Ненавижу магов (СИ)

– Господин советник! – испуганно воскликнула секретарь директора академии в приемной.
Ее симпатичное личико вытягивалось по мере того, как она разглядывала мою сестрицу. Смотреть и правда было на что: сестрица в легком платье, вся в грязи, со спутанными темными волосами и потекшим макияжем смотрелась как неописуемое нечто.
– У себя? – спросил у женщины, слегка отпустив цепь на показывающей мне неприличные жесты сестре. Она пыталась материться, но получилось у нее лишь мычать и чавкать.
– Да, но у него совещание, – растерянно ответила секретарша, но я уже открывал дверь заклятием, буквально выбрасывая сестрицу внутрь.
Картина, которую я застал в кабинете, была прелюбопытнейшей. Директор столичной академии сидел за своим столом, а какая-то девушка, оседлав его колени, что-то шептала ему на ухо.
– Я смею надеяться, она хотя бы не студентка? – иронично подметил, почти не обращая внимания на то, как сестрица попыталась меня пнуть ногой, неуклюже развалившись на полу.
– Вальтер? – Казимир Прой, директор этого балагана и по совместительству мой старый друг, не очень обрадовался моему внезапному появлению.
Внешне он, конечно, улыбался, но вот его недовольство и раздражение мне подсказывало, что он мне не рад. Кази, как я называл его еще со времен учебы, магом был средним, его и сюда на должность взяли исключительно из-за обаяния и моей помощи. Раньше мы дружили очень крепко, чем, как оказалось, мой друг был не дурак воспользоваться. Однако когда меня наградили проклятием, я чётко ощутил его истинные чувства, и его обаяние перестало на меня действовать. Внешне Кази всегда бы привлекательным, за ним вечно бегали девушки, я же начал пользоваться повышенной популярностью только после того, как мне дали эту глупую должность. Блондин, глаза голубые, ровный нос, пухлые губы, квадратное лицо, он всегда имел спрос у женщин. Правда, никогда бы не подумал, что он любит развлекаться в рабочее время.
– Архимаг? – очередная пассия директора соскочила с его колен и почти с ужасом посмотрела на меня.
Приглядевшись, я понял, что по возрасту на студентку она уже не тянет, да и мантия, которую она тщетно пыталась застегнуть, на ней профессорская, тёмно-синяя. Такого цвета иллюзионисты обычно носят, значит, она мастер иллюзии? Хороших иллюзионистов мало, особенно женщин. Как это я просмотрел этот кадр? Поглядеть и правда, было на что: высокая, стройная, с хорошей фигурой в облегающем платье до колен. Кстати, лицо ее мне показалось слегка знакомым. Короткие до плеч светло-русые волосы, яркие, зеленые глаза, овальное лицо – красавица одним словом. Точно во вкусе моего друга-ловеласа, но у меня нет ни времени, ни настроения радоваться его постельным победам. Я только собрался отчитать его, но Серафима так больно пнула меня в ногу, что я даже подскочил.
– Ну, опять ты нарываешься! – прошипел сквозь зубы и заставил ее подняться с пола с помощью магии.
– Что ты делаешь?! – иллюзионистка вдруг вскочила и подбежала к еле стоящей на ногах сестре. Меня окатило сначала волной ужаса, а затем таким гневом и злостью, что я пропустил момент, как это юное дарование развеяло МОИ чары и обняло ее, помогая держаться на ногах. Причем меня приятно впечатлило, что она сделала это будто мимоходом, легко и быстро.
– Как ты? – прошептала она, пытаясь убрать спутанные волосы с лица Серафимы, и мне показалось, что была в этой фразе и её действиях какая-то чрезмерная забота. Они что знакомы?
– Вальтер, боюсь спрашивать, кто эта женщина? – с улыбкой спросил Кази, он подошел ко мне, не скрывая своего легкого недоумения по поводу поведения его любовницы.
– Позволь представить тебе, моя… – на этой фразе я запнулся, ибо почувствовал ненависть, такую всепоглощающую, будто я сделал этому человеку что-то очень скверное. И откуда она взялась у мастера иллюзий, которого я вижу впервые? Феминистка, что ли?
– Кто?
– Нет, не так! Отныне это ТВОЯ студентка, Серафима Скот, моя головная боль и по совместительству моя сестрица, – улыбнулся, едва ли не на физическом уровне ощущая, как ненависть сестрицы ударяет в спину. При этом мастер иллюзий, к моему удивлению, как-то очень резко отпускает Серафиму, отчего та чуть ли не падает снова.
