твой отказ от сотрудничества — чрезвычайное происшествие. Пусть подумает. Если скажет "да", то со второго месяца пусть как положено — только теперь он пишет отчёт, не подписываясь, но деньги выдавай под расписку… Если откажется — ты знаешь кому звонить.
  
Глава 4
  
Вальтер облегченно вздохнул и сунул деньги в карман.
— Жопа какая-то, — проворчал из своего угла улыбающийся Глок. — Я уж все…, хе-хе, похоронил тебя даже, Вальтер, блин, второй… Ты не шути так больше…
— Ладно, уговорил, — согласился тот, и было видно, что показное спокойствие даётся Вальтеру совсем не легко.
— Двигаем дальше, — говорил уже Марат, как будто ничего и не произошло.
А что, собственно, произошло? Как будто никто не знает, что органы правопорядка борются с революционерами. Это теперь секрет или нонсенс? Нет, конечно. Безумие в том, что современные революционеры вдруг и внезапно поглупели, и не имеют своей тактики противодействия и уж тем более взаимодействия с органами правопорядка, которые являются вроде бы и врагом…, а с другой стороны — мощным союзником. Хотя, казалось бы, именно это должно быть в приоритете у революционера — знать и понимать, как взаимодействовать с союзниками и противодействовать врагам, которые, к слову, после революции, скорее всего, станут просто подчиненными. Именно налаживание связей, взаимные компромиссы и тесное сотрудничество с органами есть залог равновесия. В этом всегда таился успех любой нелегальной организации. Обычные разбойники и бандиты давным-давно поняли, что успех их предприятий зависит от того, насколько близко они взаимодействуют с теми, кто вроде бы является их прямыми противниками. Мафия рулит судами и сенатами. И на самом деле надо просто понять, что эти люди не враги, и не союзники, они никакие не идейные, это обычные служащие, те, кто выполняют приказы. И тогда остается осознать самое важное… — кто отдает эти приказы? Абстрактный Закон? Не смешите мои тапочки…
— Глок и Кольт, вы понимаете, что такое нелегальное положение?
Парни кивнули. Они понимали. Теперь ты не просто комиссар. Теперь ты и командир. А еще и нелегал — это значит, что переезды, жилье, еда, одежда — все на тебе. Ты выдаешь задание, но ты же и обеспечиваешь его выполнение материально. Тебе выдается сумма, четко определенная — а уж дальше крутись как знаешь, никто тебе дополнительные расходы покрывать не будет, никто на любые твои бумажки не посмотрит. Нет тебя: ни в учете, ни в ведомостях.
— Инструкцию я напишу, — говорил Марат дальше, — самым примитивным языком. Прямо по пунктам. Пункт первый. Прибываем, снимаем квартиру, желательно нелегально. Пункт второй. Встречаемся с намеченными лицами, список прилагается. Список составляем вместе, ищем только тех, кто четко определился в политике, желательно прошел хотя бы две ступени доверия — то есть и митинги организовывал, и от органов имеет хотя бы задержание, административку, штраф. Пункт три — самостоятельная дополнительная проверка кандидатов. Привлекать как можно меньше внимания. И как можно меньше людей. Ни на какие сборища не ходить, а если без этого никак — то светиться там как можно меньше. Не выступать. Никаких пикетов и митингов…
— Ну, товарищ Маузер, обижаешь…, - весело сказал Кольт.
— Не обижаю, а обновляю знания. Хрен вас знает, может кто из вас «митинговщиной» заразился.
Глок кашлянул в кулак:
— Не заразился. Не боись.
— Обустраиваем ему ячейку, то есть: находим помещение, выдаем средства, подбираем сотрудников. Формируем полноценную пятерку: командир, комиссар, кладовщик, шофер, боец, или бойцы, адвокат… выдаем позывные, налаживаем связь с центром, выдаем месячные задания — раскраска города в определенных местах, проверка конкурентов, налаживание связей с органами, если ни у кого нет разрешения на оружие — кладовщик получает его, покупает всем стволы; шофер подбирает гараж и машину, адвокат знакомится с законниками, и если есть образование — организует свою контору со спецификой… Там все по пунктам будет распределено. Через месяц, если все нормально — от ячейки едут представители в обучающий центр, там проходят первичное обучение. Потом — вторичное, и уж там им выдаем дополнительные инструкции и необходимое оборудование, к тому времени человек уже сам будет формировать пятерки. И естественно, следующим шагом — вклинивание во власть, установление серого или красного «кардинальства».