Победителя не судят (СИ)
Стас что-то сказал про ошибку на ресепшен и вышел из номера. Но я почти его не слышала, потому что побежала проверять ванную. Мраморные стены и пол, большая овальная ванна у стены и две раковины напротив, под зеркалами чуть ли не во всю стену.
Нужно было срочно принять душ. Я будто покрылась дорожной пылью — хотелось смыть с себя усталость и быть готовой к московской миссии. К тому же нужно привести себя в порядок перед встречей с фотографом. Я вернулась в комнату, взяла свою сумку и подошла к кровати. Пока Стас не вернулся, нужно стянуть с себя узкие, неудобные джинсы, удобную, но уже несвежую футболку и убрать их на самое дно сумки. Чтобы выйти из ванной уже в чистом и без груды одежды в руках.
Я стянула вниз джинсы и, наступая поочередно на штанины, попыталась от них избавиться, одновременно снимая футболку. Хотела сэкономить время, а попала в глупую ситуацию, так как именно в этот момент дверь открылась и сзади донесся голос Стаса:
— Это единственный вариант кровати в номерах с таким… отличным видом.
Кажется, это он уже не про Кремль. Я стояла спиной к нему — в тех самых белых кружевах, которыми хотела порадовать Диму, с наполовину снятыми джинсами и запутавшаяся в футболке. Оставалось надеяться, что ему хватит такта отвернуться.
Я пискнула, заизвивалась в плену узких штанин, пыталась выпростать руки, чтобы уже выйти из этого глупого положения, но запнулась за свои же ноги и повалилась на кровать. Задница моя при этом ухнула куда-то вверх, отпружинив от упругого матраса.
Я замерла. Хотелось провалиться сквозь землю. Хорошо хоть белье на мне новое и изящное. А не мои любимые удобные слипы. Да и за фигуру не стыдно. Стыдно за себя саму. Устроила тут стриптиз.
Сзади раздались шаги, а потом меня подхватили сильные руки и поставили вертикально. Сдернули с головы футболку. Я стояла перед Стасом почти обнаженная. Краска заливала мое лицо, но духу у меня хватило на то, чтобы с достоинством сказать "Спасибо". Сдернуть до конца джинсы и, схватив одежду вместе с дорожной сумкой, в одном белье прошествовать в ванную.
17. Подготовка
В ванной я задержалась надолго. Высушила и уложила волосы, с удовольствием воспользовалась декоративной косметикой: накрасила губы светло-розовой помадой, подчеркнула цвет глаз тенями, добавила объема ресницам. И почему Диме так не нравится, когда я крашусь?
Из сумки достала синее платье — эластичная ткань не успела помяться. Туфли надену уже на выходе из номера, как бы ни хотелось уже сейчас закончить образ и выйти в таком виде из ванной. Чтобы хоть как-то забылся мой недавний позор.
Когда я вышла, Стас сидел на диване с электронной читалкой в руках. О, так он еще и читать любит. Необычно. Большинство моих знакомых мужчин предпочитали более современный способ поглощения информации — ролики на ютуб. Я убрала сумку в шкаф, предварительно достав из нее лодочки, и прилегла на кровать. Очень хотелось спать. Я прикрыла глаза. Слышно было, что Стас поднялся и направился в ванную. Может быть мне удастся подремать, пока он в душе? Главное — не повернуться лицом в подушку, а то весь макияж останется на постельном белье.
Я лежала с закрытыми глазами и слушала, как за дверью шумит вода вперемешку с негромким мурлыканьем. Кажется, Стас поет в душе. Я не удержалась от улыбки. Все-таки узнать такие мелочи и особенности поведения обычно можно только при совместном проживании. Правда, тогда приходится отказываться от некоторых своих привычек и мириться с чужими. Хорошо, что с Димой мы уже притерлись — несколько месяцев жизни под одной крышей не прошли даром.
Заснуть мне так и не удалось. Но и открывать глаза не хотелось до тех пор, пока шум воды не смолк, а дверь ванной с тихим шорохом не открылась. Я чуть повернула голову и приподняла ресницы. Стас вышел, обмотавшись полотенцем. Широкие плечи и обнаженный торс были покрыты мелкими капельками воды. На груди — какой-то медальон на грубом шнурке. Влажные волосы тщательно расчесаны и уложены. Да уж, точно — кому-то достается все. Я еле слышно вздохнула и закрыла глаза, вспоминая Диму. Ему тоже было нечего жаловаться на фигуру. Хоть и таких мышц, как у Стаса у него не было.
