Отобрать для (у) князя, или Невеста из другого места (СИ)

— Ну не смотри ты так на меня — дырку прожжешь! Может обнимешь брата? — все так же улыбаясь, спросил Раньяр. Еще и руки раскинул в стороны для объятий.
— А я не просто так смотрю, — фыркнул я в ответ. — А пытаюсь понять: действительно ли ты мой брат или я каких-то поганок случайно объелся и теперь у меня галлюцинации.
— Злишься? — то было скорее утверждение, чем вопрос.
— А по-твоему у меня причин для этого нет? — тон ровный, спокойный, а внутри — буря эмоций: неверие, раздражение, удивление и… радость. Радость оттого, что рядом теперь кто-то родной. Для драконов семья значит очень много…
— Из-за того, что не явился раньше? — со вздохом отозвался брат. — Так мне раньше в Градалете делать было нечего.
— Нечего? То есть гибель матери и самоубийство отца — это недостаточные поводы, чтобы прибыть на родину? — не верил своим ушам. Да и поверить, что Раньяр действительно говорит то, что думает, я тоже не мог. Но, по-видимому, это было именно так.
— Дарьяр, воскрешать я не умею, так что помочь тебе, когда матери не стало, ничем бы не смог, — с грустью сообщил брат. — А наши стычки с отцом, которые неизбежно возникли бы, если бы я явился под его ясные очи, только добавили бы тебе проблем. Ну зачем это?
Хотелось не согласиться, крикнуть, что он был нужен мне, что мы могли бы просто молчать, распивая что-то крепкое, разделив молчаливо горечь утраты на двоих, но я сдержался, промолчал. Знал: подобные желания — проявления слабости. А князь Градалета обязан быть сильным.
— А когда отец… — продолжил Раньяр. — Ты же знаешь, он бы предпочел, чтобы я не появлялся на территории княжества в принципе, а уж на его поминках и подавно…
— Значит, воскрешать ты не умеешь, зато лучший специалист по подбору жены? — после небольшой паузы со вздохом и саркастической интонацией выдал я. — Где ж ты этому научился? В своих странствиях?
Кажется, брат моего сарказма не понял. Или просто сделал вид.
— Может и там, а может, умение разбираться в девушках — это врожденный талант, — проступившую было на лице брата серьезность как ветром сдуло. Ее место заняла привычная задорная улыбка. — Да брось! Разве ты мне не рад?
Отвечать я не торопился. Может быть, я и был рад видеть брата, но обида все же скребла внутри. Да и мотивы его появления были неясны. Хотелось верить, что он и правда тут ради меня, но… Вполне могло случиться, что участие в организации отбора для Раньяра очередное веселое приключение, способ развлечься.
— Я помогу, пригляжу за невестами, постараюсь минимизировать склоки, предотвратить подлости, которые они захотят друг другу устроить. А они обязательно захотят! Внимание оттяну на себя, чтобы тебе меньше докучали, — начал перечислять брат и неожиданно снова стал серьезным. — И самое главное: постараюсь, чтобы проклятье рода Базальтовых не добралось до той, которая придется тебе по сердцу.
— Никакого проклятия нет, — закатил я глаза, машинально вспоминая, как брат до хрипоты спорил с отцом, убеждая родителя в наличии злого колдовства, направленного на наш род. Последним аргументом нашего родителя всегда была звонкая затрещина и требование убраться с его глаз.
— Да, отец постоянно это повторял… — хмыкнул младший. — Но летописи нашей семьи утверждают другое…
— Под летописями ты подразумеваешь сборники бабкиных сказок? — с Нарьяром Базальтовым я был согласен не всегда и не во всем, но в части убежденности в отсутствии проклятья наши взгляды сходились.
— Хорошо, не будем спорить на эту тему, — удивительно покладисто отступился брат. — Просто позволь мне помочь, чем смогу. Последние годы я был не лучшим братом, теперь хочу это исправить. Дарьяр, дай мне шанс.
— Эстрагонское будешь? — буркнул я, тем самым протягивая руку дружбы младшенькому, давая ему возможность что-то изменить, а себе — забыть обиды и вернуть утраченное: ощущения семьи и принадлежности.
Однако, брат выбрал весьма своеобразный способ, ибо этой же ночью я нашел его в тайном подводном гроте целующимся с одной из моих невест. С Ниной. Что-то во мне в тот момент взбунтовалось, разгорелось, заставляя дракона бесноваться и рычать внутри. Это была не ревность, нет. Я просто не мог ревновать человечку, ту из претенденток, что достойна стать моей супругой меньше остальных просто по рождению. Да, Нина была и красивой, и интересной, но не являлась драконицей. Но все же… Как она могла? До окончания отбора она моя невеста. Моя!
 