 
– Я не согласна! – так она еще и заклятие на молчание сняла, прекрасно.
Серафима чисто инстинктивно попыталась поджечь меня, забыв, что больше не может этого сделать, и, потерпев неудачу, разозлилась еще сильнее.
– Тебя никто не спрашивает. Настало время, хоть немного тебе поучиться на своих ошибках, – прохладно говорю ей, не отводя взгляда от Кази, тот явно не был в восторге от подобного известия.
– Но новый учебный год еще не начался. Все классы укомплектованы. Что я с ней буду делать? – попытался он возразить мне, но когда меня это останавливало.
– Думаю, ты согласишься со мной в том, что Серафиме давно пора приобрести необходимые знания. Поэтому я буду рад, если ты приставишь к ней кого-то из профессоров, чтобы к началу нового учебного года, она приобрела хотя бы минимум тех знаний, что имеют остальные первокурсники.
– Первокурсники?! Мало того, что ты заставляешь меня угробить десять лет своей жизни на эту учебу, так еще и учиться я буду вместе с сопляками? Да за кого ты меня принимаешь?! Я не согласна! А без моего разрешения никто не имеет права заставлять меня учиться здесь! – какая пламенная речь, жаль, мне на нее наплевать.
– Действительно, без согласия ученика, я не имею права… – Спаситель, он даже не попытался изобразить жалость, уж больно хорошо знает характер моей сестрицы. Когда-то очень давно она и в него была влюблена, он тогда еле живым остался.
– У тебя будет согласие, Кази, – прохладно буркнул ему и повернулся к сестре, – дорогая моя, по закону за то, что ты сделала, тебя должны убить весьма жестоким методом. Так что, я полагаю, учеба для тебя – лучший вариант, не так ли?
– Ты не посмеешь!
– Ну, почему же? Образцово-показательная казнь может стать весьма эффективным политическим ходом. Может, ты хочешь это проверить? – пришлось добавить голосу неприкрытую угрозу.
– А что она сделала? – поинтересовался любопытный Кази, но я не собирался делиться с ним такой важной информацией.
– Боюсь, клятва на крови не даст тебе узнать, что натворила моя сестрица. Да, дорогая? Так что же ты решила? – беру паузу, прекрасно зная, что выбора у нее нет.
Глаза сестры забегали, словно она искала защиты, но напрасно: здесь о не было никого, кто мог бы ей помочь.
– Я согласна… Где подписать? – все-таки проговорила она, опустив плечи и, казалось бы, смирившись со своим наказанием. Но я же ее брат, так что лучше многих знаю, что она уже обдумывает планы мести. Мне остается надеяться, что академия выстоит под ее гнетом.
– Прекрасно, Кази, оформи бумаги, – уже привычно распорядился я.
– Но, Вальтер, классы и совет… – он снова начал отнекиваться, но я уже не обратил на его слова никакого внимания.
– А вы, госпожа, кто такая? – обратился я к молчавшей девушке, мне казалось, она почти не дышала, пока слушала наш разговор.
– Я Изабель Ругнева, мастер иллюзии, – она слегка склонила голову, злость и раздражение, смешанное с беспокойством, весьма забавный коктейль. Беспокоится по поводу сцены, случайным свидетелем которой я стал?
– Мастер? Ну что же, я думаю, вам можно смело отдать на поруки мою сестрицу. Надеюсь, вы приглядите за ней? – что-то никак не могу убрать тень угрозы из своих речей, возможно потому, что сестра подняла мне нервы.
– Д-да, – с запинкой и, не смотря мне в глаза, ответила. Я уловил в ее чувствах нотку радости, смешанной со злорадством, что ли. Странно это все, очень странно.
– Вальтер, но все же… – Кази начал меня раздражать, ибо он уже давно понял, что это бесполезно, но все равно пытался изменить моё мнение.
От моего гневного разноса директора спасло магическое письмо. В кабинет влетел белый голубь и плавно опустился на мою руку. Магическая почта дело сложное, ее просто так не посылают. Голубь тут же истлел и превратился в пепел, оставив только маленькую бумажку. Прочитав зашифрованное послание, я убедился, что день окончательно испорчен. Какой-то идиот покушался на жизнь одного из принцев. Мне не оставалось ничего иного, как мчаться во дворец, чтобы разобраться со всем этим. Как-то в последнее время мне очень не везёт, а все это из-за женщин, которые меня окружают.