Вспомнив про Диму, я поняла, что до сих пор не написала ему. Со всеми этими впечатлениями совсем вылетело из головы. Хотя, скорее всего, он еще спит. Мысли заскользили назад во времени. Я вспомнила, как легла на кровать, ожидая, что ночь перед моим отъездом мы проведем вместе и будем заниматься чем-то более интересным, чем просто сон. Но Дима, кивнув мне, так и не пришел.
Злость медленно начала подниматься в груди. Я еще и проспала в итоге из-за него. Хотя тут сама виновата — нужно было сразу будильник поставить. Но в конце концов, я же стараюсь не носить дома растянутые футболки и треники, хотя это было бы гораздо удобнее.
Когда Дима переехал ко мне, я закупилась красивой кружевной одеждой: шелковыми пижамами, где мини-шортики оголяют почти всю попу. Жутко неудобными, но сексуальными. Несколько ночнушек, где кружево подчеркивает грудь, Теплые хлопковые широкие штаны в сочетании с майками, у которых вырез открывает почти все, что можно — чтобы даже осенью, когда дома холодно, выглядеть не как девочка-капуста в сто слоях теплой, но некрасивой одежды. И все равно Диму порой больше интересует его ноут с онлайн-играми, чем невеста в свадебном комплекте белья.
Я громко фыркнула и поднялась с кровати. Теперь точно не стану ему писать — проснется, сам вспомнит, что я уехала, сам напишет или позвонит. Задвинув злые мысли поглубже, я расправила платье, взбила примятые волосы. Стас уже был полностью одет. Светло-серые брюки и белая рубашка с длинным рукавом и полукруглым свободным воротом. Выглядит просто, но стильно. Снова сидит на диване, откинувшись на подушки с книгой в руках. Услышав, что я подошла, поднял глаза и широко улыбнулся.
— Отлично выглядишь. У Белинского нет шансов.
Я сделала пару шагов к большому зеркалу на стене. Да, сейчас со Стасом спорить трудно. Я сама себе нравлюсь. Обернулась к коллеге:
— А если он гей?
Стас поднялся и подошел ко мне. Встал рядом, взял меня под руку.
— А если гей — у него все равно нет шансов. Мы одинаково ослепительны. Правда, мне тогда придется поступиться репутацией и своими принципами, но для дела можно и потерпеть.
18. Аромат
Стас подмигнул отражению и улыбнулся краешком губ. Я отстранилась и отошла к столу, на котором оставила сумку. Проверила, на месте ли телефон, карточка, бумажные платки. Поискала мини-флакончик с духами. Вот черт. Забыла. Точно, вчера пока собиралась, выкладывала их из сумки, чтобы все аккуратно вместить, а духи так и остались стоять на рабочем столе. Обидно. Так привыкла к своему парфюму, что аромат уже ассоциировался с работой, помогал собраться, встряхнуться и быть готовой к новым задачам. Без духов начинала чувствовать, будто не до конца собралась. Будто чего-то не хватает.
— Что-то потеряла? — Стас неслышно подошел и заглянул через плечо.
Я обернулась.
— Духи забыла дома.
— Ты и так прекрасно пахнешь. — Стас придвинулся чуть ближе и я вспыхнула. Бочком, упираясь в стол спиной, выскользнула и прихватила сумку.
— Сколько у нас еще времени до встречи?
— Еще часа полтора точно есть. Хочешь успеть в магазин?
— Нет. Не стоит — расстроенно протянула я. Не хватало еще потратить свободное время в столице на походы по магазинам. Но с другой стороны, хотелось довершить образ. Хотя московские цены на парфюм точно проделают дыру в моем бюджете. Тем более, если покупать полноразмерный вариант моего аромата, который я могу себе позволить лишь маленькими порциями — по три миллилитра.
— Давай так. Двадцать минут на магазин и потом час на Красную площадь и музеи, если хочешь. А ты больно кисло выглядишь без своих духов. Как бы Белинский не принял на свой счет.
Я прикусила губу и задумалась. Парфюм в любом случае придется покупать другой. Но совсем без него я и правда чувствую себя не очень уверенно. Ладно, поищу что-нибудь миниатюрное, не слишком дорогое. Да и я не против побаловать себя спонтанной покупкой. Не все же на ипотеку со свадьбой работать.