А потом оказалось, что Нина проклята. Скорее всего, это были проделки кого-то из девушек, глупо решивших, что человечка может быть им конкуренткой, но вместо того, чтобы заняться в поселении лесорубов делом девушки, найденной в кругу из белых цветов, пришлось выручать Нину, спасать ее. А потом, завернув такую хрупкую, такую слабую и трогательную иномирянку в наскоро снятую рубашку, нести ее в свою спальню. Ведь где остановилась девушка, я не знал…
Я все же обследовал место происшествия, осмотрел следы, что остались там, где нашли пострадавшую девочку, но понять хоть что-то не смог. В голове была только иномирная человечка. Не мог прогнать из мыслей картинку, прочно засевшую в голове: Нина, завернутая в одеяло, мирно посапывала в моей постели. Ее каштановые локоны рассыпались по подушке, щеки горели чуть болезненным румянцем, а розовые губы были слегка разомкнуты… Начинал думать, что отец был прав, когда говорил, что люди, как хитрый яд: сперва ты не замечаешь воздействия, а потом уже поздно. Четко понимал: человечка мне не пара! Отец бы не простил мне даже мыслей о том, что Нина может быть моей истинной. Он отрекся бы от меня, заклеймил позором. И был бы прав. Люди — зло!
В дом старосты я вернулся ближе к вечеру, изрядно себя накрутив, сел работать в кабинете, но все валилось из рук. Служанка принесла чай и видимо заметила мое состояние. Это было нетрудно, учитывая, что я нервно рисовал на листе круги карандашом.
— Ваша светлость, могу я еще чем-то помочь? — поинтересовалась она, поставив чашку передо мной.
— Нет, чая достаточно, спасибо, — буркнул я в ответ.
— Но вы так напряжены, — она наклонилась, поправляя блюдечко и ставя рядом тарелочку со сладостями, и как бы случайно прижалась к моему плечу грудью. — Я могу помочь от этого напряжения избавиться.
— Каким же образом? — машинально бросил я и глянул на нее испытующе.
— Ну, я буду более сговорчива, чем та человечка, что была у вас в спальне сегодня утром, — шепнула девица мне почти в самое ухо. Ее рука скользнула по моему бедру, легко опустившись на пах. — И мне много не надо. Просто место прислуги в вашем замке.
Один момент, и внутри меня все вскипело. Мой дракон вздыбился, в голове голосом отца прозвучала фраза: «Род людской — грязь под драконьими когтями!» Эта девица готова была отдаться мне за место прислуги. Никакого самоуважения, никаких моральных ценностей, только желание любой ценой найти местечко потеплее. Одно слово — человечка!
— Уходи! — рыкнул я, сбрасывая ее руку.
— Желаете, чтобы я переместилась в вашу спальню? — невинно хлопая глазами и будто не понимая моего отказа, поинтересовалась… эта.
— Нет, давай так: я сам уйду! — выпалил я и поднялся на ноги.
Мне нужно было на воздух. Сейчас же! Как я мог только допустить мысль, что представительница рода людей может составить мне пару? Пусть даже она из другого мира, пусть даже она — Нина…
Грохот в кладовой, крик сторожа «Держи воровку!» вернул меня в реальность. Распахнул дверь, за которой грохотало и около которой оказался. Ворвался внутрь и схватил в охапку преступницу. Секунда, и я обмер. В моих руках была она.
— Нина? — выдохнул я, чувствуя, как сердце пропускает удар.
Опять! Опять эта девчонка! Проклятье! Сущее проклятье на мои крылья! Человечка, которая лишила меня покоя и которую я просто обязан презирать.
  
Глава 28
 
Нина
В полной тишине кладовой, которая воцарилась, когда последняя головка сыра, что катилась по полу, ударилась в стену и с глухим звуком бухнулась, укладываясь на пол плашмя, было слышно, как тяжело дышит Дарьяр. Я же дышать не решалась. Как и шевелиться.